Название это why?

В длинном коридоре слабо горел свет, не давая разглядеть того, кто мог бы скрываться в тени. Бьякуя не был параноиком или чересчур пугливым, но отправляясь в одиночестве на ночную прогулку по «Школе Взаимных Убийств», не исключал возможность нападения. Звуки шагов, осторожных, но твердых, выдающих в идущем человека, имеющего статус, тонули в мягком ворсистом ковре, красные двери, ведущие в комнаты «учеников», придавали картине некую зловещность.  — Тц! — тихо цыкнул парень, слегка нахмурив аккуратные тонкие брови. «Дизайнер этого места был на редкость безвкусен!» Поливая грязью бедного дизайнера, Абсолютный Наследник дошел до решетчатых ворот, отделяющих Жилую Зону от Учебной, которые тихо, но ужасно неприятно скрипнули при открытии. Брови блондина стремительно сомкнулись на переносице, и он не удержался от очередного едкого комментария на этот раз в сторону человека, управляющего Монокумой и заведующего этой «игрой». «Сказал, чтобы мы жили здесь, но находится в месте, в котором не следят за порядком просто невозможно!» Аккуратно закрыв за собой ворота, не издавшие ни единого скрипа, весьма довольный проделанной работой, Бьякуя продолжил свой путь. Освещение в этой части отличалось от света в жилой зоне и раздражало парня ещё больше, чем убогие красные двери. Быстро миновав широкие деревянные двери, ведущие в классы — они его не интересовали, блондин подошёл к металлической двери, ведущий в отсек с ещё одной металлической «дверью», более желанной, чем что либо ещё в этом месте. Погрязнув в своих мыслях, Абсолютный Наследник не сразу обратил внимание на посторонний звук, которого не должно было быть здесь. Замерев и прислушавшись, парень на мгновение впал в замешательство. Он даже представить себе не мог, что кто-то был способен совершить нечто подобное. Какой-то идиот плакал в Сувенирной Лавке! Любопытство пересилило отвращение, и парень, осторожно, стараясь ступать как можно тише, и ловя себя на мысли: «А зачем он собственно крадётся?», подошёл к деревянной двери, из-за которой доносились приглушённые всхлипы. «Если уж так хочешь поплакать, то делай это в своей комнате!» Недоумение и раздражение из-за столь глупых с любой точки зрения действий достигли предела, Бьякуя резко нажал на ручку и рывком распахнул дверь. В лавке царила полутьма - настольная лампа, приткнувшаяся между «Лотереей Монокумы»* и кучей дешёвых безделушек, слабо горела, освещая лишь малую часть помещения. Запах пряностей, свечей, благовоний и чего-то ещё заполнял собой все помещение, погружая в некую особую атмосферу. Но её разрушали тихие всхлипы и рваные осторожные вдохи, отчаянно подавляемые кем-то. «Бо-о-о-оже, если так хочется хочется выпустить свои сопли и слюни наружу, то почему нельзя сделать это у себя?!» — в очередной раз подумал блондин. Неизвестный, судя по издаваемым им звукам, прятался за кассой. Абсолютный Наследник, не таясь, обогнул стол и, прищурившись, посмотрел на съёжившуюся в углу, между столом и стеной, фигуру. Лампа давала совсем мало света, но его хватило, чтобы парень понял, что за человек сидел перед ним.

«Он?!»

Этот человек был последним, кого Бьякуя думал увидеть. Нет, конечно, этот парень особо умом и не отличался, но чтоб на столько… Вдруг внезапная мысль промелькнула у него в голове, и в какой-то степени все встало на свои места. Но все же… Блондин растерянно замер, разглядывая нарушителя его ночной прогулки. Луч света от лампы падал на каштановые волосы, которые слегка золотились в его свете, остальное тело, сидевшее на жёстком явно холодном полу, согнув колени и прижав их к груди, несильно тряслось, одной рукой парень зажимал себе рот, из которого все же вырывались тихие стоны (не те стоны, о которых вы могли подумать (͡° ͜ʖ ͡°), но в принципе было бы неплохо ':D), а другой обнимал худые острые колени. Его лицо, попадавшее в полоску света, было бледным с покрасневшими носом, щеками и глазами, из которых непрерывным потоком текли слёзы. Наеги Макото, а это был именно он, с таким же удивлением и ноткой страха смотрел своими необычными темно-зелеными глазами, застиланными пеленой слез, на внезапно вошедшего. «Наеги Макото…» Кто бы мог подумать, что этот тихий, жизнерадостный парень, от которого на километр исходила аура доброты, а на лбу была надпись, гласившая: «Поддержка и помощь всем и всему совершенно бесплатно», будет сидеть посреди ночи в темной Сувенирной Лавке и рыдать навзрыд. Как там говорят? Самый радостный и добрый снаружи — грустный и нуждающийся в поддержке. Так было и с зеленоглазым. В последнее время, точнее с самого пробуждения в классе, на Макото сваливалась одна беда за другой. Парень был сильно эмоциональный и каждую утрату переживал с огромным трудом. Точнее он вообще их не переживал, падая все глубже и глубже в пучину депрессии и отчаянья. Но он был главным лучиком Надежды для «учеников» этой «Школы» и должен был им и оставаться, чтобы остальные не потеряли Надежду в своих слабых измученных сердцах. Ведь только она поддерживает их в эти непростые дни. Но никто из ребят даже не думал о том, что переживает сам Наеги. Все видели в нем милого, доброго и рассудительного парня, который поддерживал всех и каждого и спешил на помощь к любому, кому она требовалась. В отличии того, как на помощь к нему идти никто не собирался. Обладатель каштановых волос умело скрывал чувства и переживания от других, но никак не от самого себя. Находится в комнате, где произошло убийство Майзоно у парня попросту не было сил, поэтому он часто, нарушая правило, которое они ввели, уходил бродить по Пику Надежды. Или прятался в какой-нибудь укромный уголок, чтобы выплеснуть накопившиеся эмоции наружу. Но Макото никогда не думал, что когда-нибудь его кто-нибудь обнаружит, особенно кто-то по имени Бьякуя. Сидя, на полу, прижав колени к груди, закрывая рот рукой и пытаясь сдержать проклятые слёзы, Абсолютный Счастливчик (Неудачник, как называл себя Наеги) смотрел на блондина, ожидая от него всего чего угодно. Внезапно парень вздрогнул от неожиданности и растерянно замер. Стоп… Что…? Этого Наеги даже в самых смелых фантазиях и самых безумных снах представить себе не мог — Бьякуя опустился перед ним на колени и крепко обнял, прижимая тело Счастливчика к себе.

Его… Обняли? Его обнял… Бьякуя? Он точно не спит? Этот точно тот заносчивый высокомерный наследник огромного состояния, которого он знает?

Наеги не смог больше сдерживать эмоции, рвущиеся наружу словно лава из вулкана во время извержения, и громко заплакал, уткнувшись в плечо блондина, сминая руками его безупречный пиджак. «Пиджак помнется…» — на автомате подумал Бьякуя, осторожно поглаживая Макото по голове. * Не помню, как называлась эта штука, поэтому пусть будет "Лотереей Монокумы"