Демон Греха

— Вергилий! Вергилий, милый, подойди сюда, пожалуйста! — Ева закончила готовить свои фирменные булочки, прихваткой достав из печи горячий противень. Взяв из шкафа сахарную пудру, щедро посыпала одну из булочек. Вергилий появился на кухне, прижимая к груди книгу, вдыхал аромат свежего десерта. — Ты читал? Прости, что отвлекла. — Улыбнувшись ребенку, женщина поставила на столешницу две тарелки. — Ничего страшного. Мальчик подошел к столу, сев на стул, рассматривал аккуратные булочки. У мамы всегда получается сохранять одинаковую форму. Ни одного кривого или подгоревшего. — Отнесешь брату его порцию? Я скоро начну готовить обед. — Ева пододвинула к Вергилию две тарелки, на одной булочка без сладкой посыпки, на второй светлая корочка скрылась за белым покровом сахара. — Он на улице. — У мальчика нет настроения прислуживать близнецу, таская для него еду. — Я позову его. — Хорошо. — Ева обошла стол, поцеловав сына в лоб, начала разбирать холодильник. Вергилий прижал руку ко лбу, чувствуя кончиками пальцев то место, куда поцеловала его мама. Это приятное тепло, доходящее до сердца. — Я отнесу Данте его порцию. — Передумав, он вскочил со стула, взяв две тарелки. Ева кивнула сыну, занявшись готовкой. Пересекая просторный холл, мальчик быстро дошел до двери. Толкнув ее плечом, вышел на улицу, поёжившись от холодного ветра. Вроде бы и лето, а вроде бы и нет. Серые глаза оглядели округу, но близнеца не оказалось на том дереве, где тот обычно любит сидеть. В последний раз, когда Вергилий отнимал глаза от книги, Данте сидел на верхушке. Но сейчас его там нет. — Ещё искать тебя… Порыв уступить брату быстро сошел на нет. Вергилий хотел избавиться от этой тарелки, она тяготит его. Он бы попил горячий чай с булочкой, а после вернулся бы за книгу. Но теперь нужно отыскать этого идиота, носясь с тарелками, как курица с яйцом. — Данте! — Маловероятно, что близнец тут же выскочит из-за угла. Но Вергилий попытался. — Чего? Неожиданный голос из-под лестницы заставил Вергилия вскрикнуть, чуть не выронив тарелки. — Какого черта ты под лестницей?! — Шипя от злости, он позволил себе слабость. И всё из-за этого идиота. — Я искал клад. — Кряхтя как столетний старик, мальчик выбрался из-под лестницы, весь в паутине и в пыли. — Друзья сказали, что в таких старинных домах должен быть клад. Я решил начать с лестницы. Что это у тебя? — Еда для Данте — дело святое. Заметив свежие булочки, мальчик голодными глазами уставился на тарелки. — Мама испекла. — Вергилий постарался не касаться грязного брата, протянув ему тарелку. Наконец, избавился от ненужной ноши. — Спасибо. Эм… У меня руки грязные. — Так зайди в дом и помой их. — Тогда испачкаю пол. Она же сегодня утром его помыла. Пойдем на речку. Вергилий от такой наглости потерял дар речи, чертова тарелка снова вернулась в его руки, и он, как послушный щенок, последовал за Данте. Речка находилась в километре от их дома, братья в жаркое время постоянно бегали к ней, Данте — чтобы искупаться, Вергилий — чтобы попытаться утопить близнеца. У него это никак не получалось. — У тебя кровь на плече. — Заметил Вергилий, пока Данте мыл руки в прохладной воде. — За гвоздь зацепился, наверное. — Оттянув ткань рубашки, мальчик осмотрел ранку. — Давай сюда булочку. Вергилий поборол желание кинуть ему в лицо эту тарелку. Нельзя разбрасываться едой, тем более той, которую приготовила мама. Они уселись на траве, с удовольствием принявшись за десерт. Вергилий почувствовал в тесте корицу, а ещё в булочке оказались кусочки фруктов. — Какая вкуснятина. — Данте облизал сахарные пальцы, снова вернувшись к воде, чтобы умыться. Вергилий неторопливо прожевывал булочку, заметив на другом берегу несколько детей. Друзья Данте. Такие же глупые дети, которые верят в клады под домами. Мальчик испытал дикое отторжение к ним. Он доел свой десерт и быстро ушел с реки. В доме спокойно и тихо. Вергилий снова занимается своим любимым делом, читает увлекательное произведение. Ева отлучилась в город, в холодильнике не оказалось капусты, поэтому мальчик наслаждался тишиной. Пока её не нарушил звук открывающейся двери, и в холл не вбежал шумный брат. — Вергилий, смотри, что я нашел! — Радуясь своему открытию больше всех в этом мире, мальчик подлетел к близнецу, показывая ему какую-то монету. — Не трогай меня своими грязными руками. — Отпихнув брата ногой, Вергилий скривился от отвращения. Ему не нравится, когда Данте так бесцеремонно врывается в его личное пространство. — Чего ты такая бука? Монетка вроде старинная. Я ее под домом нашел. — Ты лазил под дом? Там же крысы, пауки и всякая гадость. — Отвращение на его лице сменилось ужасом, Вергилий подальше отполз от брата. — Вдруг у тебя в волосах тараканы? Не приближайся. Данте недоуменно смотрел на близнеца, и вдруг его лицо украсила гаденькая улыбка, которая очень хорошо знакома старшему брату. — Что ты задумал? А? Что ты делаешь? — Я тебя сейчас косну-у-усь, беги, принцесса. Вергилий кинул в близнеца подушкой, подскочив на диване, спрыгнул на пол, выронив книгу. — Беги, если не хочешь тараканов в волосах! — Смеясь дьявольским смехом, у Данте это очень хорошо получается, он погнал старшего брата через весь дом. — Прекрати, Данте! Хватит! — Я тебя сейчас поймаю! Ха-ха-ха-ха! Они бегали друг от друга, пока Данте не надоело гонять близнеца. Чистолюбивый брат спрятался от него в комнате, закрывшись на замок. Данте ещё подразнил Вергилия, пока можно, и пошел купаться. Действительно, в рукавах рубашки он нашел паука и каких-то букашек. Ева поглядывала на притихших детей, когда они сидели за столом, обедая в тишине. Вергилия аж трясло от гнева. Чтобы младший брат так издевался над ним. Непростительно. Ему нужно преподать урок. Веки дрогнули и неохотно открылись. Первым, что Данте увидел этим утром — это прикроватную тумбочку, на которой сидел белый пушистый заяц. Охотник даже голову поднял, чтобы убедиться в том, что видит. Да. Заяц, в лапках которого конверт на липучке. Данте отдернул его, раскрыв письмо. Кирие желает ему скорейшего выздоровления и шлет игрушку, что подарила ему Ева. — У меня аж сахар на зубах хрустит. — Усмехнувшись, Данте взял игрушку, улёгшись обратно в кровать. Мягкий заяц очень быстро полетел на диван, охотник потянулся на кровати, усевшись поудобнее. Палата заметно отличается от простых многоместных палат в больницах. Здесь тебе и телевизор на стене, и собственный холодильник. Туалет с душевой кабиной в комплекте. Данте откинул от себя одеяло и встал с кровати. Больше не шатает, и земля не стремится выскользнуть из-под ног. Уже хорошо. Включив свет в туалете, Данте облегчил мочевой пузырь, прикрыв глаза. Замечательно. Вернувшись обратно в комнату, Данте не планировал ложиться в кровать, лучше поищет свои вещи. Через десять минут поисков он понял, что ничего нужного для него здесь нет. В холодильнике какие-то йогурты с кучей фруктов, каша в контейнере. — Вот и начался пиздец. — Закрыв холодильник, охотник подошел к окну. К исследовательскому институту прилегает небольшой парк, где сотрудники могут прогуляться и подышать воздухом. Данте осматривал машины на стоянке, никакой знакомой малышки он не увидел. Дверь не заперта, поэтому охотник без проблем вышел в одинокий коридор, направившись к пожарной лестнице. Толкнув дверь, выскользнул наружу, быстро спустившись на нижние этажи. Мысль, что его всё-таки выебали, только утвердилась. Он себя отлично чувствует. Летать готов, если на то пошло. Данте прекрасно помнит последний момент до потери сознания. Он бежит по пустыне, а за ним с катаной в руке гонится любящий старший брат. — Как он меня ещё не убил? — Оказавшись на первом этаже, Данте толкнул дверь, выбежав на улицу. Солнечно. Зажмурившись, охотник оглядел территорию. Ходили молодые девушки в белых халатах, местные доктора беседовали на лавках. Данте перебежал дорогу, спрятавшись за одной из машин. Склонившись, быстро пересек парковку, заметив ворота. Дверь открыта. — Неужели мне начало везти в этой жизни? — Данте спрятался в кустах от охраны, продвигаясь к заветной двери. Услышал громкие крики за спиной, притаившись в кустах. Мимо него пробежало несколько врачей, мужчины выбежали за территорию, оглядываясь по сторонам. — Думаешь, он сбежал? — Ты его плохо знаешь, Майк. А ещё хуже знаешь его брата. Знакомый, сука, голос. Чарли-Чарли, мать его. Тебя уже обнаружили. Сиди тихо. — Блять! Если он сбежал, мне можно заказывать гроб. Вергилий скоро вернётся. Что я ему скажу? Майк пытался успокоить коллегу, а Данте всем сердцем желал, чтобы Чарли хоронили без гроба. Можно в цементе, как бюджетный вариант. — Вдруг он ещё внутри? Нужно проверить туалеты. Ты сам сказал, что он не сможет двигаться после лекарства. Значит, далеко всё равно не уйдёт. Мужчины вернулись в здание, а Данте уже был на полпути к выходу. Но остановился. Ты чего? Давай, быстро! — В его голосе была паника. А если Вергилий его убьет? Не хотелось, чтобы кровь этого психа была на моей совести. Ты точно сын демона? Почему в тебе столько ебучего добра, а?! Забей на них! Вергилий — психопат конченный, он чуть не убил тебя в той пустыне! — Я ещё дышу. Значит, всё позади. Убегать не в моем стиле, прости, друг. Иди в жопу! Данте незаметно вернулся в здание и максимально отыграл роль больного, когда увидел в палате несколько врачей. — Боже, где ты был?! — Чарли подбежал к нему, схватив под руку, повел к кровати. — Что-то болит? — Голова только. — Данте позволил ему уложить себя обратно. — Звонил Вергилий, он уже подъезжает. — В голосе Чарли слышалось успокоение. Майк — новый врач, внимательно осматривал охотника. Они подключили Данте к системе и вышли за дверь, тихо беседуя друг с другом. Очень скоро вернулись к скучающему охотнику, принявшись расспрашивать его про состояние. — Как я оказался здесь? — Тебя привез Вергилий. Ты был в очень плохом…положении. — Чарльз кашлянул, переведя глаза на коллегу. — Это Майк, он знает всё то, что знаю я. — Тоже демонолог? — Можно и так сказать. — Ну, привет, Майк. — Рад познакомиться с сыном Спарды. — Кивнул мужчина, резко замолкнув. В палату вошел Вергилий, его сопровождение осталось за дверью. — Данте… — Мужчина не обратил внимания на врачей, люди только спасибо говорят такому отношению, ибо Тёмный Рыцарь внушает им праведный страх. Мечник присел на край кровати, не решаясь коснуться близнеца. В его талом взгляде плещется боль, Данте не помнит, когда видел брата в таком подавленном состоянии. Значит, дело было, действительно, хуже некуда. — Подай зайца. — Что? — Вергилий развернул голову к игрушке, на которую указал брат. Встав с кровати, он подошел к зайцу, взяв его, передал близнецу. Врачи оставили их наедине. — Клёвый, да? — Наверное. — Вергилий всё ещё не понимал, что у Данте за настроение. — Он и говорить умеет. — Охотник нажал на кнопку, и игрушка запела веселую мелодию. — Ева отдала одну из своих игрушек. — Она не любит делиться. — Правда? — Один раз на прогулке она отказалась обменяться игрушкой с каким-то сопляком, тот закатил истерику. Ева была непреклонна. — И в кого только эта девчушка? Напоминает один кадр, конечно. Они смотрели друг на друга, пока Данте мягко не стукнул брата зайцем в плечо. — Расслабь булки, я тебя не сожру сегодня. — Рад слышать. — Вергилий улыбнулся уголками губ, забрав зайца себе. Мня его уши, мужчина продолжил. — Ты наверняка понял, что случилось. Понял, что мне пришлось… — Вергилий, тебе так к лицу стеснение. — Данте рассмеялся. — Такой плюшевый, что я хочу тебя обнять, поцеловать и уложить в кроватку. — Это правда? — Для начала морду бы тебе набил, если честно. — Смахнув с лица улыбку, Данте повыше поднялся, переведя глаза на его руки. — Там в пустыне, что со мной произошло? — У тебя начался приступ. — Почему не оставил подыхать? — Я бы не сделал этого. — А по глазам было похоже, что сделал бы. Выдохнув, мужчина отложил зайца, сцепив пальцы в замок. — Ты меня…ну… — Данте показал глазами, что имеет в виду. — Я не помню просто. — Без сознания это было намного проще. — Не включай свой холодильник. — Осадив близнеца, охотник почесал голову. — Ладно, сраться с тобой — опасно для жизни. Мне плевать, конечно, но не в таком положении. — Я был уверен, что ты потеряешь детей. Но Чарльз обследовал тебя после, сказал, что с ними всё в порядке. — В следующий раз, когда начнёшь буянить… — Я контролирую эту силу. — Вергилий резко поднялся с кровати и подошел к окну. — Только не провоцируй меня, и всё будет хорошо. — Что, прости? Виноватым меня выставляешь? Ну, спасибо тебе, брат. Из нас двоих, только я долбанутый. Он видит, как тот сдерживается. И Данте ощутил то самое чувство, что было закрыто для него всё это время. Власть над Вергилием. Не он контролирует Данте, а совсем наоборот. Это слегка кружит голову. Тень улыбки скользнула по лицу охотника, но Данте принял обиженный вид, стоило близнецу посмотреть на него. — Тебе что-нибудь нужно? — Пиццу. — Не в этом положении. — Ой, да брось, Вергилий. Она же безвредная. Свежее тесто, свежие соусы с начинкой. А сыр? Это же молочный продукт. — Есть йогурт со вкусом клубники. — Вергилий подошел к холодильнику, открыв его, достал упаковку. — Будешь? — Сам жри этот грёбаный йогурт. Я хочу нормальной еды. Вергилий открыл крышечку, подойдя с упаковкой в руке, сел на кровать, не забыв взять чайную ложечку. — Что ты делаешь? — Пытаюсь накормить тебя нормальной едой. Данте закатил глаза, рухнув на кровать, поднял руки. — Увольте. — Тебе необходимо правильно питаться. — Терпение Вергилия подходит к концу, но он ещё держится. — Данте, не капризничай. — Мечник схватился за край одеяла, что близнец натянул на себя до самой головы. — Данте, перестань. Сколько тебе лет? — Сам не знаю. И потому, отвали. Я же сказал, что не хочу есть эту молочную хрень. — Санди готовится на молоке, чтоб ты знал. — Ой, мистер Википедия, охуеть. Я сейчас же съем этот йогурт, прямо глаза открыли. — Держась, чтобы не рассмеяться, доводить Вергилия очень весело оказывается, Данте выглянул из-под одеяла. Сидит, сука, смотрит. — Тебе его в глотку запихнуть? — А ты сможешь без пальцев дрочить? Сапфировый цвет вспыхнул в платиновых глазах, Данте не хочет доводить близнеца до грани. Дурачиться можно, но в меру. — Сначала ты попробуй. Сильно он кислый? Вергилий щедро подцепил ложку йогурта и, не прожевывая, проглотил порцию. — Нормальный. — Ледяным тоном озвучил мужчина. И Данте выбрался из плена одеяла, усевшись на нем и скрестив ноги. — Давай поиграем, Вергилий. В слугу и господина. — Всему есть предел. — И я его не вижу. Беситься ты умеешь, и я хочу посмотреть, — глаза охотника вспыхнули внутренним огнем, — насколько тебя хватит. Вергилий кормил Данте с ложки, терпя и практически без слов убивая его глазами. А Данте? Он наслаждается повышением, когда ещё удастся приструнить этот кусок камня? — Действительно, неплохо. — Облизав испачканные губы, Данте откинулся на кровать, переведя глаза на закрытую дверь. — А врачи не спешат нас навестить. — Они войдут, когда я скажу. — Выкинув баночку, мужчина включил воду в раковине, помыв ложку. — Чего ещё изволите? — Саркастично усмехнувшись охотнику, Вергилий сложил руки на груди. Взгляд убийственный, но без огня. — Я добрый хозяин. Своих слуг ценю. — Развалившись на кровати, Данте завел руки за голову, прикрыв глаза. — Если игры закончились, теперь твоя очередь меня слушать. — Мужчина в два шага оказался около брата. — И чтобы предотвратить всякие истерики, я сразу скажу. Твой новый дом будет по известному адресу, в ту лачугу ты не вернёшься. Данте резко открыл глаза, сев на кровати, не мигая уставился на брата. — Ты не можешь лишить меня моего же агентства. — Он ещё не кричал. — Могу. Потому что оно тебе больше не потребуется. Они смотрели друг другу в глаза, ведя немое противостояние. — Нет. Я не согласен с этим. Это моя работа, моя жизнь. — Теперь ты должен делить свою жизнь на две части. Ты должен считаться с детьми. Я не позволю навредить им. — Ты прямо сейчас назвал меня слабаком? — Данте встал с кровати и поравнялся с братом. — Думаешь, что я не способен продолжать охоту? — Ты не признаешь этого факта. За тебя это должен сделать я. Безумно чесались кулаки, проехаться по этому надменному лицу, разбить его в кровь. Но Данте сдержался, понимая, если начнёт драку, то они придут к самому началу. — Вергилий, — выдохнув, Данте подошел к окну, зарывшись рукой в волосы, почесал голову, — здесь не только твой ребенок. — Что ты хочешь этим сказать? — Первая трещина прошлась по айсбергу. — Нам нужно считаться с Неро. Он тоже отец одного из нектар…кхм, детей. И если он скажет, а ты не посмеешь влиять на его решение, что я могу ходить на охоту, то дело решено. — Умным заделался? Ты смеешь шантажировать меня? Похоже, я дал слишком много свободы. — Это будет правильным решением. Сидеть под домашним арестом я не стану. И ты это знаешь. Я найду способ извести тебя, не выходя из дома. Тебе будет тяжело. — Это тебе сейчас станет тяжело, если ты не прекратишь всё это. — Вторая трещина, кусок льда упал в ледяное море, подняв фонтан из брызг. — Чего ты злишься? Я пытаюсь нормально с тобой разговаривать. — Ты пытаешься выбесить меня своим поведением. Прямо нарываешься на неприятности. — Мужчина не подходил к нему, продолжая стоять у кровати. — Я сказал, что ты останешься сидеть дома. Молча скажи да. — Нет. Ох, ебать, как мы это любим. Ты посмотри на него. Сейчас как бомбанёт, от тебя только мокрое место останется. Кончай играть с ним. — Мне надоело с тобой спорить. — Вергилий отвернулся от него, подойдя к двери, схватился за ручку. — Ты всё равно сделаешь так, как я скажу. Если придётся посадить тебя на цепь, посажу. — Мечник покинул палату, громко хлопнув дверью. — Снова на меня обиделся? — Сдув челку с лица, Данте наблюдал из окна за близнецом. Чарльз пытается подлизать ему задницу, но тот не в духе. Ну, теперь ты свалишь из этой клетки? Конечно, идти нам особо не куда. Но дом, пусть и помойка, но наша. — Здесь ты прав. — Сложив руки на груди, Данте присел на подоконник. — Но я не хочу сводить его с ума. Велиал не такой смирный как Харон. Наверняка брат борется с ним, даже в эту секунду. Начну выёбываться — приближу конец света. Опять ты о нем думаешь? А если и правда закроет? Будешь покорно сидеть на жопе, боясь ему возразить? — Нет, такой роскоши я ему не позволю. Но и выжимать соки не стану, не по душе мне это. И почему в тебе так мало от Спарды? Если Вергилий унаследовал всю его холодность и, не побоюсь этого слова, жестокость, то ты игноришь свое демоническое начало. — Храню для лучших времен. Я могу злиться, но недолго.