Демон Греха

Данте тем временем встретил холодное утро на полюбившихся качелях, притащив с собой плед, охотник захватил ещё и книгу из библиотеки. На свежем воздухе и думается лучше. Пиздишь, ты чуть не вырубился после первой строчки. — Помолчи, отвлекаешь. Он нашел книгу, где описывались древние обитатели Ада, ну, те ребята, что и в библии встречались, и на фресках изображались. Данте как раз-таки читал про знакомого черта — левиафана. Да, на кой хрен этот дед вылез наружу, охотник не мог понять. Такие твари предпочитают места столь отдаленные, что и в Аду их отыскать — жесть как сложно. Что уж говорить про центр города. Вергилий поёжился от холода, остановившись на площадке, нашел глазами близнеца. Что ж, то, чем занимался Данте, его слегка удивило. Читает? Мужчина моргнул, думая, что у него галлюцинации. Но нет, сидит, читает. — Что заставило тебя взять в руки книгу? — Сложив руки на груди, Вергилий подошел к качелям, прочитав название книги. — Стал интересен мир Ада? — Мне всегда это было интересно. — Не подняв на него голову, ответил Данте. Хмыкнув, Вергилий сел рядом с близнецом, но второй никак не отреагировал, продолжая бегать глазами по строчкам. — Почему рано встал? — Не спалось. — Ты вчера и лег поздно. — Заметил мечник. — Да. — Перелистнув страницу, Данте рассматривал изображение левиафана. — Почему здесь змей? — Потому что левиафан — помесь сразу нескольких существ. У него есть что-то от дракона, дыхание к примеру, но есть что-то от змея. Длинное тело, гибкое и прочное. — Это редкий вид? — Абсолютно. Я бы сказал, вымирающий. — Данте оторвался от книги, внимательно посмотрев на близнеца. — Не смотри на меня так. Я же сказал, что не причастен к его появлению. — Но знал, что это будет на мосту. — Выдохнув, Вергилий встал с качелей, но Данте схватил его за руку, не дав уйти. — Скажи мне, брат. Зачем утаивать такое? — Кто из нас ещё настойчивый? — Нельзя вести сражение в одиночку. Тем более, когда на кону столько жизней. — Я знаю, что нужно делать. — Первый удар Ада забрал у тебя внука, Вергилий. Неужели тебе всё равно? Они смотрели друг на друга слишком пристально, чтобы списать это на обычный разговор. Данте пытался заглянуть ему в душу. — Безусловно, это большая трагедия. — Отозвался близнец, вырвав свою руку из крепкой хватки охотника. — А если следующим будет твой сын? Или Ева? Ты снова скажешь, что тебе жаль, и всё? — Чего ты от меня ждёшь? — Доверия, Вергилий. Ты никому не веришь и за это поплатишься. — Сомневаюсь. — Сука бесчувственная. Кирие чуть не умерла вместе с Евой. Вскочив с качелей, Данте сжал в руках толстую книгу. Почему с братом так тяжело разговаривать? Всегда тяжело, словно ходишь по минному полю. — Уебать бы тебя чем-нибудь тяжёлым. — С самого утра подерёмся? — Усмехнувшись, мужчина покачал головой, отвернувшись от близнеца, направился в дом. Стало прохладно, чтобы гулять в легкой рубашке.