My love will never die

♫The Neighbourhood — Sweater Weather «Ад и рай — в небесах», — утверждают ханжи. Я, в себя заглянув, убедился во лжи: Ад и рай — не круги во дворце мирозданья, Ад и рай — это две половины души.

Холодный ветер пронзает моё тело, не оставляя места хоть для частички тепла. Он сковывает душу в тиски, не позволяя вырваться из этих оков. Чуть заснеженная вершина скалы Роколл не могла заставить дрожать от неизбежного холода, ведь я бывал здесь несколько тысяч раз, не ощущая подобного никогда. Предо мной открывался прекрасный вид на бескрайний океан, но пронзающий холод не давал насладиться захватывающей дух картиной. Лёгкое, слегка ощутимое среди ветров дуновение энергии даёт понять, что я не один. На самом краю сидела брюнеточка, закрывая себя тёмными, словно ночное небо, крыльями. Она слегка передёргивает плечами, но я не могу понять от чего: из-за ледяных объятий ветра или глубокой печали, выраженной в обжигающих слезах. Тихий всхлип лишь подтверждает последнее предположение. От чего-то становится неимоверно больно, появлялось ощущение, что ещё немного и эту боль будет невозможно сдержать. Я не мог испытывать подобное чувство, поставив на него крест ещё много столетий назад. Значит, это разрывающие душу и тело чувство принадлежит Вики, так же, как и создаваемый холод. Я присаживаюсь рядом с девушкой, не зная, как начать разговор, узнать, что гложет её, помочь выбраться из тёмной бездны, затягивающей всё глубже и глубже. — Мне так одиноко без тебя, мой ангел, — она поднимает взгляд своих небесных глаз, но смотрит не на меня, а в даль, любуясь заходом золотистого солнца. — Не стоит печалиться, малышка, я пообещал, что всё будет хорошо, а я никогда не вру тебе. Просто наше время ещё не пришло, — я переплетаю пальцы наших рук, но так и не решаюсь взглянуть на неё. — Без тебя жизни нет, я везде чужая. Молю, не оставляй меня. Мой рассудок изнемогает, в дали от тебя, я погибаю. Одна, без ласки твоих нежных губ, без поддержки твоих рук… Она первая преодолевает, казалось, такое маленькое, но в то же время такое невыносимое расстояние между нашими глазами. Её чарующий взгляд проникает в самые потайные уголки души, растапливая весь лёд. — Мы с тобой так много прошли ради того, чтобы быть вместе, и этот убивающий холод наших душ не сломает нас. Ты сильная, малышка, всегда была сильной, я знаю, ты справишься, — мои губы касаются её кисти, оставляя трепетный поцелуй на ней. Не позволяю большего, потому что знаю, что не смогу остановиться. — Твоя любовь делает меня сильной. Это самый прекрасный дар, который можно было получить. Моя сильная девочка, мне жаль, что тебе приходится всё это испытывать. Она улыбается несмотря на слёзы, застывшие в её глазах. Если бы не моя ошибка после бала, порыв страсти к тебе, нас бы здесь не было. — На утро мы ничего не вспомним, да? — я вижу, как эти слова причиняют ей боль, отдающую в моём сердце, но решаюсь задать этот вопрос, зная ответ. Лёгкий кивок. — Тогда позволь мне перед нашим расставанием поцеловать тебя, моё прекрасное создание. — Всё, что угодно. Долгожданное прикосновение губ. В этом поцелуе смешалось всё: тоска разлуки, трепет, нежность, наша любовь… Короткое, но желанное мгновение. Понимаю, что мне нужно уходить, иначе, задержись я хоть на секунду, не смогу оставить её. По её щекам струятся слёзы, когда я слышу тихое, но до боли в груди родное: — До встречи, мой ангел… Когда я открываю глаза, лёгкие наполняются воздухом, словно всю ночь я не мог дышать. Солнечный свет, проникнувший в комнату, озарял всё пространство, заставляя зажмуриться и вновь открыть глаза. Поднимаюсь с кровати, стараясь не разбудить ещё спящую Уокер. Голова болела от ускользающих воспоминаний о сне. Скала Роколл, безумный холод и плачущая девушка — всё это лишь образы. Я старался выкинуть их из памяти, но они упорно оставались в сознании, будто что-то важное, что я никак не мог вспомнить. В тот момент, когда я вышел из душа, малышка Уокер сладко потягивалась на кровати, отходя от недавнего сна. — Доброе утро, спящая красавица. — Доброе утро, чудовище, — не сдерживаю смех, рвущийся из меня от этого сравнения. — А вчера, когда ты плакала на моей груди, я слышал другие, более ласковые слова. — Видимо, у тебя проблемы со слухом. — Может быть. Потому что каждый раз, когда ты открываешь свой ротик, я слышу твои стоны. — Извращенец! — в мою сторону полетела подушка, которую я поймал и кинул обратно на кровать. — Это только начало. Вставай, делай, что тебе нужно и спускайся на кухню. — Я не знаю, где она. Когда меня сюда привезли, экскурсию не устраивали. — Не заблудишься. Она, наконец-то, встаёт и заходит в ванную. Я же в это время одеваюсь и спускаюсь на кухню, где уже сидели все присутствующие дома. — А вот и наш герой-любовник, — Питер усмехается, не упуская возможность как-то задеть меня, прекрасно зная моё отношение к Уокер. — Где же твоя возлюбленная? — Скорее Ад замёрзнет, нежели она спустится. — Тогда ему самое время замерзать, — ей нужно было прийти именно в эту секунду? — Вот и наша новая участница «Morning Star»! — в голосе Джейн звучала гордость за девушку, а остальные поддержали её инициативу аплодисментами, смущая Вики. — Присаживайся, чего стоишь? Люцифер, сделай Вики кофе. — Конечно, всё что угодно нашей королеве, — я закатываю глаза, но всё же начинаю варить кофе себе и девушке. — Не обращай внимания, он просто не выспался, видимо. Расскажи, как прошло задание. Ребята окружили Вики, словно стая диких зверей, расспрашивая об ограблении. Самой же девушке было непривычно общество и столь дружеский настрой недавних врагов. Она опять заламывала пальцы, а когда она начала говорить, её голос чуть дрогнул. Беру кружки с ароматным напитком и сажусь рядом с Вики, вручая одну из кружек ей. Она смотрит на меня с благодарностью, и ей даже становится легче рядом со мной. Джастин и Джейн старались больше общаться с Вики, желая сразу наладить отношения, а вот Моника и Пит проявляли осторожность к брюнеточке. Зная эту позицию Моники, я очень удивился её предложению: — Раз Вики теперь одна из нас, то стоит это отметить. Как вы смотрите на то, что бы сходить вечером в клуб и выпить? — Отличная идея, но решение за тобой, Люцифер. — Почему нет? Давно мы просто не собирались и не выпивали. Постепенно все разошлись по своим делам. Кто-то поднялся в комнату, кто-то и вовсе уехал. В скором времени, мы с Уокер остались вдвоём. Она спрашивала про ребят, нашу банду в общем и прочих вещах, интересующих её. Когда волнующие брюнеточку темы закончились, я принялся решать вопросы с управлением клуба, чтобы окончательно исключить Кэтрин из своей жизни, а девушка смотрела что-то в телефоне, который я ей вернул после завтрака. Я не понимал, почему она не поднимается наверх, а продолжает сидеть со мной, но ничего не говорил ей, ведь меня устраивало её присутствие. Звонок в дверь. Что бы не отвлекаться, прошу Вики открыть. Громкий хлопок, стук и в адрес девушки звучат различного рода оскорбления от той, кого я предпочёл бы забыть на веки. Как можно быстрее кладу ноутбук и спешу к девушке, уже слыша звук шагов по лестнице. За эти несколько секунд Кэтрин разбила губу Вики и начала её душить. Прикладываю немало усилий, чтобы оторвать девушку от Уокер, которая тут же наполняет лёгкие воздухом, спускаясь по стене от бессилия. — Ты променял меня на эту прошмандовку?! — От истерички слышу, — слабым, хриплым голосом, но Уокер отвечает черноглазой, за что получает удар в область живота. — Что за херню ты творишь? — краем глаза замечаю, как Моника поднимает Вики и отводит в сторону. Я стараюсь вывести Кэтрин из дома. — С чего ты решила, что имеешь право приходить в мой дом и избивать мою девушку? — То есть, я была права? Эта шлюха из клуба стала моей заменой! — Не смей так о ней говорить, — достаю свой карманный нож и подношу его к её горлу. — Проваливай! — Я не оставлю это просто так, Люцифер! Если ты не со мной, то твоя жизнь превратится в Ад на Земле!