My love will never die

♫ Three Days Grace — Never Too Late Take me high and I'll sing Oh you make everything OK. We are one in the same Oh you take all of the pain away. Safe me if I become My demons.

«Вики… её нет в клубе». Эта фраза звучала, как самый страшный приговор. Недокуренная сигарета падает на землю, а я так и не поворачиваюсь на друга. — Если ты решил пошутить, Питер, — начинаю приглушённым грубым голосом. — то эта самая отвратительная шутка. — Нет… ни Вики, ни того парня, с которым она уходила, в клубе нет. Я не мог поверить в правдивость сказанных слов. За что только ты свалилась на мою голову, Уокер? Предупреждал же, что ничем хорошим эта встреча не закончится. Но она же гордая, упёртая, слабая, беззащитная, одинокая малышка. Как бы мне не хотелось это отрицать, но я уже зависим от этой невероятной девушки. Она пытается казаться грубой стервой, показывает свои зубки, но она совсем не такая. Нежная, хрупкая, как хрусталь, сломленная, одинокая, ищущая поддержку и своё место в этом бренном мире малышка. Чувство, что я знаю её не первый век, всё глубже поселяется во мне. В самый отвратительный момент один её взгляд успокаивал, дарил ощущение нужности и поддержки. Как же глупо. — Люцифер, ты в порядке? — Да, я подойду чуть позже. В кого же ты превратился, Люцифер? Стоишь и грезишь о девушке, которую знаешь не так долго, как те мерзкие влюблённые, достойные лишь презрения. Но после встречи с Вики, она просто не выходит из головы. Закрываю глаза, облокачиваясь на стену. Что же происходит, Вики? Смогу ли я ещё хоть раз увидеть твою очаровательную улыбку или услышать заливистый смех? Бессмысленным монологом ей не помочь. Резко открываю глаза и решительно возвращаюсь в здание. Счёт пошёл на секунды. — Что нам известно? — все, кто присутствовал, сидели в почти мёртвой тишине. — Они вышли так, что их не видно ни с одной камеры. — Была видна лишь машина, номера которой не существуют. Я думаю это они. — Сможете узнать, где эта машина? — Не думаю, что они настолько глупы, чтобы попасться на машине. Её могли оставить где-то или просто сменить номер, ведь модель достаточно популярная. — Эта наша единственная зацепка, поэтому отрабатывайте её, — Джейн и Джастин начали что-то набирать на ноутбуке, хотя было видно, что они считали эту идею провальной. Я понимал, что, возможно, так и есть, но мы обязаны попытаться. — Ты не думал, зачем её могли похитить? — Моника устало откидывается на спинку кресла, тяжело вздыхая. — Может, она вообще уже мертва, и все наши попытки бесполезны. — Если ты скажешь ещё хоть слово, Моника, то мертва окажется не только Уокер. В чём-то она была права, Вики не могли похитить просто так. Она стала мне очень дорога, что не осталось не замеченым. Возможно, цель была отомстить мне? «Денница ответит за сделанное много веков назад». Невольно вспомнились слова Вики. Именно она и стала этой платой, что слишком высока для меня. — Ты должен понимать, что такой вариант возможен. Ты обязан быть готов к этому. — Даже если она мертва, мне нужен её труп, чтобы убедиться в этом. А пока его нет, вы будете искать её. Иначе, ты отправишься вслед за ней. — Думаю, если сейчас мы не уйдём, то сами трупами станем, поэтому, чтобы остаться живыми и не терять время, Люцифер, поедем за оружием. Я не хочу обезвреживать возможных убийц голыми руками. Питер с большим усилием отрывает меня от Моники. Кидаю последний взгляд на девушку, покидая помещение. В тишине, нарушаемой пробуждением города, мы садимся в машину. Ещё недавно было ощущение приятного тёплого дня, но сейчас от этой атмосферы осталось лишь лёгкое напоминание. Жизнь в городе пробуждается, входит в свой привычный ритм жизни. Все люди куда-то спешат, не обращая внимания на всю красоту и спокойствие, что окружает их постоянно. Слишком занятые, слишком раздражительные, слишком уставшие — все эти люди синонимы к слову слишком. И то, что происходит за окном, олицетворяет всех людей разом. От солнечных лучей, что освещали город в самом начале, сохранились лишь тени, напоминающие те яркие вспышки света. Всё раннее алое небо начали затягивать тяжёлые тучи, не давая тем немногим людям насладиться прекрасной голубизной неба. Такой же прекрасной, как и глаза Вики. И от потери этой девушки ещё больше казалось, что само небо вот-вот начнёт проливать слёзы. — Ты понимаешь, что Моника права. Ты боишься, что это окажется реальностью? — парень подаёт признаки своего нахождения рядом, выводя меня на диалог. — Чёрт возьми, да! Пит, впервые в жизни мне страшно кого-то потерять! — Такого не было даже с Кэтрин, с Вики же вы даже не вместе. Вы знакомы не так давно, так в чём дело? Признайся, хотя бы, себе в этом. — Давай, я не лезу в твои отношения с Моникой, а ты не лезешь в мои отношения с Вики? — где-то на задворках души горел яркий свет, разливая тепло, он пытался донести, что шатен прав, и мне пора признаться себе. — Если тебе проще бежать от истины, то конечно. Но сложно отрицать оче… Люцифер! Резкая боль, выбивающая из моих лёгких воздух, распространилась по всему телу. Глухой стон вырвался с моих губ. Боль слишком быстро усиливалась, пульсируя по всему сознанию и телу. Ещё один удар и я, рефлекторно, выворачиваю руль вправо, чуть ли не врезаясь в столб на обочине. Нас спасает Питер, успевший вовремя перехватить руль. Ещё один приглушённый стон. Ужасное чувство отдавало в виски, вызывая головную боль. — Люцифер, ты слышишь, видишь меня?! — Хватит кричать, Питер, — говорю ослабевшим голосом. — Тебе нужно в больницу, — парень помогает мне пересесть, после сам садится на место водителя. — Нет, мы едем за оружием, — меня душит раздирающий кашель. — Ты можешь сдохнуть, так ты Вики не поможешь! — Держим прежний курс. Это приказ, — и вновь разравающий кашель. Вижу, как Питер вздыхает, но не смеет мне возразить. Я пытаюсь отвлечься от всепоглощающей боли, в чём парень мне помогает, занимая разговорами ни о чём. Получалось не так хорошо, как хотелось, но это, кажется, уменьшало имеющуюся боль. Когда мы приехали, я почувствовал последний удар. Очень острое ощущение того, что сознание покинет моё тело, не оставляло меня. Но в один миг это всё отступило, будто и не было предобморочного состояния и затуманившей разум боли. Я выхожу из машины, встречаясь с удивлённым Питером. — Ты как? — Не понимаю, что это было, но сейчас, вроде, в норме, — шатен оглядел меня недоверчивым взглядом, но, убедившись, что я не похож на ходячий труп, он идёт в дом. На самом деле, предположение о происходящем у меня было, но звучало настолько нереально, что я и сам до конца не верил в него. Всё сводилось к легенде. Сны, которых я не помню, странный парень из клуба, второе совпадение с болью. А совпадение ли? «… мне стало невыносимо больно». Вики говорила это мне в больнице, неужели сейчас я чувствовал всё то, что чувствует она? Значит, она ещё жива? Или же это были последние минуты её жизни? Я сделаю всё, чтобы найти её, чего бы это ни стоило. Нужно было собрать не слишком громоздкое оружие, которым мы обезвредили бы или защитились бы от того, что ждёт нас. Идти на них обезоруженными, не зная, сколько там человек и вооружены ли они — очень опрометчиво. Это приравнивалось к тому, чтобы добровольно стать пушечным мясом. Через какое-то время, когда мы загрузили оружие, позвонила Джейн, произнося долгожданные слова: «Мы нашли её». До клуба мы доехали слишком быстро, всё время обсуждая план действий. Медлить было нельзя. Каждую секунду могло что-то измениться. Самое простое в этой ситуации — определить, кто поедет спасать малышку Уокер. Джейн может найти информацию на кого-то или что-то, но как стрелок, она очень плоха. К тому же, она и так слишком много сделала для нас. Для меня. Если бы не Джейн, то можно было бы вычеркнуть Вики из воспоминаний, как одну из девушек на ночь, каковой она не являлась. Только не для меня. При одном воспоминании о малышке Уокер на лице так и норовит появиться глупая улыбка. Почти физически ощущаю опустошённость внутри из-за отсутствия Уокер. Мне кажется впервые, я испытываю страх за то, что может произойти с ней. Страх, что мы не успеем и найдём лишь загнивающий труп, столь дорогой мне девушки. В таком состоянии я был готов поверить в любой бред. И вот, мы втроём высаживаемся недалеко от большого дома. Где-то, скорее всего, в подвале находится Вики. День только начинал близиться к вечеру, но небо уже было настолько тёмным, что трудно сказать о времени суток. Что бы проникнуть в дом незамеченными, машину пришлось оставить не слишком далеко, для того чтобы в случае чего Джастин смог, как можно быстрее, подъехать, забрать нас из происходящей вакханалии. На первом этаже было приоткрыто окно, через которое мы проникли внутрь, но ощущение того, что это сделано специально, не покидало меня, от чего приходилось действовать ещё осторожней. Почти сразу находим дверь в помещение, которую охраняют двое парней. План до безумия прост: отвлечь, обезвредить, проникнуть в помещение, забрать Вики и, желательно, не умереть раньше времени. По классике жанра, что-то обязательно идёт не так. Наш случай, конечно же, не стал исключением. Пистолет Моники с глухим стуком падает на пол, привлекая к нам лишнее внимание. — План «Б»! Действовать нужно быстро. Моника и Питер оглушают одного, пока я обезоруживаю второго, пытаясь лишить его возможности двигаться. Пит кидает взгляд на дверь, уверяя меня, что они справятся без меня. Выбиваю эту чёртову дверь и забегаю внутрь. — Малышка, теперь всё будет хорошо. Вики лежала вся в крови и ссадинах, её волосы были спутаны, а платье порвано. Сердце болезненно сжалось, обливаясь кровью. Аккуратно беру её на руки, дабы не причинить лишней боли, но Уокер издаёт хриплый стон. — Мой ангел… — после этого она теряет сознание. От слов, сказанных малышкой, стало невероятно тепло. Без раздумий, очень быстро, пока нас не заметили другие обитатели дома, стараемся уйти так же, как и зашли. Джастин, услышав приказ, подъезжает к нам, и мы не ждём, пока он остановится, садясь в машину. Через какое-то время, капли воды начали бить по крыше машины, смывая всё пережитое за сегодня. Но мне было всё равно на погоду, ведь на моём плече мирно сопел самый дорогой человек, иногда сжимая мою руку, чтобы убедиться, что она не одна. Не знаю, что нас ждёт дальше, но сейчас, когда она рядом, в душе воцарилось необычайное спокойствие, которого мне так не хватало. Которое могла доставить лишь она.