My love will never die

♫Red — Already Over Как много смятых болью судеб, Как мало в них любви тепла. Эх, обезумевшие люди: Хотят согреть, а жгут дотла.

— Мой ангел, неужели я встретила тебя вновь? — Вики улыбается так искренне и нежно, что сердце так и норовит вырваться из груди прямо к ней в руки. — Боюсь, я уже не тот, кого ты знала в начале создания мира. — Но, Люцифер, я помню всё! Восстание в Пандорике, мою жизнь на Земле, Школу Ангелов и Демонов, мою любовь к тебе… — с каждым словом она расцветала всё сильнее. — Но скажи, что произошло после моей смерти? Почему тебя знали, как демона и Сына Сатаны? — Когда ты покинула меня, отец снизошёл до меня. Мы отправились в Небесный град, где Шепфа наградил меня белоснежными крыльями, — лучших дней воспоминания теснились предо мной, когда я рассказывал о них Вики, что внимательно меня слушала, продолжая обнимать меня. Её голова лежала на моей груди, что позволило моим пальцаи погрузиться в шёлк волос вновь и вновь. — Я стоял плечом к плечу с Рафаилом и Михаилом, старался быть лучшим. И я им был. Отец говорил: «Ты достоин своих крыльев, Светоносный. Они призваны помочь тебе нести свет и надежду в мир моих творений — людей. Так выполни своё призвание, будь лучшим среди моих первенцев», — вспоминая отца, я вскрывал рану, что была в моей душе с того самого дня. — Но я не мог забыть тебя. Каждый раз, закрывая глаза, я видел твой хладный труп. Я говорил об этом отцу, но терпение уже кончалось. Когда меня вызвали к нему на аудиенцию, все, кого я считал союзниками отвернулись от меня. Он стёр все воспоминания о тебе и Пандорике, оправдываясь благими намерениями, после отправив в Ад на попечение Сатане. — Ты хочешь сказать, что Создатель отвернулся от тебя? — она перебивает меня, смотря глазами полными переживания. — Да… Поэтому мы не узнали друг друга на Небесах. — Мне так жаль, Люци, — Вики сильнее прижимается ко мне, показывая, что она рядом. — Это уже прошло, малышка. Сейчас мы с тобой вместе, как и задумано самим мирозданием. Даю тебе слово, больше не найдётся ничего, что способно нас разлучить, — наклоняюсь и оставляю лёгкий поцелуй на её виске. — Малышка, ты устала, эмоционально истощена. Отдыхай, — брюнетка ложится так, чтобы иметь возможность видеть мои глаза. — Пообещай, что ты не оставишь меня. — Обещаю. Мне ещё очень долго придётся доказывать ей, что я никогда не уйду, но это не главное. Видеть её улыбку и слышать спокойное сердцебиение — высшая награда. Она закрывает свои глаза, удобнее устраиваясь рядом, и почти моментально засыпает. Этот день забрал у неё много сил, которые необходимы ей, как никогда раньше. Я наблюдал за тем, как она спит на мне, сильнее обнимая, точно я правда мог покинуть её. Когда Вики в очередной раз слишком сильно сжала руки, я перехватил её ладонь, переплетая пальцы. Что бы хоть как-то уверить девушку, что я всё ещё здесь, тихо начинаю шептать: — Засыпай, малыш, я буду охранять твой сон, лишь обними меня быстрей… На удивление, это помогает теперь хватка девушки не такая сильная. Через какое-то время засыпаю и я, зная, что рядом лежит моё самое большое счастье. Не верилось, что мы вновь встретились. Казалось, со дня её смерти прошла вечность, которую я не мог забыть. Сейчас мне стали понятны и наши сны, и помыслы отца, и та легенда, что оказалась частью нашей жизни. Но об этом мог знать лишь посланник Шепфа, которых было не так много на моём веку. Та легенда не похожа на деяние пророков. Так кто же послужил её распространению и зачем? Мне предстоило с этим разобраться, но не впутывать в это Вики. Воспоминания с тех времён причиняли ей слишком много боли и страха. Если к этому причастен кто-то из Высших, то сейчас мы находимся в самом отвратительном положении. Мы не сможем дать отпор бессмертным, если того потребует ситуация, а значит станем обречены на смерть. Что я хотел сделать, когда найду ответ на этот вопрос, я не знал. Было ясно лишь то, что проблему надо было решать. Но это уже заботы завтрашнего дня. Завтра — новые переживания, эмоции и проблемы. А сейчас есть только она. Моя малышка, которая так тихо сопит рядом, слишком зависимая от меня и слабая. Малышка, которую хочется сгрести в свои объятия и никогда не отпускать, окружив заботой и любовью. Рядом с ней думать о чём-то просто невозможно. Вики занимает все мысли. Самое страшное мучение — вновь потерять её, увидеть бездыханное тело и ощутить ту пустоту и боль внутри. Я до сих пор чувствую тот страх, который испытал, увидев чёрный узоры на её теле, холод, что почувствовал после слов о проклятие, боль, что так стремительно распространилась по всей моей душе, когда понял, что потерял её на долгие века. Я не хочу, чтобы все эти чувства вспыхнули с новой силой, поэтому нужно сделать всё, лишь бы не в путать её. Наконец, солнце начинает озарять своим светом город, окрашивая в красные цвета небосклон. Лёгкий ветерок играет с верхушками деревьев, но так и остаётся на самых задворках. Пышные облака лениво проплывали на небе, трепетно выбирая каждый луч яркой звезды. Лос-Анджелес просыпался, принимая облик живущего города, что сочетает в себе весь местный колорит. Невесомые касание миниатюрных ладоней заставляют обратить внимание на девушку, которая уже не спала, но старалась не разбудить меня. Но мой сон спал уже очень давно, поэтому малышка мне никак не помешало. Увидев, что я не сплю Вики виновато улыбается. — Прости, мой ангел, не хотела тревожить тебя, — она проводит по моим волосам, убирая упавшие пряди. — Я уже не спал, так что ты ни при чём, — улыбаюсь девушке, получая в ответ легкий поцелуй. Невинное касание, не несящее чего-то большего. — Давай останемся здесь? Только ты и я. Пусть тебя считает мертвым весь Лос-Анджелес, но мы будем спокойны. И наш покой будет нерушимым, — она продолжила ластиться ко мне, словно маленький котёнок. — Сегодня, завтра, может, через месяц, но нас найдут те, от кого мы сбежали. Мы можем уехать из города, но нет гарантии того, что наш покой продлится долго, — я медленно перебираю её шелковистые волосы, цвета угля, наблюдая за её реакцией. С каждым моим словам она становилась печальнее. — Но если мы уедем, то у нас будет больше времени узнать о том, кто хочет нашей ликвидации. Прошу тебя, Люци. Я не смогу выдержать ещё одной разлуки с тобой… — Я тебя не оставлю, малышка. Если тебе будет так спокойнее, то мы уедем сейчас же. Подлинная радость на лице девушки. Она переживала за меня, разделяя все мои эмоции и состояния. Наша связь слишком сильно оказывала влияние на Вики, что просто истощало её. Я не знал, почему она так зависима от меня, а я лишь в малой доле нуждаюсь в ней, это мог знать лишь сам Шепфа. Всё, что я мог сделать сейчас для Вики — взять под контроль свои эмоции, иначе я потеряю её. Она поднимается с кровати, пытаясь поднять меня. Я поддаюсь ей, вызывая ещё одну улыбку. Нам хватает менее получаса, чтобы собраться. План был до неприличия прост. Машина, дорога, мы вдвоём. Просто ехать в неизвестность, определяя направление игральной костью. Вики вышла раньше меня, а я остался закрыть квартиру. Разница во времени около минуты, но этого хватило, чтобы понять, что эту девушку нельзя отпускать ни на секунду. Её не было рядом с машиной, а телефон отключён. Через какое-то время на мой телефон приходит сообщение от неизвестного: «Думаю, ты найдёшь то, что потерял здесь.» Не думая, отправляюсь на адрес, что прикреплён к сообщению. Утро было свежее, но прекрасное. Над солнцем была кровавая полоса, что окрашивала облака в розовое золото. Ещё виднелся голубоватый туман, что убегал по улицам города, уступая место новому дню. Какой бы чудной не была погода, желание наслаждаться ей не было. Те беспокойство и страх, что я пытался подавить, не давали мне покоя. Наконец, останавливаюсь возле переулка, где обитают все наркоманы и пьяницы города. Прохожу в глубь, предварительно приготовив пистолет. В непроглядной мгле послышался жалобный голос, на который я обернулся встречаясь с голубыми холодными глазами. — Люци… К горлу Вики был приставлен нож, обладательница которого стояла за девушкой. Нож был не с Земли, и это насторожило меня. Как оружие, выкованное в Аду для Высших демонов, оказалось в руках обычной смертной? Как она вообще смогла выжить, держа его в руках? Только если это «смертная» не… — Признайся, ты же не думал, что так просто избавишься от нас? — в подтверждение моих мыслей, из тени вышла девушка с ножом. — Кэтрин, — говорю настолько мерзко её имя, словно оно — самое ужасное во всех трех мирах. — Какого хрена? — Ты забрал у меня самое дорогое что было в моей жизни, так почему я не могу отплатить тебе тем же? — она сильнее прижала нож к горлу Вики, из-за чего у последней начала алой струйкой стекать кровь. — Я понятия не имею, о чём ты! -заряжаю пистолет и целюсь прямо в ненавистное мне создание. Главное не попасть в Вики, но Кэтрин была не так глупа, поэтому она почти полностью закрыла себя девушкой. — Сатана послал Белоглазых Демонов к нам. Они забрали моего отца, который верой и правдой служил Сатане, и отправили его гнить в Пандорику! — Может, его возможно… освободить? — брюнеточка подала свой тихий и слабый голос, который почти смешался с шумом утреннего города. — Освободить? — Кэтрин рассмеялась неестественным смехом, после добавила с нескрываемым гневом в голосе. — Люцифер убил его! — Зачем? — малышка шепчет одними губами, смотря с мольбой. — Сатана отправил меня подавить восстание. Асмодей убил себя моим клинком. — Он понимал, что перспектива гнить в Пандорике отвратительна. Именно там он узнал о Мальбонте, его последователях и первом восстание, которое подавили ныне падший ангел и обычная смертная. Именно благодаря отцу Мальбонте жив. Но я никогда не прощу Шепфа, Сатане и тебе смерть моего отца. Армия Мальбонте обретёт силу, и демоны будут править этим миром, заставляя вас наблюдать за его падением! — Не думай, что Шепфа это допустит. Вы, демоны, считаете себя особенными, но вы обычные призраки. Испорченные, извращенные, злобные призраки с неимоверно раздутым эго. — Ещё недавно ты считал себя одним из нас, Светоносный, — специально выделяет моё имя, зная, что это разозлит меня. Но я всё ещё старался держать себя в руках. — Может, я считал себя демоном, но всегда мы с Вики были выше вас всех. Именно поэтому ты отпустишь её. — Иначе? — было видно, что ситуация забавляла её. — Иначе не будет такого места, где я не найду тебя! — Как страшно, меня убьёт ангел! На моей стороне Мальбонте; ты не сможешь убить меня, — ядовитая ухмылка, которую так и хотелось стереть с её лица. Меня опередил грубый бас, от которого Кэтрин вздрогнула. — Ты ошибаешься, Махаллат. Мальбонте мёртв. Расправы над тобой жаждут все бессмертные.