Мое сердце в твоих руках

      — Что случилось, Рей?       — Ничего.       — А почему ты на меня дуешься?       — Я не дуюсь.       — Дуешься. Ты практически не разговариваешь со мной после Нового года!       — Нет.       — Блин, какого хрена?       — Следи за языком, Бен.       — И ты туда же! Как-будто мне мало Хакса!       В ответ Рей только пожимает плечами и возвращается к домашке.       Бен, который просто не может понять, на что она обиделась, начинает нервно расхаживать по игровой. Она почти не общается с ним, не пишет смс, не звонит, сбрасывает его звонки или сухо отвечает «некогда» или «занята».       Хакс не говорит, что случилось, хотя явно знает, но он обещал Рей молчать и держит слово.       Соло так привык, что Рей всегда рядом — только руку протяни, что ее неразговорчивость заставляет его сильно нервничать. И, как ни странно, чувствовать себя одиноким. Не спасает ни Армитаж, ни Джесс.       Бен настолько выбит из колеи, что даже не пошел на свидание на этой неделе. Понял, что ничего не хочет от Джесс впервые за более, чем четыре месяца, что они вместе.       «Джесс… Может быть, Рей узнала про Джесс… Ну и что… Она же должна понимать, что я взрослый. Или дело не в этом…»       — Эээ, Рей, я хотел тебе кое-что рассказать… — в ответ она только слегка поднимает бровь, продолжая делать задание. — Я кое с кем встречаюсь. Ее зовут…       — Я знаю. — резко прерывает Рей.       — Ты поэтому на меня злишься, потому что я не все время провожу с тобой?       — НЕТ, БЕНДЖАМИН! Я злюсь, потому что ТЫ. МНЕ. НЕ. СКАЗАЛ.       Бен стоял, открывая и закрывая рот, как выброшенная на берег рыба. Она звала его Беном, иногда Соло, но никогда, ни разу не назвала его Бенджамином! Она знала, что он не любит полную форму собственного имени, ведь так его называла только мать, и парню всегда казалось, что это еще больше отдаляет их друг от друга.       — Рей, я… я просто… ну, я… — да, он не хотел говорить с Рей про Джесс, потому что практически все его разговоры с Хаксом на эту тему так или иначе сводились к сексу. И он просто не знал, что и как ей рассказать. Поэтому в итоге предпочел не говорить вообще ничего, хотя Хакс предупреждал, что это плохая идея.       А еще Бен, конечно, дико стеснялся, не без этого. Он боялся, что Рей будет постоянно его поддразнивать — она могла, и он будет смущаться еще сильнее.       — Что ты просто? Я знаю, что у парней рано или поздно появляются девушки! И что они могут заниматься сексом, я тоже знаю! И что это такое, тоже в курсе!       У Бена пылало лицо и уши. Он до сих пор иногда краснел, произнося в разговоре с Армитажем слово «секс». И услышав его от Рей, готов был провалиться сквозь землю.       Если уж на то пошло, он вообще часто краснел — когда его ругали и хвалили, когда говорил с Хаксом про свои успехи и неудачи с Джесс, на свиданиях с Джесс, а иногда и разговаривая с Рей. Бен ничего не мог с этим поделать. Оставалось надеяться, что рано или поздно он это перерастет.       — Т-т-ебе одиннадцать…       — Именно. Я не слепая и не глухая. Поэтому я вполне способна просто порадоваться, что у моего лучшего друга появилась девушка. А не узнавать, случайно увидев их в кафе.       — Я… я…       В эту минуту в комнату вошел Хакс, который по малиновому лицу Соло и яростному Рей сразу понял, что девочка ему все высказала. А ведь он предупреждал Бена, что лучше рассказать. Но тот заморочился, что Рей будет выпытывать подробности их свиданий, которыми он готов поделиться только с ним, с Хаксом.       — Привет, Арми! Отвези меня домой, пожалуйста.       — Прямо сейчас?       — Да.       — Ладно. Поехали. Пока, Соло. Созвонимся.       — Рей, послушай… — Бен понял, что конфликт не исчерпан.       — До свидания, Бенджамин. Жду внизу, Арми.       Армитаж хлопнул Бена по плечу и пошел догонять Рей.

***

      Рей продолжала задыхаться от обиды. Секреты… У них начали появляться секреты от нее.       Конечно, она понимала, что разница в возрасте у них большая, пять и шесть лет с Арми. Но если раньше она эту разницу не замечала, то сейчас она неожиданно ощущалась просто огромной. Рей как-то не задумывалась, что парни растут и у них появляются другие интересы, кроме компьютерных игр, учебы, кино и чтения. Не задумывалась до тех пор, пока не увидела Бена в том кафе.       Как он не понимал, что она не стала бы выпытывать подробности. Особенно у него. Она знала, как он может смущаться даже при общении на, казалось бы, безобидные темы.       Но от этого было не менее обидно. Ей казалось, что между ними начала появляться пропасть, которой раньше не было.       Конечно, она тоже не стала бы рассказывать ребятам некоторые подробности собственной жизни, например, что буквально полторы недели, как стала девушкой.       И почему-то именно сейчас ее очень задевало, что ребята, а особенно Бен, не желали замечать, что она тоже взрослеет.       «Неужели их дружба вот так вот и закончится в один момент? Может ли она вообще закончиться? Или они просто постепенно перестанут общаться? Хочет ли вообще Бен теперь с ней дружить? Или ему лучше с Джесс? Захочет ли она в будущем делиться с парнями, или, как и они, понемногу начнет что-то утаивать? Может, она сама виновата, что ей не сказали? Как ей поступить с Беном, простить или дальше обижаться?»       Рей совершенно потерялась в своих мыслях и не заметила, что Армитаж уже остановился у ее дома.       — Ну чего ты так на него дуешься? Ты же его знаешь, он скорее всего просто постеснялся тебе сказать.       — А ты? Тоже постеснялся? — собственно они так и не обсудили, что произошло, Рей просто попросила не говорить Бену, что видела их с Джесс. — Или тоже что-то важное скрываешь? А то может жениться собрался, а я еще не доросла, чтобы знать!       — Господи! Рей! Я… мы… –Хакс просто дар речи потерял.       — Вы решили, что я слишком мала для такой новости. — она не спрашивала — утвеждала.       — Ну да…       — Это как если бы у меня появился еще один друг, я начала проводить с ним время, а вам бы не сказала, потому что вам это якобы не интересно.       Армитаж молчал. Рей в общем-то была права. Можно было просто рассказать. Без подробностей, ну или отделаться общими словами. Ей же не пять в самом-то деле.

***

      — Рей, дорогая, что случилось? — миссис Томпсон смотрела на совершенно потерянную дочь.       — У Бена появилась девушка.       — Ну и что? Это же здорово. Правда? — мать вопросительно взглянула на нее.       — Пять месяцев назад. И ни он, ни Арми мне не сказали. — Рей еле сдерживала слезы. — Говорят, что я маленькая.       — Ну не такая уж ты и маленькая. Тебе совсем скоро двенадцать. — мать улыбнулась.       — Да, только они этого не видят.       — Часто так и бывает, — Кира подходит и целует ее в макушку, — а потом ты неожиданно смотришь, а человек уже совсем взрослый. Ты много думала о том, что ребята выросли?       — Нет. До того, как узнала про девушку Бена, нет.       — Вот именно. А Хакс вообще уже через год заканчивает школу и уедет в университет.       — То есть наша дружба закончится?       — Я не знаю, родная. Но все может быть. Знаешь, иногда тебе кажется, что ближе определенного человека у тебя никого нет и быть не может. А потом однажды ты понимаешь, что тебе больше не о чем с ним говорить, что вы стали слишком разными и общих интересов больше нет. Ты начинаешь его избегать, реже звонить. И постепенно ваши отношения просто прекращаются. Вы становитесь чужими людьми.       — Хочешь сказать, им со мной больше не интересно? — Рей ощутила, как вспотели ладони.       — Не обязательно. Они же постоянно звонят, приходят, ты ходишь к ним.       — Может, они еще просто этого не поняли? И вообще, если у Бена теперь девушка, то он все время должен с ней проводить?       — Солнышко, я не знаю. Не обязательно. Попробуй поговорить с ними.       — А если они просто боятся мне сказать?       — Тем более надо поговорить. Это лучший выход сейчас. Не поговоришь — не узнаешь. Больше я пока ничего не могу тебе посоветовать. Сейчас мне не кажется, что они тяготятся общением с тобой.       — Я не хочу говорить с Беном!       — Рей, послушай, я понимаю, что ты обижена. Но дело в том, что для них отношения с девушками — новый опыт. Они могут просто не понимать, что можно рассказать, а что нет. И как ты вообще это воспримешь. Может, они как раз и боятся, что ты воспримешь это, как угрозу вашей дружбы. Вам всем нужно время, чтобы разобраться. А обижаясь и не разговаривая с ними, ты не сможешь развеять свои сомнения. Это скорее приведет к тому, чего ты боишься — вы отдалитесь друг от друга. Хотя скажу честно, я была бы рада, если бы помимо ребят у тебя появились и друзья в школе.       — Почему?       — Они скоро уедут, Рей. Оба. Это тебе сейчас кажется, что им до университета еще долго. Но это время пролетит, оглянуться не успеешь. Не хочу, чтоб ты осталась без друзей. Понимаешь?       — Да, наверное…       — Ну что? Поговоришь с ними?       — Попробую. Только не знаю, с чего начать.       — Начни с главного. Это будет лучше всего. И обязательно потом расскажи, как все пройдет. Хорошо?       — Да, мама. Спасибо. Люблю тебя.

***

Соло: Она злится? Хакс: Да Соло: Только на меня? Хакс: На обоих. Но на тебя больше. Соло: Нужно было сказать? Хакс: Да. Я тебя предупреждал. Соло: Знаю. Я идиот Хакс: Не могу не согласиться 😆😆 Соло: И что мне делать Хакс: Поговори с ней. Честно. Соло: Она не хочет. Хакс: Попробуй еще раз. Соло: А если нет? Хакс: Тогда напиши ей в мессенджер или на почту. Соло: Спасибо.

***

      После того, первого, поцелуя отношения с Джесс изменились. Бен уже не чувствовал себя так скованно рядом с ней, хотя иногда и продолжал представлять на ее месте «взрослую Рей», чтобы успокоиться, если заходил в тупик с разговорами.       Джесс теперь позволяла ему гораздо больше. В кино они сидели исключительно в обнимку и постоянно целовались. Бен смирился с ее выбором фильмов, потому что фактически они теперь оба их не смотрели, слишком были заняты. А если все равно в основном целоваться, то какая собственно разница, что смотреть.       Их поцелуи уже не были такими неловкими. Они научились использовать язык. Поняли, что делать с губами. Перестали дико краснеть во время и после. Бену больше не мешал нос.       Но дальше поцелуев они продвинулись не очень сильно. В основном, потому что Джесс ни в какую не хотела приглашать Бена домой, и сама его приглашения не принимала.       При этом она его и не отталкивала. Бен видел, что Джесс нравится с ним целоваться. И не только целоваться.       После кино они теперь чаще всего шли не в кафе, а на парковку, где стояла машина Соло. Сэм отдавал Бену ключи и шел в торговый центр в ожидании, когда будет пора отвозить ребят домой.       Бен же с Джесс залезали на заднее сидение, где могли позволить себе чуть больше, не опасаясь что их увидят — задние стекла у мерседеса были тонированные.       В первые несколько раз, когда они уединились на заднем сидении, они только целовались. Постепенно, обретая уверенность, Бен начал целовать не только губы Джесс, спускаясь к шее, осмелился слегка пососать мочку ее уха, чем вызвал ее удивленный возглас и вполне ощутимую дрожь, которая тут же отозвалась в его члене.       Бен достаточно легко возбуждался, поэтому на свидания с Джесс всегда надевал плотные джинсы, которые хоть немного скрывали эрекцию. Он уже почти перестал стесняться своей реакции в темноте кинозала или в уединении машины, тем более, что хоть Джесс и смущалась по началу, ей это определенно льстило. Но вот разгуливать со стояком по торговому центру Бену все же не хотелось.       Как-то раз спустившись поцелуями к ключице Джесс, Бен снова попробовал положить руку ей на грудь, и она ее не оттолкнула. Бен, не прекращая целовать ее шею, только чтобы скрыть цвет своего лица, слегка сжал левую. Она была теплой, мягкой и приятной на ощупь, несмотря на разделяющие их слои ткани.       Понимая, что смелости спросить Джесс, может ли он поцеловать ее грудь, у него не хватит, Бен медленно спустился поцелуями от ключиц к вырезу ее блузки, сжав и вторую грудь. Но попытки расстегнуть пару лишних пуговиц Джесс пресекла сразу.       — Бен, куда ты так торопишься?       — Ну… Я не тороплюсь. Просто… Ты мне просто очень нравишься. — выпалил Соло. — Поэтому мне сложно держать себя в руках.       — Да, я вижу. — Джесс перевела взгляд с лица Бена ниже, и ее щеки так сильно порозовели, что это стало заметно даже в полумраке автомобиля. — Можно?       Бен не очень понимал, о чем именно она спрашивает, но уточнять было неудобно, поэтому он просто кивнул.       А Джесс протянула руку и осторожно дотронулась до выпуклости на джинсах Бена. Член слегка дернулся, это чувствовалось даже через плотную ткань, Джесс испугалась, а Бену стало просто больно, так сильно молния и шов джинсов впились в его член.       — Все нормально? — девушка смотрела в окно. — Уже поздно. Отвези меня домой.       — Д-да. — Бену пришлось смириться, что дальше они сегодня не продвинутся. А со стояком придется терпеть до дома.

***

      К моменту ссоры с Рей, Бен уже видел голую грудь Джесс, что не могло не радовать.       Ведь, если быть до конца честным с самим собой, то Бен понимал, что хоть Джесс ему и правда нравилась, но он в первую, во вторую и третью очередь хотел от нее секса и ничего более.       Время шло, а до секса такими темпами было еще очень далеко.       А вот голые сиськи Джесс Бена несколько разочаровали. Они оказались не такими классными, какими виделись в вырезах блузок и платьев. Теплые, мягкие с коричневыми крупными сосками и заметными венами под кожей, а вот форма была странноватая. Они не стояли, как на фото в интернете, которые он любил смотреть, а скорее висели. Соски «смотрели» не вперед, а вниз.       Тем не менее это была первая женская грудь, которую он видел, трогал и целовал. Когда это случилось впервые, он кончил всего от нескольких прикосновений своих губ к соску. Он ничего не мог с этим поделать. Это было унизительно — он ведь себя даже не трогал. Оставалось надеяться, что джинсы не промокнут насквозь, и Джесс не заметит, ведь она иногда несильно прикасалась к нему там, внизу.       Но продвигаться дальше или, как говорил Армитаж — ниже, и ехать домой к Бену Джесс продолжала отказываться наотрез, говоря: «Тебе что, Бен, больше от меня ничего не надо, кроме этого?»       В такие моменты Соло, конечно, немного терялся, особенно учитывая тот факт, что Джесс в последнее время сама предпочитала после кино сразу пойти в машину, не тратя время на кафе. А пару раз даже предложила фильм вообще не смотреть. Поэтому ее обвинения его обескураживали и он просто не знал, как себя вести.       А тут еще эта ссора с Рей.

***

      Рей по-прежнему с ним не говорила, не отвечала на звонки, а еще перестала приезжать после школы.       Бен тосковал. Не скучал, а именно тосковал. Ему было грустно и одиноко даже в компании Хакса. Не хотелось ни с кем разговаривать, кроме Рей.       Он понимал, что скорее всего слишком зависим от этих отношений, но не мог, а главное — не хотел ничего менять. Как он мог отказаться от дружбы с девочкой, которая за грубостью и истериками разглядела в нем одинокого мальчика и исцелила, даже если сама этого не понимала.       Не то чтобы Бену стало плевать на отсутствие отношений с родителями. Нет. Но рядом с Рей это становилось не важно. Если она была рядом, то он был спокоен и уравновешен. Сейчас же, когда ее не было рядом, вернулась его необоснованная тревожность. Его все раздражало.       Бен знал, что предпочитает не создавать проблем, чем решать их. Он знал, что сколько бы ни пытался это скрыть, он, как сказал бы его отец, слишком мягкий и слабый. И ему казалось, что теряя контроль, это все становится слишком очевидным для всех.       В таком состоянии сил и желания на свидания с Джесс не было. Он был настолько подавлен, что прикинуться больным и отменить встречу в пятницу не составило труда, хотя Пава и надулась. Но Бен объяснил, что боится заразить ее, и той пришлось смириться.       По совету Армитажа Бен несколько раз садился писать Рей письмо. Но результат ему не нравился. Все объяснения и оправдания казались глупыми, а единственное правдивое — обидным.       Поэтому Бен, не выдержав, решил заставить Рей с собой поговорить. Лично.       Он сбежал с уроков — чего никогда не делал — и поехал к ее школе.       Она, как всегда, сразу после школы пошла к машине. Даже если она не ехала к парням, Сэм отвозил ее домой. Открыв дверь, Рей привычно села на заднее сидение и только тут заметила Бена, который сразу схватил ее за руку, чтобы она не сбежала.       — Рей, пожалуйста, давай поговорим! — Бен, с одной стороны, чувствовал отчаяние от того, что не знал, как лучше себя вести, а с другой — радость от того, что его самый близкий человек снова рядом.       — Отвезите меня домой. Хорошо?       Бен нашел в себе силы только кивнуть.       Всю дорогу до ее дома Рей смотрела в окно, чувствуя на себе его пристальный взгляд.       Собственно, она больше не сердилась. Она очень много думала после разговора с мамой. И поняла, что если бы у нее появился парень, то она, скорее всего, тоже не стала бы им рассказывать. По крайней мере сразу.       Но ей хотелось, чтобы Бен объяснился и извинился. Сам, а не потому что она попросила.       Тогда она и перестала к нему приезжать. А еще это был ее способ проверить, хочет ли Бен действительно с ней общаться или радостно соскочит, мол не хочешь, ну и хорошо.       Поэтому Рей была счастлива от того, что он приехал. Ей нравилось чувствовать на себе его взгляд. Знать, что он волнуется.       Около ее дома Сэм сразу вышел покурить, оставив их одних.       Рей повернулась к Бену и вопросительно подняла бровь.       — Рей… Я… — Бен сжал руки в кулаки и глубоко вздохнул. — Ты прости меня, пожалуйста, что скрыл от тебя, что встречаюсь с Джесс. Сначала я просто даже не думал, что что-то будет получаться, а потом… — Бен решил все же быть честным. Все равно лжец из него так себе. Рей обычно всегда понимала, когда он врет или недоговаривает. — В общем, я решил, что ты слишком маленькая, чтобы тебе об этом рассказывать. Прости меня. — Его лицо и уши пылали. — Я не подумал, что ты обидишься… Точнее подумал, но я не знал, что тебе рассказать… И как… Бляяяять! — Бен спрятал лицо в ладонях.       — Ты с ней трахаешься? — Рей смотрела на сгорающего от стыда парня и откровенно забавлялась. Она специально задала именно этот вопрос, чтобы смутить его еще больше. Не то чтобы ей уж совсем не было это интересно, но при других обстоятельствах она бы не стала об этом спрашивать, жалея его.       Все, на что хватило Соло — отрицательно покачать головой. Именно этого он и боялся — подробностей и шуток.       — Господи, Бен! — Рей расхохоталась. — Расслабься! Но скажи мне, ты ее хотя бы поцеловал, или смелости не хватило?       — Поцеловал. — буркнул он. — Вот поэтому я тебе ничего и не сказал. Так и знал, что ты будешь задавать дурацкие вопросы или ржать.       — Не злись. — Рей придвинулась к нему, положив голову на плечо. Бен в свою очередь сразу обнял ее. — В следующий раз будешь думать, скрывать от меня что-то или нет. Тебе бы тоже не понравилось, что я что-то утаиваю.       — Ты права. Не понравилось бы. — Бен собрался с духом. — Так ты прощаешь меня? — Рей кивнула. — И не будешь больше задавать таких вопросов? — еще один кивок. — И ржать надо мной?       — Не буду.       — Спасибо. Это было ужасное время — я так скучал по тебе!       — Я по тебе тоже! — Рей подняла голову и заглянула Соло в глаза. — Скажи мне, только честно… Ты все еще хочешь со мной дружить? Или тебе больше не интересно?       — Конечно, хочу! Как ты могла подумать?! Я чуть не умер за эти две недели, думая, что ты меня не простишь.       — Бен, пообещай мне одну вещь…       — Какую?       — Если не захочешь больше со мной дружить, то честно об этом скажешь.       — Рей,…       — Пообещай!       — Обещаю.