На твоих ладонях

Все, что ты любил, однажды будет потеряно. Иссушено, изранено, покинуто. Все, что было тебе дорого, — расколото. Сожжено. Уничтожено. Все распахнутые двери — возможности, дарованные кем-то свыше — будут запечатаны. Мир накренится, сталкивая тебя во тьму. Нет ничего страшнее одиночества. Нет ничего целительнее одиночества. Останься во тьме. Не поднимай голову к небу. Не открывай глаза. Не ищи звёзды. Мир накренился; он утонул во злобе. Отвернулся от Бога. Ты тоже от него отвернулся. Когда холод коснётся сердца, а тишина отравит воздух, Не позволяй слезам скатиться, обжигая бледную кожу, И не смей молиться Богу. Есть две стороны мира, и он кренится, кренится, кренится, полоская тебя злобой. Выжигая в тебе ярость. Проникая в тебя ядом. На другой стороне звёзды. Там свобода, Солнце и люди. Там всё, что ты любил однажды. Там всё, что когда-то тебе было дорого. Но оно раздроблено — тобой раздроблено. И оно погибает тобой незамеченным. Тобой потерянным. Тобой уничтоженным, израненным и сожженным. Все, что ты сделал, отпечаталось на твоих ладонях. Люди не слепы — они увидят. Но страшнее то, что не слеп ты и ты видишь.