Наши души не умрут?

«Долина Завершения, Четвёртая Мировая Война Шиноби»

Смерть, нечто сопровождающее нас с самого рождения. Жизнь, угасая, теряет смысл, всё что было и всё что будет, лишь чувства и эмоции сопровождают нас в эту тишину, необъятную глубь, жизнь кончается смертью, ведь мы шиноби. Все мы люди, мы любили, берегли, боль и страдания, все мы когда-то умрём. Мысли путались, еле стоя на ногах я продолжал наносить удары. Удар за ударом я пытался чего-то достичь! Что-то что до глубины души задевало меня! Я хотел это искоренить, то что я не мог вынести в своей жизни. Что же это: принятие, доверие, восхищение, безмятежность, радость, восторг, интерес, ожидание, настороженность, я не знаю, а может это досада, злость, гнев, скука, неудовольствие, отвращение, печаль, грусть, горе, я уже не мог здраво мыслить. У меня всегда были цели. Я хотел чего-то достичь. После я выполнил всё что мне было нужно! Однако у меня остались лишь счета, а нужны ли они мне, за них нужно платить. Я не могу назвать это местью! Скорее всего я хотел доказать себе что-то. Я хотел бы услышать от кого-то чего же я всё-таки хочу достичь, может это: возбуждение, удовлетворение, удивление, изумление, тревога, страх, ужас? Всю свою сознательную жизнь я за что-то боролся, я хотел получить силы, я её получил! Я хотел убить брата, я его убил! Всё ли это, нет, это не всё, я всегда хотел убить Наруто Узумаки. Мысли Саске были самыми разными, никогда еще в жизни внутри него не бурлило столько чувств, столько эмоций, ведь это самый радостный и одновременно самый грустный день в его жизни: — "А-а-а-а-а!" — закричал Саске нанося очередной удар, Наруто лишь продолжал кряхтеть. Сбитые костяшки, руки в крови безпринципно окутали всё синевой, преодалевая сильнейшие боль, с новым замахом наносили удар, удар за ударом ломая друг другу кости. Оба парня уже были на последнем дыхании, сильные боли во всем теле, глаза закрывались сами собой, ноги подкашивались, а руки отказывались хоть как-то двигаться, асфиксия, давление в груди, недавно вставшее солнце из-за горизонта било яркими лучами. Блондин уже не мог сопротивляться, он упал на колени, не в силах подняться, все свои силы он тратил на то чтобы не потерять сознание, концентрация спала на нет, сознание на секунду помутилось, багряный сумрак. Удар ногой буквально прилетел в лицо, Наруто упал на живот, очередная струйка крови устремилась на землю. Учиха медленно начал подходить к Наруто: «Саске этого ли ты хочешь, то ли это что тебе нужно?» — думал юный Узумаки, якобы спросив у самого себя. «Я убью тебя, убью, убью, убью, убью тебя!» — гнев, эмоция которой можно было бы очень наглядно дать описание лицу Учихи. — Наруто вставай, вставай я тебе говорю, быстрее, Наруто вставай! — кричал лис, Узумаки прекрасно его слышал, но не мог ничего ответить, в этом не было никакого смысла, слабость, но ответ нужно было дать, пересилив себя он ответил. — Я не могу Курама, я не могу пошевелиться — голос был тихим, да таким что лишь лис мог его услышать. Саске подошёл вплотную и смотрел на лежащего Наруто, шатаясь, но всё же наклонившись взял его за волосы и приподнял к себе, Наруто стоял на коленях, спиной к Учихе. — Тебе есть что сказать, Наруто? — в издёвке, с безумным выражение лица, с улыбкой до ушей спросил Учиха, специально акцентируя внимание на его имени, складывалось такое впечатление, что он пытался его унизить, чувство будто он хочет заставить его стыдиться собственного имени, сделать больно всеми возможными способами, будто обесценивая все его заслуги перед ним самим. — Меня больше интересует, можешь ли ты мне что-то рассказать — слегка улыбнувшись подшутил блондин, стекло в глазах, словно чистейшим слоем кварца закрыла всё то душевное тепло исходящее от его столь недавнего взгляда, полного рвения, уверенности. На что Учиха лишь промолчал: — А если серьезно то меня больше интересует что же ты собираешься делать если сейчас лишишь меня жизни? — спросил Наруто, лицо не выражало эмоций, всё тот же стеклянный взгляд, пристальный взгляд, осматривал всё вокруг, он искал спасения, глаза ходили в стороны лишь с одной целью, найти надежду. — Не твоё дело Наруто, зачем что-либо знать мертвецам? — задал встречный вопрос Учиха. — С таким мышлением можно никому ничего не рассказывать, все мы когда-то умрём, если ты не видишь то вот сейчас я перед тобой, живой, так еще и разговаривать могу, забавно скажи же — говорить очень сложно, на последнем же слове харкая кровью, но всё же сумев выдавить из себя насмешку, Наруто нахмурился. Саске сразу же изменился в лице, само лицо преобразилось с лица безумца на абсолютно спокойное выражение лица, но всё же выражало некую грусть, толи печаль, он на самом деле это была самая настоящая жалость, жалким одиноким взглядом Саске очернил спину Наруто: — Не зависимо от того когда бы ты задал мне этот вопрос, я всё равно бы на него не ответил, так что не строй из себя умного Наруто — всё-таки ответил Учиха на вопрос, всё так же акцентировав внимание на имени своего бывшего соратника. — Хоть убей, хоть что угодно, делай что хочешь, но ты просто обязан позаботиться о нашей с тобой деревне, ты обязан беречь Коноху в мире С-а-с-к-е, у тебя есть сила для этого, ты можешь сделать то на что никто другой не способен, ты это хоть понимаешь, лишь я и ты можем спасти этот мир! — с каждым сказанным словом тон Наруто становится всё грубее, всё грубее и громче, с издёвкой протянул имя Саске в пол тона, продолжая набирать обороты становясь всё громче, под конец даже голос лиса пробрался, будто подстроясь и синхронизировавшись с голом своего джинчурики, они говорили одновременно одно и то же, что выглядело очень зловеще, но не заимело должного эффекта, Саске всё как стоял так и стоит, что лицо, что душа не подверглись изменениям. — Раз ты так хочешь то я выполню твою просьбу, по крайней мере одну уж точно, об этом ты не беспокойся, я убью тебя! — с каждым прогнусавившим словом тон Саске становился всё громче и жёстче, будто пытаясь подрожать Узумаки и его демону лису. Куда только взор Наруто не успел устремиться в панических конвульсиях, но не опуская надежду ища её взглядом, всё что мог он, осмотрел, не успел он посмотреть лишь на Саске, наконец он приподнял голову, взгляд Узумаки и Учихи встретились. Стеклянный взор Наруто и обезумевшие глаза Саске: После чего Наруто уже успел пожалеть о своих словах! С самого начала это была досада, чуть позже злость. Саске достал кунай, это было изумление, ожидание, отвращение. Саске приблизил кунай к горлу, тревога, печаль. Наруто медленно поднял руки к шее взяв Учиху за запястья, руки блондина не справлялись, страх, эмоция который можно было это описать. Саске начал медленно вонзать куной в горло, боль, он зашёл по рукоятку, прям по самое основание, ужас, гнев, отчаяние, презрение, панические вздохи. Учиха начал медленно проводить кунаем по горлу, звук разрезания плоти, глухой хруст. Кровь, это была кровь, она стремительно начала выходить из блондина, дышать стало сложнее, через секунду и вовсе невозможно, жар и сильная острая боль сопровождала его в это мгновение. Прежде чем отпустить хват Наруто насильно передал ему свою оставшеюся силу, он понял что умрёт, данное деяние не осталось без внимания Саске. Он сделал это дабы Учиха всё же смог остановить Вечное Цукуёми. После чего блондин опустил хват, он был не в силах его держать, руки упали на пол, горло блондина было полностью перерезано. Учиха убрал руки с его волос, хват Саске был настолько сильным, что клочки пшенистых прядей остались на руках Учихи, капельками пота покрывая ладони, Узумаки вновь упал на живот, голова еле держалась на основании, было такое чувство будто она сейчас же отвалится, легкая грусть, ужас возрос, гнев усилился, Наруто не мог вдохнуть, это было принятие, лишь тот же страх, ужас и другие синонимы могли перебороть эту эмоцию. «Я умираю? Я умру? Я не хочу, я, я не хочу умирать, нет, нет, нет, нет...» — вся уверенность Наруто иссякла, даже грамма не осталось от его былого достоинства перед своей гибелью, по началу он просто даже не мог поверить что его друг и правда захочет смерти своего товарища, они же друзья, хоть и враждовали всегда, ведь даже малейшие упрёки и просто ссоры, были двигателем, мотиватором двигаться дальше, становится сильнее, так было всегда, может дело в завести или тому есть другие причины. Но Наруто был не в силах понять намерения Саске, он просто не понимал, за что, почему, зачем он так поступил, осознавать свою беспомощность и скорую смерть, которая вряд выстроит любое живое существо что рано или поздно поляжет на дно, где там и сгниёт оставив лишь кости, в конечном итоге придёт время, что даже от костей ничего не останется, всё же перед смертью все равны. Наруто Узумаки осознал насколько он жалок: «А-а-а-а-а-а-а, я не хочу, пожалуйста, нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет...» — страшный тихий рёв, хлюпанье кровью, хриплый скулёж, невозможность вздохнуть пугала парня, помрачение рассудку, потеря двигательных функций, сильная метеочувствительность, потихоньку спадала на нет, а психосоматика делала лишь хуже, мысли о незавершенном, о тщетности не выполнения амбиций, мысли о потери жизни, целей, пустошь, страх смерти, боязнь никогда больше ничего не увидеть, страх не иметь сознание, страх навеки вечные погрязнуть в омуте, погрузится в небытие. Боль, сильная боль, чувство и осознание того что ты сейчас умрешь, это очень, очень и очень страшно. Слёзы хлынули рекой, глаза наполнились кровью, жар и холод сопровождали юношу, пятки немели, затем руки и ноги. Тело стало легче, а в какой-то момент боль будто бы усилилась, а в кокой-то момент почти утихла. Юноша замёрз, ему стало холодно, очень холодно, от былого жара осталась лишь рваная, колотая рана, слёзы устремились с новой силой, кровь лилась за ними, сгусток из слёз, крови и пота, страшный предсмертный сиплый вой мальчика, глаза не в силах это выдержать, они начали медленно закрываться, темень, мрак и не переборотое чувство страха: — Наруто, Наруто, Наруто, Наруто, нет, Наруто... — продолжал повторять лис, это были слёзы, слёзы, сам великий Кьюби но Йоко, впервые за долгое время начал истерично плакать, никогда за всю его жизнь с него не выливалось столько слёз. «А-а-а? Это что Курама кричит, я почти его не слышу, а-а-а, больно, простите меня, простите, простите, простите, простите...» — сильный звон, похожий на скрежет металла это единственное что мог слышать блондин, каким-то чудом сквозь этот ужасный, страшный шум он сумел прослушать в своей голове Кураму, на самом деле блондин и сам не знал перед кем он мысленно извиняется. Ему очень больно. Пытаясь хоть как-то ухватиться за кого-то и за что-то он даже в мыслях не давал себе покоя, ему нужна помощь, он продолжал мысленно извинятся. Он уже не понимал ни кто он ни что он, почти что полная бессознательность, наверное это и есть смерть, ведь мы это лишь сгусток информации, жизнь это память, когда мы что-то забываем, наверное тот мы погибаем, сознание Наруто начало свой распад. Курама терял силы, он не могу оставить своего друга, но он ничего не могу с собой поделать, он начал медленно засыпать, пока полностью не погрузился в долгий сон. Последний Учиха стоял на месте, кунай сам собой выпал из руки, Саске застыл, смотря в пустоту, он не мог пошевелиться, он даже сам того не заметил, как у него не нарочно потекли слёзы, тем временем продолжая смотреть в никуда он задумался: «Мы шиноби, мы убиваем, чтобы жить! Нам платят за то чтобы мы убивали, за счёт этого мы живем! Зачем мы живем? Мы защищаем деревню? Зачем мы защищаем деревню? Зачем я ушел из деревни? Для чего я убил брата? Для чего я убил Наруто? Зачем я сделал это? У меня хоть какие-то мотивы были? Я хотел... чего я хотел? Силы? Да! Власти? Нет! А может я хотел, я хотел, я просто хотел счастья...» Учиха и сам не мог понять причину своих слёз, лишь после совершенного он не мог уловить суть происходящего, зачем он это сделал, почему, за что, правда ли у него была причина для убийства своего друга. Мысли заполнили его разум, предстоявшее будущие кинуло в дрожь, полная дезориентация, качаясь со стороны в сторону пытаясь удержатся на месте Саске потерял здравый рассудок, всё так же не найдя смысла в своём деяние, он пал в прострации. Какаши Хатаке, Сакура Харуно приблизились к месту боя, посмотрев вниз со скалы они лицезрели жуткую картину: — "Что?/Какова?" — единственное, что смогли из себя выдавить эти двое. Черноволосый парень стоял над телом беловолосого парня и пристально смотрел на него, тишина, однако мысли были не самые пессимистичные, не прошло и десяти секунд как учитель и ученица выйдя из состояния полного ошеломления рванули вниз: — Саске что с ним? — спросила Сакура. Молчание, Какаши напрягся, Сакура начала паниковать, метание взгляда куноичи во все стороны, пристальный взгляд беловолосого на Учиху: — Саске, может уже что-то скажешь — угрожающим тоном потребовал, нежели заявил Какаши, грубый, чреватый страха тембр, накалил обстановку. Саске промолчал, его взор всё еще смотрел в пустоту, пытаясь что-то там найти для себя, может быть заботу, может быть любовь, а может просто ласки, или может быть это... счастье то самое, желанное счастье: — Сакура не стой на месте! — закричал Какаши во всё горло, не отводя злостный взгляд от Саске. Сакура тут же ринулась к Наруто, лужа крови возле шеи, головы, плечевого сустава, он лежал к ней спиной, с каждой секундой ей становилось хуже, она начала его медленно переворачивать. Хруст! Она его перевернула! Голова неестественно выгнулась, перед ней предстал ужас во плоти, то чего она боялась больше всего. Мёртвое, уже явно не подающие тело жизни, лицо всё в крови, опухло от многочисленных ударов, гематомы расположились малоприятным образом уродуя лицо, веки слегка приоткрылись, мёртвый взгляд, ярко-голубые глаза, такие красивые, но в них уже ничего нет, лишь кровь окрасившая глаза в красный, пыль, как будто плёнкой окутала их, сломанный нос, выбитая слегка приоткрытая челюсть, открывала вид на отсутствующие передние зубы: — "А-а-а-а-а-а-а!" — страшный душераздирающий крик, Сакуре стало страшно, очень страшно, беспорядок в голове, тревожный дух, пот тут час сразу же начал стекать по лицу, она отчаянно начала использовать медицинские техники. Она верила в чудо, поверить в происходящее она просто не могла, что толкало на отчаянные поступки, бездумные решения, хаотичные мысли что безвольно шатались по просторным потокам сознания, пытаясь, зацепится за так называемое чудо. Паника, наверное самое подходящие слово для подобного, страх, пустота, отчаяние, боль, сильная душевная боль, боль которая раздирает тебя изнутри, в такие моменты эмоции берут верх. Какаши увидел своего ученика, не подающего жизненных признаков. Он не смог найти слов: — [Райкири | Клинок Молнии]! — успел лишь прошептать беловолосый, бездумно накинувшись на Учиху. Яркая вспышка и характерный звук биения электричества, взгляд Саске мгновенно перевелся на своего учителя, всё такой же пустой и безжизненный взгляд, покровом слёз уставился на копирующего ниндзя, даже за это столь короткое мгновение можно было увидеть всю боль в глазах Учихи, на последних можно сказать неоткуда взявшихся силах Саске поднимая за собой пыль, рывком ринулся прочь, как бы Хатаке не пытался, он бы не сумел его догнать, не прошло и пяти секунд как от Саске Учихи и след простыл. Какаши Хатаке взрослый мужчина, давно не ребёнок, еще в детстве переживший войну будучи её участником, тем самым потеряв близких ему людей, человек самолично забравший множество жизней, являвшийся убийцей для тех кого отправил в небытие, он шиноби видевший смерть, видавший жизнь, он пытался сдвинуть ноги с мёртвой точки "ступор", ноги не слушались, а глаза отказывались поворачиваться в сторону Наруто, десять секунд потребовалось дабы начать движение, с большим трудом Какаши сумел вернуться: — Я... я не знаю, я не могу залечить, за… залечить эту рану, я не могу ничего сделать Какаши-сенсей — заикаясь проговорила девушка, слёзы рекой, каждый вздох давался с трудом, воздух сразу же выходил наружу, слишком уж истерическое дыхание сопровождало юную куноичи. Какаши заплакал, он не стыдился своих слёз, абсолютно их не стыдился, подойдя к Сакуре, аккуратно обойдя тело Наруто, так и не повернув в его сторону взгляд. Он не спеша сел на колени с правой стороны от Сакуры, прям перед телом Наруто, трясущимися руками, очень небрежно он обнял её, тем самым хотя ей помочь. Помощью тут не обошлось, дело было не только в ней, "да", это чувство сострадания, чувство боли и утраты, но он чувствовал то же самое что и сама Сакура, Какаши тоже человек, он просто хотел спрятаться за кем-то, чтобы его кто-то пожалел, утешил, дал наставление, совет, что нужно было сделать, как нужно было поступить, что делать сейчас и что делать в будущем. Он не мог смотреть на Наруто, на лицо своего ученика, ведь он помнит его вечно весёлом, жизнерадостным юношей, всю свою жизнь идущим с высокопоставленной головой, даже будучи ребёнком он был таковым, Какаши и Сакура, их слёзы начали торопить скорбь друг друга. Иногда нужно дать чувствам всплеск, иногда нужно поплакать, нет ничего плохого в том что ты не сдерживаешь свои эмоции, плачь если тебе нужно, реви если того хочет твоё сердце, эти мысли словно отговорки, дают подумать, даруя узаконенный повод поплакать. Эти двое всей душой корили себя в произошедшем, винили себя за то, что их не было рядом когда было нужно, упрекали себя за то, что они не смогли его защитить, ведь Наруто целиком и полностью нуждался в помощи. На них сразу же набежали воспоминания, нахлынуло всё то что они пережили вместе, все перенесенные моменты с этим человеком делали лишь хуже, память сердца, весь набравшийся опыт за целую жизнь, дружба вечно подвергающееся испытаниям, но всё же столь прочно державшись на самом основании, вплоть до самого конца. Думать о том, о чём же всё-таки думает человек перед своей смерть, что он чувствует, чувствует ли вообще хоть что-то? Само осознание того, что человек с которым ты совсем недавно разговаривал, мёртв, сложно. Человек которого берег, по-своему любил, ценил, беспокоился, тот о ком заботился, уделял своё время, к сожалению, каждая проведённая с ним минута ценится лишь после конца. Человечность делает нам больно, лица, тела, наша с вами всеми индивидуальность заставляет нас страдать, эмоции это больно, страшно, дрожь, холод, ничего не имеет значения, ведь конца краю не будет. Нужно помнить человека каким он был при жизни: — Прости, прости, Наруто прости, пожалуйста, прости, а-а-а-а, прости! — упёршись в плече Какаши она тиха извинялась, после чего истерически начала кричать захлебываясь собственными слезами, сердце билось чересчур неестественно быстро, почти что полная глухота сопровождала Сакуру, звук собственно сердцебиения делал своё дело, в какой-то момент она слышала лишь "тук-тук", лишь биение своего сердца, лишь звук настоящих эмоций, то что невозможно обмануть. Какаши Хатаке, Сакура Харуно, эти двое будут винить себя до конца своих дней. Узумаки Наруто, мёртв, полный распад сознания:

***

Я нигде преклонить головы не могу. Верить в мир замогильный — увы! — не могу. Верить в то, что, истлевши, восстану из праха. Хоть бы стеблем зеленой травы, — не могу.

***

«Коноха, неделю спустя — похороны»

Саске Учиха благополучно остановил Вечное Цукуёми, люди могут почтить героев войны, умерших, отдавших свою жизнь во благо других: — Я не верю, я не могу... — еле дыша в слезах шёпотом говорила Хината. — Наруто, как же так, друг, прости нас, прости меня... — в слезах бормотал Киба. — Это я виновата, Джирайя, Наруто, нет я... я... — леди Цунаде не могла сдержать слёз. Всеобщая горечь, тлен, никто не мог сдержать слёз, весь выпуск Наруто, все генины, все чунины, все джонины, все гражданские, просто люди, все они скорбели по умершим, Наруто Узумаки был похоронен героем войны.

«Время лечит»

Курама даже после своего воскрешения еще долго искал убийцу своего джинчуурики... После того злополучного утра Саске Учиху больше никто не видел, никто из когда-либо знавших его людей не встречали Учиху, никто не знает, смог ли он найти своё счастье... Все прожили счастливую и долгую жизнь! Все обрели своё счастье! Все смогли найти что-то что сделало их счастливыми! Имена Наруто Узумаки и Саске Учиха на долгие столетия увековечили себя в истории, спустя тысячелетия даже их забыли, ведь всё когда-то забывается... Люди получившие силу будут всегда, будут те кто захотят обратить её в боль и страдания! Кто-то обратит силу в еще большее могущество! Будут и те что очередной раз спасут мир! Будут те кто однажды его уничтожат! Будут и первооткрыватели, те кто открывают новые эпохи, те кто закроют их на века, и те кто никогда не будут знать боли и страдания, их будет десятки, будет сотни, будет тысячи, будет миллионы, будет миллиарды, всё будет идти своим чередом, пока мир не прекратит своё существования...

~ Не верьте людям! Не тратьте время в пустую!