Один шаг, одно касание

Пришло время будить Дана, суп уже готов, а лекарства разложены по списку. Тина приоткрыла дверь, заглядывая в полумрак комнаты. Балан сладко сопел на левом боку, обнимая подушку и время от времени морщил нос. Похоже, ему снилось что-то не очень приятное. Хотя, это не удивительно. Какое состояние, такие и сны. Кароль аккуратно присела на край кровати, легонько поглаживая Дана по спине. — Даник… Он лишь сильнее прижался к подушке. Тине совершенно не хотелось его будить, уж слишком мило спит это сорокалетнее чудо молдавской наружности. Но Балан всегда чувствовал присутствие Кароль рядом, даже сквозь сон. Он открывает глаза, стараясь удерживать тяжёлые веки, но получается очень плохо, пару раз медленно моргая, сдается и закрывает глаза. Дан переворачивается на правый бок, лицом к Тине, на мгновение ловит ее взгляд, улыбается и снова проваливается в сон. У Балана совершенно стерлись чёткие границы между сном и реальностью. Ведь еще утром, сложившаяся сейчас картинка, оказалась бы очередным приятным сновидением, и не более. — Эй, Принц тьмы, просыпайся. Кароль пару раз проводит рукой по черным локонам. — Кенгуруш, еще пару минут и встаю. Дана тут же передергивает от своих же слов. Он открывает глаза, уже уверенно вырываясь из царства Морфея, чтобы убедиться в действительности происходящего. Нелепо хватает Тину за руку и облегчённо вздыхает. Тут. Рядом с ним. Не очередной плод его больного, замученного бессонницей воображения, а живая, реальная. Кажется, только от осознания ситуации, Балану становится намного легче. — Ну что, проснулся? Ладно, мучить тебя не будем, принесу всё сюда. Кароль отправляется на кухню, но подходя к двери оборачивается на тихий голос Дана. — Тебе идет моя футболка… Эта улыбка… Он готов отдать всё своё имущество, нажитое непосильным трудом, лишь бы видеть её улыбку каждый день. — Теперь она будет моей. В карих глазах снова оживают молдавские чёртики, еще чуть-чуть и они вернут прежний яркий огонь своего хозяина. Тина скрывается за дверью спальни, а Дан остаётся со своими мыслями и эмоциями один на один. Сейчас он почти счастлив, ведь сама Снежная Королева пытается вернуть его к жизни и у неё это отлично получается. Но у Балана появляется чувство вины или досады… Он пообещал себе, еще в самый первый день их знакомства, что обязательно сделает ее счастливой, будет защищать до последнего. Для Дана она не была той Снежной королевой, что гордо живёт в своем, хорошо укрепленном, ледяном замке, именно так её видят все вокруг. Сильная. Независимая. Гордая. Для него Тина была маленькой девочкой, потерявшейся в холодном лабиринте своей же души. Балан один из немногих, кто разглядел в Кароль большое и чистое сердце, которое хочет жить, чувствовать, любить. Ему, до потери пульса, нужно выполнить всё её хотелки», просто, потому что, любит её улыбку. Потому что, просто, любит её. Только вот сейчас, они поменялись ролями. Дан, больше чем на 101% уверен, что так не должно быть. Неправильно. Должен осчастливить, а он почему-то думает, что делает Тине больно. В какой-то степени он прав, Кароль невыносимо видеть Дана в таком состоянии. Но Тина уже сама себе призналась, что все происходящее как нельзя правильно. За долгие годы у неё появился тот, кому можно дарить свою безграничную любовь и заботу, конечно не считая сына, но это совершенно другое. Тина Кароль, наконец может сказать себе, что уже почти счастлива. Из раздумий Дана выбила Тина, появившаяся на пороге спальни с подносом в руках. — Ты как? Она присела на кровать, разместив поднос у себя на коленях. — Терпимо Балану и правда становилось легче. Он точно чувствовал себя лучше, чем несколько часов назад. — Так, давай, садись. Будем тебя лечить. Дан наполовину вылез из-под одеяла, усевшись удобнее, подбивая подушку под спину. — Смотри, это до еды Тина указала на упаковку с таблетками. — Это после Поставила перед Баланом бутылек с сиропом. — Вот, чтобы запить Она подвинула кружку с водой. — Доктор, а у Вас диплом об образовании есть или Вы шарлатанка? Он ухмыльнулся, приподнимая одну бровь. — Диплома нет, но что можно оторвать, знаю! Кароль переставила поднос на Балана, с силой придавливая вниз, подтверждая ранее сказанные слова. — Понял. Дан поднял руки вверх, всем своим видом показывая, что сдаётся. — Потом принесу чай с мёдом. Она уже собиралась уходить за обещанным чаем, но Балан решил снова пошутить и на этот раз неудачно — Может лучше молдавское вино из бара достанешь? Кароль прожигала его злым взглядом, готовясь уже задушить недоделанного юмориста. — Спокойно, просто шутка! Дан расплылся в улыбке. — Я смотрю, Дракула, уже почти здоров? — Тут главное слово «Почти» Балан со всей эмоциональностью приложил руку ко лбу и состроил самое несчастное выражение лица, какое только мог. — Ну що це за дурень? — Nu sunt un prost, sunt un moldovean celebru Король не поняла ничего, из сказанного. Хотя, услышала лишь одно немного знакомое слово «moldovean». Через пару минут Тина приносит чай с мёдом. Что-то в голове щёлкает и у Балана запускается счётчик…

Раз

Дана начинает напрягать такая тотальная забота со стороны Кароль. Он чувствует себя беспомощным ребёнком, за которым пристально следит мама, не позволяя вставать с постели, но ведь он уже взрослый человек и может самостоятельно дойти до кухни, всего то несколько метров.

Она возвращается в спальню с тарелкой фруктов.

Два.

В голове эхом отражается каждый её шаг по квартире, звон очередной кружки с компотом и такое приторное «Как ты?». Он бы послал её… Спать. Но она же не послушает. Напрягает. Раздражает. Бесит. Черти возвращаются на свои законные места. В венах закипает молдавская кровь.

Кароль приходит с градусником. Заставляет мерить температуру уже 4 раз. 37,4. Вердикт — Будет жить!

Три!

Время тянется, как в замедленной съёмке. Где она, вообще, взяла этот чёртов градусник??? У Дана срывает крышу. Нервы сдают позиции. Он теряется в такой нереальной, на первый взгляд, реальности. Ему кажется, что все это жестокая игра больного разума. Балан уверенно идет на поправку, физически, но не морально. Его давит чувство недосказанности, непонимания, он давно потерял границы их отношений. А были они вообще? Его это пугало. Он испугался чувств? Скорее Дан просто не понимал, что делать, в голове все превратилось в куриный бульон залитый сверху компотом. Он точно больной человек, но его болезнь называется «Тина Кароль».

Она снова появляется в дверях, прирастая к полу, почти на пороге. Пришла чтобы, просто, спросить как себя чувствует, нужно ли что-то… Балан вскакивает на ноги и начинает медленно двигаться на Тину. Из глаз вылетают искры, на лице сразу тысячи эмоций и одно невозмутимое выражение. Она с такой же частотой шагов пятиться назад, ударяясь плечом об дверной косяк. Что-то шипит себе поднос и с досадой потирает плечо. Дан замирает на месте. — Кароль, что ты творишь со мной??? Шёпотом, но срываясь почти на крик. — Я??? По моему, это тебе капельница в мозг ударила! — МНЕ В МОЗГ УДАРИЛА ТЫ! — Не кричи… Тихо просит, почти умоляет. Тут уже у Тины что-то щёлкает в голове. Она его боится? Нет. Совсем. Даже когда Балан в гневе, доверяет ему больше чем себе. Ей страшно, но не за себя, за него. — Я не кричу. Ты меня уже с ума сводишь. Бегаешь, как шарик от пинг-понга, туда сюда обратно. Я уже со счёта сбился, который раз ты залетаешь в спальню, а потом также быстро улетаешь. В глазах рябит. Успокойся. Сядь. Отдохни. Я никуда не денусь. Это, чёрт возьми, моя квартира. Дан сбавляет тон, берет под контроль эмоции. Её голубые, донельзя, глаза достают его обратно из ада на землю. — Но тебе ведь надо… — Таня, мне уже ничего не надо. Дракула возвращается на круги своя, а Снежная Королева падает. Сначала она доводит его, потом он доводит её. Странная игра, она им совершенно не нравится. Но так надо. Чтобы вывернуть души наизнанку, вскрыть сердца. По-другому они не могут. Слишком упрямы, горды, своенравны. — Дан, а может мне вообще уйти, раз тебе ничего не надо? Кароль тоже начинала закипать. Она уже давно сделала себе заметку, что у Балана сложный характер, в общем, как и у нее, и с этим придётся как-то справляться. Но сейчас, всё накатывалось снежным комом и похоже лавины не избежать. — 4 часа утра, такси вызовешь и домой поедешь? Балан хотел отшутиться, так как понимал, что наломал дров, перегнул палку. Только шутку Тина, естественно, не восприняла. — Нет, пойду встречать рассвет в зимнем Киеве! — Да, я уже представляю эти заголовки «Тина Кароль сошла с ума» или вот «Народная артистка шляется по городу в 4 утра»! Балан эмоционально развел руками в стороны. — Придурок! Тина развернулась и направилась к входной двери. — Куда ты собралась? Стой! Дан пытался поймать Кароль за руку, но она ловко вывернулась из его хватки. — Отстань. Она решительно собиралась уйти от Балана куда подальше, лишь бы не видеть и не слышать его сейчас. У Кароль из одежды был только тёплый спортивный костюм, в котором вполне можно было добежать от дома до машины и от машины до съёмочного павильона, но он был совсем непригоден для прогулок по ночному Киеву в -7°. Тина открыла шкаф-купе, что стоял в коридоре. Быстро пробежалась взглядом по содержимому и выхватила единственную теплую ярко-синюю куртку, одиноко висевшую между черными ветровками и пальто. Дан Балан не из тех, кто носит огромные пуховые куртки. Ему легче одеть кожанку на 3 слоя теплых кофт и обмотаться вязаным шарфом с головы до ног. И все же в его гардеробе завалялась одна такая куртка. Очень нужная вещь, когда в час ночи срочно требуется сбегать в продуктовый, недалеко от дома, за какой-нибудь вкусненькой фигнёй. Накидываешь прямо на то в чем собирался ложиться спать и гордо шагаешь в магазин. Кароль снимает куртку с вешалки и начинает собираться под «аккомпанемент» Балана, у которого с каждым словом нарастает и громкость, и скорость. — Ты же понимаешь, что я пойду за тобой? И чтобы одеться у меня времени не будет… Прямо так из дома выйду, а на улице минусовая температура… И я больной. Пойду искать тебя, замерзну и умру в ближайшем сугробе! Всего одно слово из его уст в силах перевернуть её мир вверх ногами… Хватка ослабевает, куртка падает на пол, где-то в стороне от ног. Тина за пару шагов сокращает расстояние между ней и Даном до минимального, накрывая его губы своей ладонью. — Прекрати! Глаза в глаза. Синий океан и черная бездна встречаются в одном месте. Он видит страх в ее глазах. Тина медленно опускает руку, останавливаясь в районе его сердца. Собирает в кулак ткань кофты, сжимая так сильно, что остаются складки, разгладить которые поможет только утюг. — Я… Балан пытается что-то произнести в своё оправдание, только вот ничего не выходит. Тина говорит почти шёпотом, но так громко, что Дана оглушает каждое последующее слово. — Никогда так не говори! Слышишь меня? !Красный! Никогда. Больше никогда не произнесёт что-то на эту тему. Даже в шутку, НИКОГДА. Кароль пытается быть сильной, но глаза предательски наполняются слезами. Это финиш и старт, победа и поражение одновременно. -Эй, малыш, ты чего? Все, перестань, пожалуйста. Дан старается её успокоить, но его слова становятся только катализатором в этом процессе, Тина начинает рыдать в захлеб. — Иди ко мне… Он притягивает Тину к себе, уничтожая последние, оставшиеся между ними, миллиметры расстояния. — Ну, тише. Все хорошо… Полосатая кофта мокнет от солёных слез. Он, как обычно, прикасается губами к ее макушке, оставляя невесомый поцелуй. — Прости, дурака. Сорок лет, а ума нет. Характер пальцем не раздавишь, но и ты у нас тоже не конфетка. Балан пытается перевести всё в шутку и кажется, у него получается. Тина немного успокаивается, даже положительно реагирует на попытки Дана сгладить ситуацию. — Обещай, что больше никогда так не будешь говорить… Она произносит это предложение в неизвестном направлении, куда-то в пол, утыкаясь носом в его грудь. — Хорошо Дан удерживает её в объятиях таких крепких и в тоже время нежных, словно боится уронить или раздавить свою, самую любимую, хрустальную вазу. — Нет, ты обещай Тина заглядывает в его карие глаза, цвет которых сейчас отражает всю любовь этого мира. Всю и только для неё. — Честное Балановское Он накрывает её ладонь, своей рукой. Хватка Кароль ослабевает и она отпускает кофту, переплетая их пальцы замок. — Дан… обещай… — Обещаю Балан поддаётся вперед, напрашиваясь на поцелуй. Это действие от Дракулы Тине очень хорошо знакомо, не впервые он предпринимает подобную попытку, но обычно всё заканчивалось идиотской улыбкой от Кароль и такой же дурацкой фразой. И этот раз не стал исключением. — Вот причем здесь это? Её ладонь снова оказывается поверх его губ. Тина медленно отводит голову Дана подальше от себя. Только сегодня молдаванин намерен закончить своё дело до конца. Балан берет руку Тину за запястье и медленно отводит в сторону, освобождая путь. — Кароль, сейчас я на это не поведусь! Короткий взгляд в её глаза, нужно понять, что творится у неё в голове. Убедиться до конца, обратного хода не будет. Зеленый? Нет, не может быть, ему просто показалось или… Зеленый, точно. Ярко горящий зеленый! Где-то в тихом омуте черти весело отплясывают чечетку, а тараканы в голове громко хлопают бутылками шампанского. Такая небольшая, но общая победа. Дан сокращает миллиметры расстояния, чувствуя как Тина всё сильнее сжимает его руку и, наконец, целует. Он немного удивляется, когда в ответ получает, то о чём искренне мечтал всё время, что знаком с Кароль. Такой долгожданный, такой нежный и слегка робкий их первый поцелуй. Внутри все взрывается фейерверком и у Балана, и у Кароль. Они оба уже давно рисовали у себя в голове фантазии на эту тему, но никому не приходило в голову, что это случится именно при таких обстоятельствах.