Кофе, пироги и поцелуи

      — Молодой человек, вы что-то потеряли.       — Наруто, еще одна шутка про руку, и я не побоюсь использовать вторую.       Саске не повернулся на голос. Так и продолжил сидеть за стойкой небольшой уличной забегаловки, которую собирались вот-вот закрыть до весны. Воздух становился прохладнее, и все чаще люди выбирали уютные кафе в помещениях. Это и стало главной причиной, почему Саске после долгой дороги решил поесть именно тут. Он сильнее натянул капюшон на голову. Как Наруто его вообще узнал даже так, сгорбленной фигурой в бесформенном плаще? Может, дело как раз в его чрезмерном желании замаскироваться? Едва ли в Конохе хоть кто-то этим занимался. Деревня постепенно переходила на принципиально новый, мирный этап жизни.       — Я хотел сказать про огонь в глазах.       Наруто сел рядом с Саске. В Конохе его все знали, поэтому сразу же улыбались и предлагали лучшее из меню. Так случилось и сейчас. Но Наруто от всего отказался. Он знал, что в этом месте могли питаться разве что те, кто хотел пройти через буквально все лишения и страдания жизни. Непонятная серая масса в тарелке Саске была прекрасным тому подтверждением. В кусочках мяса были заметны неприятные прожилки. Даже для непритязательного Наруто выглядела еда отвратительно.       — Ты же не видишь мой взгляд.       Саске действительно так и не поднял голову, смотря на наполовину опустошенную тарелку.       — А мне не нужно, я и так знаю.       Саске все же поднял на Наруто как всегда потухший взгляд, вдруг слегка покраснел и схватился за балахон в области сердца, пропуская несколько вдохов и выдохов. Возле него буквально засветилась аура из тысячи маленьких сердечек, но Наруто ее не заметил. Он только удивленно поднял брови и слегка обеспокоенно посмотрел на Саске. Реакцию Учиха можно было легко понять. Вид улыбающегося осеннего Наруто был не для слабых людей, они наверняка были бы полностью лишены дееспособности в первую же секунду. Желтые волосы, выбивающиеся из-под легкой шапки с помпоном, криво завязанный оранжевый шарфик и легкая курточка. Перчатки без пальцев довершали образ, заставляя Саске едва не выть от того, как сильно он любит этого оболтуса.       — Саске, тебе не стоило это есть, — прошептал Наруто, решив, что у того прихватило живот или что-то вроде этого. Надо попросить Какаши или Сакуру организовать какую-то гигиеническую службу, что ли. — Тут недалеко живет Конохамару. Думаю, он пустит тебя в…       — Наруто, — Саске все же смог глубоко вдохнуть, — все хорошо.       — Правда?       Саске кивнул и оставил рядом с тарелкой несколько монет. Он все еще был голоден, но понимал, что этим наесться не сможет. Живот предательски заурчал, стоило им оказаться непосредственно на улице. И глупо было даже надеяться, что Наруто не обратит на это внимания.       — Я как раз собирался зайти покушать пирог, — произнес Узумаки, хотя на самом деле шел в библиотеку за очередной охапкой свитков. — Недавно пекарня открылась, там очень мило. Многие сразу полюбили это место.       — На меня все будут пялиться как на музейный экспонат, — пробубнил Саске, вновь пряча лицо под капюшоном.       — На меня тоже так смотрят иногда, это нормально. Мы же спасли мир.       Саске вздохнул.       — Нет, Наруто, ты не понимаешь. На тебя смотрят как на героя, а на меня как на бездомную собаку, пытаясь понять, бешеная или нет.       — Тогда мы можем взять по кусочку и пойти в парк.       Саске сдался. Предложение действительно было рациональным, а он хотел есть. Желательно, что-нибудь человеческое, потому что подножный корм и жареные белки уже порядком надоели.       — Ладно, пошли, — как можно равнодушнее постарался сказать Саске. Мысли о том, что он проведет рядом с Наруто еще немного времени оказывали целительное действие на его душу. Это было не так уж удивительно, потому что первое, что почувствовал Саске, когда победил проклятие ненависти, была глубокая привязанность к Наруто. Она чем-то походила на их связь с Итачи, но имела другую природу.       Саске кинул мимолетный взгляд на Наруто.       — Усуратонкачи, — даже не пытаясь скрыть грубоватую нежность в голосе, произнес он, не сдержавшись.       — Теме, — скорее на автомате ответил Наруто. Эти оскорбления уже давно не играли той роли, что раньше. Они скорее были чем-то личным, что понять могли только они вдвоем.       Возле пекарни и внутри было довольно много людей, некоторых из которых узнавал даже Саске, никогда не отличавшийся особенной страстью к знакомствам. Поэтому он сразу же свернул в ближайший переулок. Наруто его исчезновение заметил только через несколько секунд.       — Саске, ну что за детский сад? — вздохнул Наруто. Учиха из тени попросил взять ему что-то на свое усмотрение. Спорить Узумаки не стал. Все равно бесполезно.       Он подошел к очереди. Несколько человек сразу же предложили свое место в очереди, кто-то спросил у Наруто, как у него дела. В гомоне послышалось что-то вроде «великодушнейший человек, говорят, даже этого Учиху простил». Тогда Наруто и понял, в чем именно проблема. В головах людей Саске еще долго будет лишь преступником, как он сам был демоном. А учитывая то, что слух о риннегане начал распространяться, дальше ко всему будет добавляться еще и страх. Вишенкой на торте были нежелание самого Саске взаимодействовать с людьми и его презрение к самому себе.       — Эй, Наруто, — послышался голос Шикамару. Он стоял в самом начале очереди, что было очень счастливым стечением обстоятельств. Конечно, было странно, что Нара вообще решился постоять в очереди, но с момента появления в его жизни Темари он вообще делал много необычных вещей. Наруто подошел к нему.       — Ты разве не должен быть на занятиях сейчас? Ты, вроде, еще ни разу их не пропускал.       — Да я что-то устал, — уклончиво ответил Наруто. Он не учел, что будущий советник обладал чрезмерной наблюдательностью, а еще был неофициальным тьютором Наруто в мире знаний. — Немного отдыха мне не помешает.       Шикамару усмехнулся.       — И это совсем не связано с тем, что Саске сейчас в Конохе?       Наруто очень постарался сделать удивленное выражение лица.       — Он тут? И даже не зашел, надо же.       — То есть, ты не знаешь об этом? И поэтому сейчас приценяешься к кишу с брокколи и томатами, который называл кулинарным извращением в стиле Саске?       Наруто сильнее сжал в руках неизменный кошелек в виде лягушки.       — Твоя очередь делать заказ.       — Ты так и не признался ему? — Шикамару повернулся к милой продавщице, которая до знакомства с Темари даже позволяла себе флиртовать с Шикамару, а после злосчастной встречи каждый раз скромно отводила взгляд. — Мне как обычно.       — Признался в чем? — кошелек страдал от еще более серьезного напора пальцев.       — Наруто, не строй из себя идиота больше, чем ты есть на самом деле. Ты даже от рамена отказывался в пользу учебников, а сейчас… Устал?       Шикамару покачал головой, взял протянутый ему бумажный пакет и дождался, пока Наруто заберет свой заказ. Два куска пирога и два стаканчика кофе. «Второй, наверное, для Курамы?» — ехидно спросил Шикамару, когда Наруто делал заказ.       — Устал — самый последний аргумент, который использует Наруто Узумаки, — начал Нара уже на улице. — Мы все желаем тебе самого лучшего. Скажи уже ему наконец.       — Сказать мне? — Саске бесшумно возник у них за спинами. В его голосе чувствовались нотки защитной агрессии. Шикамару повернулся первым.       — Ага. Наруто решил жениться на Хинате, — а продолжил он уже более тягуче, как обычно говорят те, кто догадывается о большем, чем следует. — Раз уж никто бо-о-ольше свое сердце не предлагает.       Саске широко распахнул глаза. Впрочем, видно было неизменно только один. Неужели, он настолько очевиден… А Наруто и Хината. Кто вообще этот Хината?       — Шикамару, твою мать!       Наруто же, быстро отдав Саске покупки, бросился за другом, но тот на то и был стратегом, чтобы продумать план побега заранее. Реакция Наруто была ожидаема. А Саске так и остался стоять там, где его оставили, несмотря на взгляды людей. Он почувствовал, что разваливается на кусочки морально и физически. А ведь он был уверен, что больше некуда.       И тут Наруто вернулся.       — Это вранье! — даже не отдышавшись, начал он. — Мы с ней просто подружились. Я не собираюсь на ней жениться. Был моментик, но это так. Саске?       Саске в этот момент вышел из ступора и как-то дико улыбнулся. Вот оно что. Значит, Шикамару хотел его напугать, подтолкнуть к действию, показав, что может случиться в любой момент. Но это значит…       — А что на самом деле ты должен был мне сказать? — с неподдельной заинтересованностью, которая в последнее время была редкостью, спросил Саске.       — Это неважно, — буркнул Наруто, забирая подставку с кофе. Держать все одной рукой было не очень-то удобно.       — Ладно. Надеюсь, кофе такой же черный как моя душа?       — Молоко они не разливают.       Фраза Саске возымела тот эффект, на который он и рассчитывал. Наруто отвлекся, а он мог обдумать произошедшее. Последнюю фразу Учиха проигнорировал.       К тому моменту, когда они сели на лавочку, Саске уже сделал для себя некоторые выводы и четко определил, что он должен сделать. И все же решиться было сложно. Наруто натянул шапку на лоб и сделал несколько глотков кофе, после чего его мордашка, никакое другое слово Саске подобрать не мог, стала абсолютно довольной. Пирог Узумаки был самым обычным, с яблоками. Саске же очень удивился, но при этом был очень благодарен, когда почувствовал овощи в своем кусочке. Еще не совсем остывший пирог был действительно очень вкусным.       Наруто что-то нечленораздельно спросил, проглотил кусочек, запил его и после этого спросил уже нормально:       — Обычно ты сразу говоришь, с какой целью вернулся. А что случилось сейчас?       Саске немного подумал, а потом снял капюшон и даже убрал челку, чтобы лучше уловить каждую эмоцию на лице Узумаки. Все равно кроме них тут никого не было. Последнее дыхание лета уже давно ушло и ветер действительно был холодным. Только вот Наруто сам по себе всегда был очень горячим, а Саске привык к прихотям погоды.       — Я пришел повидаться с Сакурой.       Это было подло со всех сторон, но Саске было необходимо увидеть, как внезапно глаза Наруто стали чуть тусклее, усики опустились, но буквально за несколько секунд он смог взять себя в руки и улыбнуться.       — Надо же, не знал, что вы так близко общаетесь.       Этого Саске было достаточно. Он подался вперед и поцеловал Наруто. Тот выронил стаканчик кофе, но Саске поймал его, не отрываясь от Узумаки. Тот не отвечал, но и не отталкивал Саске, а просто сидел и хлопал широко раскрытыми голубыми глазами. Еще никогда ему не приходилось видеть риннеган так близко, на нем даже сфокусироваться было сложно. Но он заметил, как веко слегка опустилось. Саске усмехнулся. А потом отпрянул, и черная челка вновь закрыла половину его лица.       — Твой глаз и правда слегка пугает, — растерянно пробормотал Наруто.       — Извини, — Саске ответил несколько отстраненно.       — А еще ты со вкусом брокколи.       — Больше тебе нечего сказать?       Саске вздохнул и отпил немного кофе, почувствовал корицу и нахмурился. Это был кофе Наруто.       — Ты мог бы делать это и подольше.       Наруто опустил взгляд, а когда поднял его, Саске уже забрался на лавочку с ногами и навис над ним. Узумаки пришлось запрокинуть голову, чтобы ответить на второй поцелуй, не такой требовательный, но все еще напористый. Оба краснели и прислушивались к шорохам, но не отрывались друг от друга минут пять, разве что только за тем, чтобы стать иначе — у Наруто закружилась голова — или перекинуться парой глупых фраз. Произошедшее вдруг начало казаться таким очевидным и само собой разумеющимся, что им даже обсуждать это не было нужно. А потом Наруто отстранил Саске.       — Я замерз. Давай пойдем ко мне?       Саске сразу согласился. Лишь на границах сознания у него созревал намек на намек, что же на самом деле значит это приглашение.       — Ну почему сразу нет, — начал Наруто самый очевидный ответ, а потом вдруг остановился. — Ой. Серьезно? Ну, э…       Он и правда почему-то был уверен, что Саске откажется. Во всяком случае сегодня. Но намерение Наруто было твердым, а желания вполне очевидными. Отступать было поздно, да и не особенно хотелось.       — Я живу там же.       Он встал с лавочки, выбросил оставшийся мусор и потянул Саске за руку.       — Тебе разве не хорошо заплатили за предотвращение апокалипсиса?       — Да, неплохо, но налоги, НДС, вычеты за некоторые разрушения. Ладно, на самом деле мне простотой нравится. Зачем мне что-то больше, там одиночество только острее будет ощущаться.       — Ого, ты уже и такие понятия выучил.       Наруто состроил обиженную гримасу, но не смог ее удержать после поцелуя в щеку. Саске же после этого, несмотря на внешнее безразличие, перешёл на внутренний крик. Первая причина была в том, какой Наруто был милый. Вторая заключалась в вопросе «как я до такого докатился?». Наруто же, испытывая те же самые чувства, говорить об этом не стеснялся. Он уже раз пять успел повторить какую-то милую чепуху. Саске каждый раз отворачивался, будто показывая, что он выше этого, но на самом деле он прикрывал лицо от переизбытка эмоций. Инвалидность у него была не только физическая, но и в выражении чувств.       — А я тебе правда нравлюсь? — спросил Наруто, когда они были уже недалеко от его квартиры. — Ну, не как друг?       — Ты мне и как друг не нравишься, Наруто, — с легкой улыбкой произнес Саске.       Наруто снова надулся и засунул руки в карманы.       — А я вот тебя люблю.       — Что?       — Что слышал, усор… усурт… Даттебайо.       Они вошли в небольшую комнатку. Тут все еще было не слишком убрано, но значительно чище, чем раньше.       — Я тебя тоже люблю, — тихо произнес Саске, пока Наруто подошел к окну, чтобы его закрыть. Ветер гонял по комнате несколько листочков. Саске поймал один из них.— Конспекты? — спросил он, удивленно изогнув бровь.       — Почему вы все так удивляетесь?       Наруто сел на край кровати и нервно сжал покрывало, а потом разгладил его. Саске так и стоял у входа, разве что дверь прикрыл. И только сейчас его намек на намек начал оформляться в какую-то мысль. Наруто, то закидывающий ногу на ногу, то снова ставящий ее на пол, значительно этому способствовал. И без того самоуверенный, дома он достигал пика, что совсем не вязалось с тем, что Саске видел сейчас.       Они одновременно позвали друг друга по имени и смутились. Но щеки и носы и без того были уже красными. В комнате в сравнении с улицей было тепло, несмотря на то, что Наруто только сейчас закрыл окно.       Саске снял свой плащ и хотел повесить его на крючок, но таковых не нашлось. Пришлось положить на спинку стула, где и так уже была небольшая горка вещей. Наруто в это время снял верхнюю одежду. Саске навис над ним и снова поцеловал. Узумаки же откинулся назад и уперся в кровать локтями, открывая для Саске больше места. Сомнений не оставалось. Саске обхватил рукой Наруто за талию и прижал к себе настолько, насколько позволяла поза. От отсутствия руки равновесие значительно страдало.       — Ты правда хочешь этого?       — Хочу, даттебайо. Ты же опять уйдешь на сто лет.       Саске выпрямился и ещё раз осмотрел комнату. До этого момента он и не подозревал, что и сам хочет прикосновений настолько сильно.       — Мне нужно принять душ. Я был три дня в пути.       — Можно я посижу с тобой?       Саске пожал плечами, снимая с себя одежду.       — Как хочешь. У тебя есть чистое полотенце?       Наруто почесал затылок и огляделся, а потом все же подошел к шкафу. Несмотря на появившиеся деньги, привычка обходиться малым слишком плотно приросла к его личности. Из шкафа не выпала целая куча вещей, но даже то незначительное количество было свалено в неясную кучу. Наруто достал полотенце и понюхал его.       — Вроде чистое.       Саске, оставшийся в одном нижнем белье, взял его и тоже понюхал. По крайней мере не воняет. Он поблагодарил Наруто и пошел в душ. Узумаки зашел следом и, опустив крышку унитаза, сел на него. Он выжидающе смотрел на Саске, когда тот запустил большие пальцы под резинку трусов, но, заметив выражение лица Саске, стал пялиться не так открыто. Это были лишь последние отчаянные попытки сохранить крупицы якобы приличия, которое вроде как должно быть между людьми, которые только признались друг другу в чувствах. Но если оглянуться назад, становится ясно, насколько очевидно это все было с самого начала.       — А ты ни с кем не… — спросил Наруто, когда Саске уже открыл воду. Его тело, как и тело самого Наруто, было покрыто шрамами. Чакра, конечно, помогала, но некоторые раны были слишком сильны. Наруто не мог отвести взгляда от культи, с которой Саске снял бинты. Она не отталкивала. Скорее наоборот. Наруто посмотрел на собственную покрытую бинтами руку.       — Карин пару раз пыталась забраться ко мне в штаны, и однажды у нее даже получилось дотронуться, но на этом все. А у тебя?       Саске оглядел полочки в поисках различных средств, но обнаружил только баночку чего-то десять в одном, потрепанную щетку и пасту.       — Мы пару раз переспали с Хинатой.       — Оу, даже так? Ты после этого решил на ней жениться? Ну, тот моментик, про который ты рассказывал.       — Скорее до…       Саске перестал намыливать голову резко пахнущей гордостью подпольной парфюмерии и посмотрел на Наруто, ожидая продолжения.       — Она мне призналась в любви, а я тогда еще немного задавался из-за всего внимания. Ладно, очень много. И переживал из-за того, что ты всё равно ушел. А тут она. И я подумал, почему бы и нет, будет такой женушкой-домохозяюшкой, еще и принцесса, и красавица. Возможно, я даже смог бы ее полюбить. Мы пошли на свидание, а я не знал, что я не умею пить. Кстати, я не умею пить. В общем, я ей весь вечер как последний идиот рассказывал о чем, о ком болит мое сердце.       Саске вернулся к банным процедурам, все еще внимательно слушая. Не уметь пить при таком уровне чакры. Он даже заподозрил в чем-то Кураму.       — Кажется, она плакала. Но потом она пришла, наверное, через месяц, сказала, что ей всё ещё больно, но она начинает оправляться, но хочет, чтобы мы были друзьями.       — А секс тут при чем? Это разве не та скромница? Кажется, я ее вспомнил.       Засосавшая где-то под ложечкой ревность была лучшим стимулятором памяти. Наруто в это время смотрел перед собой, стараясь игнорировать великолепное влажное тело рядом, по которому стекали струи воды и пена. Вода из его крана и пена от его шампуня. В этом было что-то, что заставляло мурашки бегать по телу.       — Мы пили ещё раз и решили, что раз уж мы вдвоем девственники-лузеры, то почему бы не помочь друг другу исправить ситуацию. Она, конечно, скромница, но…       — Довольно, — было непонятно, зачем Саске просил полотенце, потому что из душа он вышел прямо так, шлепая босыми ногами по полу, и остановился перед Наруто, приподнимая его лицо за подбородок. — Придется вытрахать из тебя все воспоминания о тех ночах.       Наруто сглотнул и почувствовал легкую дрожь в коленках. Через секунду Саске вынудил его приоткрыть рот и надавил большим пальцем на язык. В уголке рта Узумаки собралась слюна, и он намеревался ее убрать, но Саске не дал этого сделать, прижав руку Наруто ногой.       — А я думал, я буду сверху, — сказал Наруто, когда его рот наконец-то освободился. Саске усмехнулся и щелкнул Наруто по лбу.       — Как-нибудь в другой раз, — ответил он, мысленно извинившись перед братом за столь кощунственное отношение к его памяти. С другой стороны, он наверняка был бы рад за него. Саске улыбнулся, представив, как знакомил бы с Итачи Наруто в качестве своего парня. Отец был бы в ярости, Мама в шоке, а Итачи бы улыбнулся и сказал, что ему очень приятно познакомиться.       Саске вышел в комнату, а Наруто прошел за ним, попутно снимая кофту. Учиха одним движением стянул с кровати покрывало и одеяло. Узумаки лег на простыни, а потом вдруг заерзал и тихо выругался, поднимаясь.       — Прости. Мне крошки в спину впиваются.       Саске ударил себя ладонью по лицу и тяжело вздохнул.       — Ты вообще знаешь, что такое романтика момента?       — Ну, мы можем выключить свет. Мы с Хина…       — Молчать. Во-первых, нет ничего романтичного в том, чтобы тыкаться друг в друга как слепые котята. Я хочу тебя видеть без шарингана. Во-вторых, Наруто, дорогой, я готов ради тебя на очень многое, но сейчас день, я при всем желании не смогу приглушить солнце. Но шторку и правда стоит опустить.       Саске подошел к окну, являя прекрасный вид парочке зевак, но они не успели понять, что происходит, как шторка опустилась вниз. Наруто за это время успел привести кровать в относительный порядок и лечь на нее, смотря в потолок. Саске окинул полуголого Наруто критичным взглядом. Хорош, чертовка, но если так и будет лежать, то кто тут больший девственник непонятно. И только сейчас Саске заметил, что Наруто слегка трясет, а рука его вновь сжимает ткань, на этот раз простыни. Учиха и сам нервничал, но его эмоции никогда не были столь очевидными.       — Все хорошо? — он присел на корточки, и его лицо оказалось на уровне лица Наруто. Тот кивнул, а потом мотнул головой.       — Я сейчас много времени уделяю не занятиям физическим, а книгам, поэтому чуть поднабрал. А ты ещё привлекательнее стал. Или если я облажаюсь? И вдруг тебе не понравится мое… Мои…       — Я уже видел твои яйца, Наруто. Все с ними хорошо, — Саске улыбнулся, но на этот раз мягко, поцеловал Наруто в лоб, а потом чуть подвинулся и несколько раз коснулся губами живота, который Наруто отчаянно пытался втянуть. Саске вновь ощутил невероятный прилив любви к этому человеку.       — Откуда вообще эти комплексы?       Наруто молча поджал губы. Саске залез на кровать и лег рядом. Он хотел было положить голову на плечо Наруто, но вовремя осознал, что мокрые волосы будут не особенно приятны.       — Рассказывай. Тебе же всегда было плевать на то, кто и что думает. За мной вопреки всем ходил.       Саске вытянул руку и убрал со лба Наруто несколько прядей. Стекло задребезжало от поднявшегося ветра, а потом в него прилетела и какая-то веточка.       — Сейчас никаких битв, одни учебники. Я начинаю думать.       — На тебе это плохо сказывается.       — Вот видишь. Все считают меня глупым, а вдруг это и правда так? Глупый, растолстевший, не такой уж уникальный. Просто я сейчас подумал, что видишь ты, когда смотришь на меня.       Саске не удержался от недолгого смеха. Наруто не слышал его так давно, что у него сердце сжалось. Саске же заключил, что виной всему осенняя хандра и, что более важно, переход Наруто к более зрелому мышлению. Они оба сейчас находились в этой стадии. И переход Наруто заключался не в том, что он начал недооценивать себя, скорее это было последствием спадения пелены юношеского максимализма. И сейчас, когда должно было случиться самое большое откровение между ними, оно вышло в свой пик. Едва ли Наруто в обычных ситуациях часто задумывался о паре лишних килограммах, которые его отнюдь не портили.       — Твоя уникальность, Наруто, — Саске приложил палец ко лбу Наруто, — не в этом, — а затем к груди, — а в… — он не остановился, а поскользил пальцем ниже, пока его рука не оказалась на промежности Наруто, нежно ее сжимая, — этом. Хината со своими бьякуганами не дура и стреляет метко.       Конечно, это было шуткой, но лишь отчасти. Саске расстегнул ширинку на штанах Наруто, и удивленно посмотрел на него. Узумаки закрыл лицо руками.       — Это тоже Хината подарила. В качестве издевательства, я так думаю.       Саске вновь посмотрел на синюю ткань трусов с символами его собственного клана. После этого он встал на кровати, поставив ноги по обе стороны от бедер Наруто и развернул воображаемое удостоверение.       — Именем полиции Конохи, я должен изъять у вас имущество клана Учиха немедленно. Так же за самоуничижительные разговоры вы получаете пять шлепков по попе. И ещё два за превышение лимита привлекательности.       Первые секунды Саске чувствовал себя глупо. Он был плох как в поддерживающих речах, так и в отвлекающих разговорах, которыми можно разрядить обстановку. Но потом он позволил себе действовать согласно порывам души. Душа, конечно, время от времени твердила, что он не достоин тут находиться и сможет найти искупление только через аскетизм, но присутствие Наруто всегда облегчало состояние Саске. Он смог забыться, хотя потом и будет корить себя за это.       — Поспешите вернуть имущество, Наруто-кун, иначе мне придется забрать его силой.       Наруто, сначала растерявшийся, а теперь растерявшийся ещё больше, не понимал, что ему делать. Взгляд его метался от лица Саске к болтающемуся достоинству и обратно. Он сел на кровати, но вдруг понял, что оказался в весьма сомнительном положении. Теперь, куда бы он не смотрел, в поле зрения всегда оставался ОН.       — Я требую адвоката, — все же смог выдавить из себя Наруто. Саске надавил ногой ему на грудь, заставляя лечь обратно.       — Я не служитель закона, — Саске наклонился вперед, смотря Наруто в глаза. — Я есть закон.       И как каждый из них вообще мог ожидать обычный секс среднего темпа и качества чуть выше принятого? И вдруг Наруто широко улыбнулся, кое-что осознав. Некоторые вещи действуют лучше слов.       — Хорошо, офицер, но сначала я хочу кое-что сказать.       — Говори.       — Я кое-что нашел.       — И как это относится к делу? — Саске чуть сильнее надавил на грудь Наруто, от чего дышать стало труднее.       — Это огонь в ваших глазах, офицер. Я его нашел.       Саске прикрыл глаза и покачал головой, а потом сошел на пол. Наруто вновь сиял от самодовольства, видимо, забыв о назначенных шлепках. Трусы все же были отданы Саске. Теперь они оба были совершенно честны друг перед другом.       — Мы идиоты, — уверенно произнес Саске, бросая одежду Наруто на стул-великомученик. — А теперь прошу вас стать в коленно-локтевую для приведения наказания в исполнение.       — Что?       — Немедленно.       Секундная заминка, и Наруто все же принял нужную позу. Саске провел пальцами по его позвоночнику, а потом очень ловко свернул шею даже одной рукой. Как и следовало ожидать, клон исчез.       — Всего секунда, Наруто, — Саске повернулся туда, где стоял оригинал, — Ты и правда очень хорош. Никто кроме меня не заметил бы.       — Но я не хочу быть отшлепанным, — капризно заявил Наруто.       — А ты пробовал? — парировал Саске. Он подошел к Наруто и, прижавшись к нему вплотную, начал целовать в шею. Рука его в это время сначала поглаживала поясницу Узумаки, а потом резко опустилась вниз. Саске не вкладывал в удар много сил, но шлепок все равно оказался значительным. После этого он сжал ягодицу Наруто. Как ни странно для самого Наруто, жжение было приятно. Он привык к боли в боях и даже скучал по ней. И все же он взял руку Саске за запястье.       — Прости, сегодня я хочу… — Наруто запнулся и слегка покраснел.       — Нежно?       Узумаки неуверенно кивнул.       — Извини, это глупо.       — Совсем не глупо. Я хочу, чтобы ты говорил мне о всех своих желаниях.       — Вернись в Коноху насовсем.       — Ладно, не о всех.       Саске сразу же поцеловал Наруто в губы, чтобы не дать ему болтать и дальше. Сейчас соблазн остаться был слишком велик, и Саске понимал, что у Наруто может получиться в который раз переменить его планы. Он разорвал поцелуй и, обняв Наруто, уткнулся носом в его шею, стараясь сделать так, чтобы они соприкасались как можно большей поверхностью тела.       — Я правда не уверен, что точно помню, что такое нежность.       — Тогда я тебе покажу.       Наруто подтолкнул Саске к кровати и сел сверху. Учиха провел пальцами по его торсу и шумно втянул воздух носом, останавливаясь у самой границы, где начинались волосы.       — Никогда не обращал внимания, что они красные.       — Узумаки, — Наруто пожал плечами. — Они стали чуть ярче после шестнадцати.       А потом он наклонился и поцеловал Саске в шею, медленно продвигаясь ниже. Каждое прикосновение его губ сладкими волнами растекалось по телу Саске. Это действительно была квинтэссенция нежности. Учиха забрался пальцами в волосы Наруто и ненавязчиво его остановил.       — Я не заслужил нежности. Я сделал так много плохого, — с горечью произнес Саске, хотя тело настойчиво требовало продолжения.       Наруто положил подбородок Саске на грудь, смотря на его лицо.       — Сначала я выбил из тебя всю дурь, а теперь придется ее выцеловать.       — Это я тебя насмерть зацелую, чтобы неповадно было.       Саске очень быстро сменил позицию и подмял под себя Наруто. Волосы все еще были влажными, но не настолько, чтобы их прикосновения были неприятными. Разве что от кончиков, которые все еще оставались холодными, мышцы слегка напрягались, когда Саске наклонялся, чтобы оставить очередной поцелуй на груди или где-то в области пупка. А потом он все же решился спуститься ниже и начал с издевательской медлительностью целовать бедра Наруто, то спускаясь ниже, то вновь поднимаясь до самой критической границы. Не устоял он и от парочки засосов. Мысли о том, что он не единственный, кто тут бывал, активировали сильнейшее чувство собственности.       И все же Саске заставлял себя сдерживаться. Наруто приподнялся на локтях, чтобы открыть себе лучший обзор.       — Я должен кое в чем признаться.       — Мхгхм, — Саске выпустил изо рта головку полувставшего члена, до которой наконец-то добрался и заправил волосы на уши, смотря на Наруто. — Ты уверен, что сейчас подходящий момент?       — Я не спал с Хинатой… Но все остальное правда, мы друзья. И про свиданку правда.       — Зачем?       — Хотел посмотреть на твою реакцию.       — Опорочил имя девочки.       — Оно… Само вырвалось.       Саске сейчас сам выглядел как один большой порок. Он взял в рот яички Наруто, а потом вновь проявился внимание к члену, обхватив его губами сбоку и проскользив вниз до самого останования. Наруто шумно втянул воздух через стиснутые зубы и запрокинул голову, теперь только чувствуя, как Саске скользит губами до середины его члена, поднимается и снова повторяет движения, помогая себе рукой.       — Я тоже хочу.       Капризная фраза Наруто, смешавшаяся со стоном, была неожиданна для них двоих. Узумаки сполз на пол и стал на колени, а Саске сел. Затуманенные потемневшие глаза Наруто, приоткрытый рот и раскрасневшееся лицо были такой поэтической картиной, что Саске ощутил себя причастным к искусству.       Наруто несколько раз провел широким языком по его члену, поцеловал бедра и обхватил головку губами, то осторожно ее посасывая, то медленно опускаясь ниже. Меньше чем через минуту Саске, с силой до этого сжимавший матрас, отстранил Наруто.       — Опять выпендриваешься? — хрипло спросил он, вытирая губы тыльной стороной ладони.       — Нет, просто если ты не перестанешь сейчас, все закончится очень быстро, — Саске наклонился и вновь поцеловал Наруто. — У тебя есть что-то вроде смазки?       — Под кроватью как раз возле твоей ноги.       Саске схватил рукой баночку и в который раз удивился. Во-первых, это было не что-то вроде смазки, это была именно она, во-вторых, там не было половины. Саске вопросительно посмотрел на Наруто.       — Я… Вспоминал о тебе иногда, — произнес Наруто, пытаясь скрыть смущение за слабеньким вызовом в голосе.       Саске поднес баночку к лицу и понюхал. От нее шел легкий аромат персика.       — Я тоже. Только у меня с клубникой. Стащил в каком-то магазине.       — И я стащил, — Наруто, улыбаясь, уткнулся лбом Саске в бедро.       — Легендарные шиноби, твою мать, — Саске прикрыл лицо рукой с баночкой, тоже широко улыбаясь. Но это лирическое отступление долго продолжаться не могло. Оба были слишком возбуждены, чтобы надолго отвлекаться от настойчиво тянущего чувства внизу живота.       Наруто отчаянно хотел внимания. Он уже не просто лежал на ноге Саске, а ластился к нему, проводя щекой и волосами по внутренней поверхности бедра. Они снова переместились на кровать. Саске сел сзади Наруто, откровенно любуясь открывшимся ему видом. Учиха провел ладонью по позвоночнику Наруто, задержался на копчике, а потом поцеловал его сначала в одну ягодицу, а потом во вторую, все еще еле розоватую от удара.       — Я не могу… Хочу, чтобы ты вошёл… Агх, — Саске в это время не терял времени, он ввел сразу два пальца, Наруто был явно подготовлен, — в мою грешную... а-ах.       Сейчас Наруто было уже не до того, есть ли у него какая-то новая складка или считают ли его глупым. Все, что занимало его мысли в этот момент — член Саске, которым он дразняще скользил между его ягодиц, после того, как слегка поработал пальцами, надавливая на стенки и сделав несколько ножниц.       — Саске, пожалуйста…       Саске же, в свою очередь, сейчас не думал о том, что он чего-то не заслуживает. Сейчас для него не существовало ничего, кроме Наруто, жаждущего его, именно его внимания. Он высунул кончик языка и прищурился, а потом сделал то, о чем просил Узумаки. Оба одновременно застонали. Наруто глухо, уткнувшись лицом в подушку, а Саске гортанно. Он двигался плавно, придерживая бедро Узумаки, но вскоре его попросили ускориться. Наруто умудрился извернуться и посмотреть на Саске, а тот протянул руку и провел по влажному лицу Наруто, очерчивая его брови, нос, губы, подбородок. Узумаки умудрился напоследок осторожно прикусить его палец, и это было последней каплей. Саске сдерживался из последних сил. Ему было неловко кончать так рано, но хотелось этого невероятно сильно. Он вышел из Наруто, а тот, чувствуя, в чем дело, и испытывая то же самое желание, перевернулся на спину и притянул Саске к себе. Их языки соприкоснулись раньше губ. Наруто обхватил левой рукой, намного более чувствительной, оба члена и начал быстро их ритмично надрачивать, не особенно пытаясь добавить какие-то ухищрения вроде потирания головок. Потребовалось совсем немного времени, чтобы оба кончили, скомкано простонав имена друг друга в поцелуе. Саске почти сразу упал на Наруто, утыкаясь носом ему в шею. Наруто обессиленно распластался по кровати, раскидывая руки в стороны. Оба тяжело дышали. Наруто неожиданно усмехнулся, услышав в голове громкий и протяжный вздох, очевидно сделанный для того, чтобы подпортить удовольствие. Впрочем, сейчас едва ли даже какое-нибудь появление очередных наследников Кагуи могло бы заставить их напрячься.       — Прости, Курама.       — Я СДЕЛАЮ ВИД, ЧТО НИЧЕГО НЕ ВИДЕЛ, — последовал ответ, и Саске его тоже услышал.       — Черт, получается, у меня был секс и с девятихвостым?       — НЕ ДОЖДЕШЬСЯ, ПФФ.       — Можешь слезть? Мне тяжело дышать.       Саске скатился с Наруто, оставаясь рядом с ним и приобнимая за талию. Их животы он вытер свисающим краем простыни.       — Я хочу спать, — прошептал Узумаки.       — Так спи.       — Ага, а потом я проснусь, а тебя не будет рядом.       — Я обещаю, что не уйду. Не пока ты спишь.       Саске поцеловал Наруто в лоб, а тот, как ни противился дреме, вскоре уснул. Все же в части его слов Шикамару была правда. Ежедневная учеба действительно выматывала, хотя Наруто отказывался это признавать. А сейчас, в теплых объятиях, когда его главное переживание последнего времени было решено, он все же позволил усталости взять верх.       — Я слышал, что ты сказал, когда мы вошли сюда, — пробормотал он напоследок.       Когда через двадцать минут в квартиру вошёл Какаши — подумать только, они забыли запереть дверь и занимались таким — Наруто уже спал один, заботливо укрытый одеялом. Саске вышел из ванной, неловко топчась по полу. На нем была лишь майка Наруто, а в руках он держал тазик с собственной стиранной одеждой и чем-то из вещей Узумаки. Сначала Саске хотел спрятаться, надеясь, что его присутствие не ощутят, но потом все же решился выйти на суд бывшего учителя.       Какаши посмотрел на Саске, потом вновь на спокойно спящего Наруто, и снова на Саске.       — Он не пришел на занятия, вот я и решил… — прошептал Какаши.       — Это не обязательно, — Саске говорил лишь чуть тише обычного. — Спит как убитый, ничем не разбудить.       Он нервничал, но во взгляде Какаши прочитал лишь теплоту. Саске хотел бы его обнять и сказать какие-то слова благодарности, но все еще испытывал ужасные проблемы с выражением эмоций. Впрочем, Какаши все это прочитал в его глазах. Он протянул руку и отеческим жестом потрепал его, Саске, которого все боялись и избегали, по голове. Он закусил губу, но все еще ничего не сказал.       — Скажите Ируке. Наруто ему как сын, он будет благодарен, что его не забыли, — произнес Какаши напоследок.       Саске улыбнулся и кивнул, сказав пресловутое спасибо уже тогда, когда шагов Какаши не было слышно. Может, ему и правда стоит ненадолго задержаться в Конохе?