Общая тайна четверых

Усаги позвонила Мамору ещё раз, но теперь его номер был недоступен, и блондинка облегчённо вздохнула. — Ну раз он недоступен, то скорее всего, Мамору не придёт ночевать домой! Сейка, оставайся у меня на ночь — нам будет хорошо! — Усаги бодро улыбнулась брюнет, и быстро сбросила с себя уже расстёгнутый халатик, явив взору метеора свою красивую упругую грудь третьего размера, облачённую в кружевной бирюзовый бюстгальтер. Сейя обошёл свою возлюбленную сзади и притянув её к себе, обхватил её стройный стан своими крепкими мускулистыми руками, при этом одной своей рукой спускаясь к трусикам девушки и чуть оттягивая их. — Блин, куколка! Ты такая сексуальная у меня! Такая красивая, такая манящая и чарующая… Твои изгибы и формы сводят меня с ума, твои невероятно красивые выразительные глаза дразнят меня и притягивают мой взор… Твои прекрасные золотые волосы просто неимоверно прекрасны, впрочем как и всё остальное! — Негромко прошептал брюнет на ухо любимой, при этом аккуратно просовывая одну свою руку в трусики Усы, тем самым вызывая сильное возбуждение своей любимой. — Сейя… — Усаги была только рада тому, что они наконец-то уединились и никто им теперь не помешает. — А сделай мне массаж, а? Златовласка подошла к своей кровати и соблазнительно легла на живот, а затем повернувшись к брюнету, одарила его игривым взглядом, при этом слегка облизывая верхнюю губу языком. Сейя залюбовался своей возлюбленной, и присев на краешек кровати, стал медленно расстёгивать застёжку её бирюзового бюстгальтера, позволяя своим ловким пальцам как бы невзначай касаться её округлой груди, и ощущая учащённое дыхание Усаги. — Продолжай, милый. Не останавливайся! — С лёгкой дрожью в голосе произнесла блондинка, наслаждаясь нежными, но уверенными прикосновениями пальцев Сейи к своей коже. — Покажи мне всю свою власть надо мной! Покажи, что ты способен сделать со мной! Сейя… Сейя положил свои ладони на спинку возлюбленной, а затем стал неторопливо делать массаж, то слегка поглаживая её нежную и ровную спинку, то немного пощипывая и слегка сминая её белоснежную бархатную кожу, к которой ему так нравилось прикасаться. Одни лишь прикосновения к нежнейшей коже Усаги вызывали в нём целый спектр эмоций, и он громко выдохнул, пытаясь совладать со своим влечением, которое уже начинало овладевать им. — Не больно? — Негромко спросил брюнет у любимой девушки. — Нет, Сейя. Мне не больно, мне хорошо!       Сейя продолжал делать массаж своей любимой, интенсивно работая своими умелыми пальцами и разминая спинку лунной принцессы, испытывая удовольствие от соприкосновения своих пальцев с белоснежной кожей блондинки. Ему всё труднее и труднее было совладать со своим вожделением, но он продолжал активно работать пальцами, усиленно массажируя спину Усы. Его руки продолжали исследовать тело Усаги, и когда его влечение к лунной принцессе достигло максимума, Сейя не выдержал и развернул Усаги, а затем ухватился за обе груди красотки, с силой сжимая их. Смотря на свою любимую взглядом, полным вожделения и похоти, Сейя сейчас желал только одного — близости с Усаги.       Нависая над девушкой, он буквально пронзал своим похотливым взглядом каждый миллиметр тела Усаги, продолжая теребить её соски — то с силой зажимая их, то ослабляя свои касания. — Сейя, — Усаги устремила свой взор на него, — ты слишком увлёкся прелюдией. Не пора ли перейти к главному? — К главному? — Сейя сделал вид, что удивился, хотя он давно ждал этих слов от своей возлюбленной. — А как же оральный сюрприз для меня? Ты ничего не забыла, милая, что сказала мне в прошлый раз, когда мы прощались?       Усаги вопросительно изогнула бровь, тщетно пытаясь вспомнить, что же такого она могла пообещать Сейе, но никак не могла это сделать. — Ты сказала, дорогая, что встретишь меня долгим и глубоким минетом! Между прочим, уже полвечера прошло, а минета так и не было. Нехорошо обманывать, Куколка, ой как нехорошо! — Да?! Я такое обещала? — лукавым голоском переспросила лунная принцесса, разворачиваясь к любимому человеку и позволяя ему лицезреть своё тело во всей красе, позволяя Сейе любоваться ею и нежно улыбаясь ему. — Ну, значит, будет тебе прямо сейчас минет! Иди ко мне, сладкий мой!       Усаги ласково обвила талию мужчины и притянула его к себе, затем задрала на нём футболку и стала покрывать его красивый, в меру подкачанный пресс лёгкими многочисленными поцелуями, плавно спускаясь к пупку, а затем подбираясь к резинке джинс. Быстрым движением пальцев девушка расстегнула пуговицу и ширинку, а затем стянула джинсы с парня, после чего сняла и бельё. Усаги любила делать приятно своему молодому человеку, ей нравилось видеть, как его взгляд горит наслаждением и похотью, ей нравилось ощущать некоторую власть над Сейей, когда она ласкает его ртом. И уже через несколько секунд Усаги впустила его член к себе в рот, стараясь захватить его так глубоко, как могла. Её язык с необычайной ловкостью и быстротой ласкал головку полового члена мужчины, ласкал ствол, и Усаги всё это время неотрывно смотрела на любимого мужчину, стараясь быть как можно более раскрепощённой. «Мне абсолютно нечего стесняться, ведь Сейе так приятно… Да и мне доставляет огромное удовольствие сосать его член… Но иногда всё же я начинаю смущаться, как десятиклассница, впервые увидевшая мужское достоинство. Не знаю, почему так происходит…»       Для Сейи оральные ласки любимой стали настоящей усладой — он наслаждался минетом, чувствуя как приятное тепло наполняет всё его тело изнутри, быстро устремляясь вниз, в самые эрогенные зоны. Их взгляды встретились, и Сейя заметил насколько сильно пропитан похотью и вожделением взгляд его возлюбленной, что его только ещё больше распаляло, а то что делала она ртом — было просто нечто невообразимое, нечто за гранью реальности. Каждое касание её губ и языка сводило его с ума, Сейя прекрасно понимал, что сейчас именно он находится в её власти. Усаги постепенно усилила свои оральные ласки, и мужчина уже больше не мог сдерживать чувственных вздохов, ощущая как в его крови яро бурлит адреналин, а сам он находится на вершине блаженства, кайфуя по полной программе. Сильный жар в области живота и приятные сладкие вибрации в буквальном смысле добивали Сейю — Усаги действительно делала потрясающий минет, выкладываясь по максимуму, стараясь произвести впечатление на своего возлюбленного. И ей это определённо удалось — Сейя был в таком диком экстазе, что он буквально таял от наслаждения, радуясь каждой ласке, каждому интенсивному касанию языка и губ Усаги. И когда она заглотила максимально глубоко, как только могла, Сейя ощутил прилив сильнейшего возбуждения — его плоть уже практически пульсировала, и буквально через пару минут он кончил, изливая в рот любимой женщины своё горячее семя, которое Усаги немедленно проглотила. — Боже, детка! Ты просто великолепна… Твой ротик вытворяет такое, отчего я просто моментально прихожу в состояние дикого экстаза, куколка, — шепнул на ухо ей брюнет, оттягивая резинку её бирюзовых трусиков, а затем приспуская их, чтобы обнажить прекрасную и упругую попку.       Вдруг дверь комнаты открылась и на пороге появился Мамору, причём не один, а с Сецуной. — Чему обязан, тайные любовники? — Сейя вопросительно приподнял бровь, ехидным голосом интересуясь у Мамору и Сецуны, по какой хрен они сегодня припёрлись, ещё и без предупреждения. — Вообще-то это мой дом, — Мамору снисходительно улыбнулся и приобняв свою любовницу за талию, вышел из комнаты, закрывая за собой дверь и позволяя Сейе и Усаги одеться и привести себя в приличный вид.       После чего все четверо собрались в трапезной за общим столом. Ужинали они недолго и за это время никто почти не разговаривал, только Усаги пару раз поинтересовалась у Сецуны, как у неё дела на работе, на что та сдержанно ответила, что всё замечательно, и приветливо улыбнулась «сопернице».       Мамору был вполне по-дружески настроен к Сейе, он прекрасно понимал, что для всех них так будет лучше. И вдруг Усаги первая заикнулась о том, что ей надоело лгать девочкам о том, что она до сих пор находится в отношениях с Мамору, хотя на самом деле она была в отношениях с Сейей, которые девушке совершенно не хотелось больше скрывать от других. — Мамору, Сецуна… Не пора ли остальным рассказать правду? Я не хочу скрывать свои отношения с Сейей, ведь мы так счастливы!       Сецуна готова была согласиться с Усаги, так как ей тоже надоело быть тайной любовницей Мамору и девушка считала, что достойна более уважаемой роли, нежели просто любовница, которую ещё и надо скрывать. Но окончательное решение оставалось за Мамору, и он огорошил всех остальных резким отказом, аргументировав это тем, что у него с Усаги в будущем должна родиться дочь Чибиуса и ему придётся жениться на Лунной Принцессе.       Это высказывание очень не понравилось Сейе, в нём сразу же закипела ревность. Впрочем, Усаги тоже сидела с поникшим лицом, понимая, что ей уготована судьба «инкубатора» и нелюбимой жены. — Мамору. Может, не стоит? — робко поинтересовалась Усаги, с надеждой смотря на Сейю, втайне думая о том, что хотела бы стать его супругой, а не Мамору. — Стоит. — Отрезал будущий Принц Земли. — Не забывай про Чибиусу. Если мы не сблизимся, то она никогда не родится.       Усаги сокрушенно посмотрела в сторону Сейи, затем встала изо стола и вышла в коридор. Глаза златовласки стали увлажняться, а в горле застрял удушающий ком обиды — девушка плакала от собственного бессилия, медленно сползая по стенке вниз и беспомощно оседая на пол. Именно такой её увидел Сейя, когда тоже вышел из трапезной вслед за любимой. — Усаги… — молодой человек присел на корточки напротив возлюбленной и осторожно взял её за руки. — Не надо, не плачь. — Я не хочу. Всего этого, Сейя. Я хочу быть твоей женщиной, а не его! — Ты и так моя, куколка! — Сейя, в отличии от Усаги был настроен куда более позитивно. — Не переживай, мы что-нибудь придумаем. Мы обязательно будем вместе. А Мамору…он любит Сецуну. Надо будет мне поговорить с Сецуной наедине, чтобы раз и навсегда всё прояснить. Успокойся, милая, — помогая встать девушке, старлайт нежно обнял её. — Я всё разрулю, обещаю.       Усаги поспешила прильнуть к любимому и раствориться в его крепких объятиях, таким образом чувствуя поддержку Сейи.       А между тем, Сецуна тоже не разделяла взглядов Мамору. У парочки стал назревать конфликт. — Вот жениться на Усаги тебе совсем необязательно! Переспишь с ней, обрюхатишь и всё! А потом когда она родит Чибиусу, мы заберём девочку и сами воспитаем. А Усаги пусть с Сейей потом живёт и пусть хоть десять детей ему родит. Для нас главное, чтобы родилась Чибиуса. — А, чёрт! Сецуна, ты ведь права! Мне главное, чтобы Усаги произвела на свет наследницу — будущую правительницу Хрустального Токио! И всё… Решено, так и поступим, — Мамору нежно улыбнулся Сецуне и вскоре увёл её в свою спальню наверх, пока Сейя и Усаги находились в одной из комнат на первом этаже, и молодой человек всячески пытался приободрить свою возлюбленную.