Бесит...

      Герои вошли на территорию академии. От дома осталось лишь половина. Всё остальное лежала в руинах, напоминающих о недавних событиях. По правде сказать, героям всегда было тяжело возвращаться домой из-за суровости отца, плохих воспоминаний детства, смерти Бэна, исчезновения Пятого и т.д. В общем, причин, не любить это место, было достаточно.       Но сейчас, видя, как от их дома мало чего осталось, сердце болело само по себе. Кроме переживаний по утрате родового гнезда, Лютер и Элисон вспоминали Ваню. Элисон винила себя и немного Лютера. А Лютер, всё же понимал, что насколько бы его намерения не были благими, он всё же виноват. Ведь они семья. Они должны были помочь, но всё вышло наоборот…       Несколько минут герои с унынием смотрели на останки дома. Лютер первым решил зайти внутрь. Все убранства дома были в пыли. Кухня была целой. Она сразу же напомнила ему о маме и её вкусных завтраках. Пройдя дальше, он оказался недалеко от того самого места. Уже виднелись разрушенные, чуть ли не в крошку, колонны, заваленные верхним этажом. А также лестница, которая почти не пострадала, но была завалена разным мусором. Проход на второй этаж дался номеру Один с трудом. Ему даже пришлось перекладывать куски поточной плитки в одном месте, чтобы он смог протиснуться. И удача. Не одна из комнат ребят не пострадала, почему-то именно этот уголок дома Лютер хотел сохранить. Он открыл дверь своей комнаты:-«Рад, что хоть что-то остаётся неизменным.» -улыбнулся номер Один, он также прошёл мимо комнат ребят, дабы удостовериться в их сохранности. А Элисон осматривала нижний этаж. Кухня, коридор, статуя Бэна, виднеющаяся из окна и кабинет отца. –«Господи, конечно же он сохранился! Я уверена, отец сделал его пуленепробиваемым, чтобы он мог навсегда закрыться в нём и никакая сила не смогла бы его оттуда вытащить.» -С сарказмом и улыбкой подумала Элисон. И вот она, выдохнув, зашла в отцовскую комнату. Всё как было в детстве. Этот кабинет вызывал у неё страх. Ведь отец был всегда не доволен и, сидя за массивным столом, отчитывал детей за малейший проступок. По руке Третьей пробежала дрожь. По боковым сторонам стояли шкафы с огромными кипами бумаг. Это были всякие исследования их отца. Элисон провела по первой папке рукой, стряхивая пыль, и увидела надпись: «Номер Один». Да, да эта папка была о Лютере. В ней находились его характеристика , слабые места, особенности силы. Она прошла дальше, рассматривая бумаги. И не долго думая, поняла, что все папки здесь только о них. Наблюдения за его же детьми, пускай, и приёмными. -«Надо будет рассказать о них остальным». -подумала Элисон.       Вдруг раздался шум. Элисон и Лютер рванули на источник звука. Это Пять. -Пятый? -спросил Лютер. -О, привет! Вы случайно не видели тут ту мерзкую девицу? –раздражённо стиснув челюсть, спросил Пять, постоянно исчезая и появляясь в голубых вспышках. -Успокойся! Что за девица? –сказал номер Один. Пятый закатил глаза: -Ну, та, шатенка в чёрном пальто, явилась сюда и с помощью телекинеза спасла наши задницы от смерти. –кричал Пять, дёргая руками. -А, так она в порядке? То есть, она очнулась? -Конечно, она в порядке. Нам всем бы не помешало быть в таком же порядке. –оживлённо нервничал Пять. -Она не просто очнулась, а обманула меня, оглушила и украла одну важную мне вещь. –перечислял Пятый, демонстративно загибая пальцы на руке. -А я ещё пытался ей помочь. -Стоп, подожди, что значит обманула? И как она могла вообще провести тебя? Хм, это что-то новенькое. –насмешливо проговорил Лютер. -Да, ты… –Пятый начал угрожающе подходить к Лютеру, тот попятился назад. –Ах, чёрт с тобой, я должен её найти. Пятый, как всегда собирался исчезнуть, но тут Лютер схватил его за плечо. -Стоп, если та девушка очнулась, то и Ваня тоже? –это заботило его. Он не знал, как отнесётся к нему Ваня. Простит? А если нет? -Что? –недовольно смотрел Пять. –Нет. -ответил он, сбрасывая с себя руку. -То есть, ты бросил её одну? –грозно спросил номер Один. -Ой… -промолвил пять и исчез. -Да, чтоб тебя, мелкий засранец! Элисон начала спешить к выходу -Стой, ты куда? Подожди меня! «К Вани» - второпях написала на блокноте девушка…