Mani pulite

***

      Вокруг была звенящая тишина, ни одной пули не пролетело рядом, тем не менее, расслабляться нельзя было. На кону жизнь товарищей, клана и, самое главное, его самого. Уго, почувствовав себя доблестным героем фильма про шпионов, стал осторожно красться подле стены и время от времени выглядывать и проверять округу.       Пот стремительно стекал к самому низу противогаза и неприятно мочил шею, но снимать его Уго не спешил, да и ни за что не осмелился бы. Он сам был свидетелем, как его товарищи испытывали на себе посмертный газ: одни падали в обмороки, другие будто сходили с ума и несли всякую чушь – но в итоге все они, бездыханные, теперь мирно покоятся на полу.       Противогазов никому не предоставили, хоть Уго и уважал своего босса, порой мелькали в мыслях обвинения. Но все они быстро улетучивались, он ведь сам бы ни за что не подумал, что у клана Вендетта был такой козырь в рукаве, и их босс не побоялся зайти так далеко.       Из отряда Уго по итогу осталось лишь двое, на первый взгляд, хлипеньких парня, что вынесли действие газа: он и ещё один из клана Габеллоти. И тот показался шибко смутным, и доверия к нему не было.       С конца другого коридора послышался спешный топот, и громкое сбивчивое дыхание нескольких человек, движущихся по направлению к нему. Они перешёптывались друг между другом, а Уго осторожно занырнул за дверь и стал подслушивать.       — Командир, — еле выговаривал мужчина баритоном, — я… не могу. Кажется, я скоро вырублюсь.       Веки дёргались в попытке противостоять сну, обветренное бледное лицо мужчины, скорее, было похоже на лицо мертвеца.       — Оставить сон! Терпи, салага, мы и не такое проходили! — воодушевлённо ответил командующий отрядом и добавил: — В этих местах недавно была перестрелка. Поглядим – на каком-нибудь трупе да будет противогаз!       Как только прозвучало последнее слово, Уго тотчас вышел из своего укрытия.       Это был один из отрядов Конте, и на удивление в полном составе. Шесть человек, вымотанных до полусмерти, расположились на полу и шустро перевязывали друг другу ранения. Отдельно от них беседовали командир с парнем, тот чувствовал себя до ужаса плохо. Только они были без противогазов: видимо, не хватило с тех, что смогли добыть.       Командир неловко отвёл взгляд в бок, не в силе врать своему товарищу, но всё же решил взбодрить его до того, как они найдут себе противогазы. Он тяжело дышал, и его опьянённый ядом взгляд был понятен даже издалека.       — На, — командир протянул лоскут ткани, отодранной от собственной одежды, и завязал её на лице парня. Он хотел бы дать ему хоть небольшую надежду на спасение.       Цвет значков на их тёмной форме дал Уго понять, что отряд состоял из новоиспечённых. Это вселило в сердце ноющую тоску. Насколько же плачевным было положение Конте, что даже отряды новеньких стали отсылать?       — Эй, парни, — отряд, который до этого момента не заметил Уго, заметно шелохнулся, кто-то даже успел направить на него дуло пистолета. — Вам ещё никто не успел передать? Дамиан приказал отступать, код «294». Срочное отступление касается и клана Габеллоти, поэтому по пути сообщайте всем нашим.       На лице командира промелькнула улыбка облегчения. Он похлопал новоиспечённого, уже лежавшего в полуотключке, по спине и повесил его руку на себя.       — Ах, да! Желательно, тем, у кого ещё остались силы, прихватить трупы товарищей для подобающего захоронения.       Командующий отрядом благодарно кивнул и повёл подручных за собой к выходу, а Уго двинулся дальше.       Самой главной областью для проверки был кабинет Винсента, босса Вендетта. Сердце приятно затрепетало, когда Уго вспомнил, как товарищи передали ему победоносные слова: «Босс Вендетта убит Дамианом Конте!»       — Хотел бы я стать таким же, как он… — Уго, наконец, дошёл до той злосчастной двери, истерзанной пулями сверху донизу.       Когда зашёл внутрь, он немного дёрнулся. По всему полу в определённом направлении блестели следы крови, видно, кто-то ползал в полумёртвом состоянии. В глаза бросились множественные осколки разбитой люстры, разодранные шторы и дыра в картине, за которой было странное углубление.       Уго нагнулся, чтобы посмотреть, что же там такое, и, наклоняясь, уже заметил, что кровавые следы пропадают именно там. Было, конечно, очень интересно, что же тут случилось, но он отвернулся и подошёл к шкафам.       Там он провёл пять минут, рыская в бесконечных документах. Найти нужный пока ему так и не удалось. Выделив себе несколько секунд на отдых, он заглянул в окно.       Там, у засеянной трупами равнины, в лесу на долю секунды явился проблеск, и из-за деревьев стали медленно появляться автомобили, большинство из которых везли за собой тяжёлые вместительные прицепы.       Хоть и потихоньку, но из поместья Вендетта стали выбегать подручные и помогать приезжим загружать трупы товарищей.       Уго облегчённо улыбнулся, почувствовав лёгкое головокружение, и решил продолжить поиски.

***

      Мокрый с ног до головы Дамиан, прикрыв лоб от дождя ладонью, наблюдал за отступлением, попутно громко кричал, консультируя приехавшую подмогу. Рук, чтобы забрать все трупы, не хватало. В приоритете были только подручные Конте, но где-то в потёмках сознания ему всё же хотелось помочь и клану Макса, когда сам босс в ужасном состоянии.       Дамиан краем глаза заметил, как вдалеке один из приезжих возился с каким-то трупом, словно не мог его поднять. Он прошёлся по скользкой грязи и остановился за спиной подручного.       Сердце мучительно защемило, он стиснул зубы, и всё, что ему оставалось делать, – молча наблюдать.       — Эннио! Эй, Эннио! — вопил парень, захлёбываясь в собственных слезах и сжимая волосы мертвеца в крепкой хватке своих рук. — Эннио, почему ты молчишь, эй!?       Он схватил воротник товарища и прижался к его груди, ревя в неё:       — Эннио! Что я скажу теперь твоей невесте, Эннио!? Как, почему… — голос сорвался, слёзы стекали с него обильнее ливня, промочившего парня насквозь. Его отчаянно колотило, губы и ресницы лихорадочно дрожали, и он никак не мог отцепиться от павшего товарища.       Дамиан сел коленями в грязь рядом с товарищем и нежно погладил рукой по его плечу. Тот всё истошно вопил, сжимая проявляющиеся на теле товарища трупные пятна.       Когда ливень стал стихать, парень опомнился и, взглянув в безжизненные печальные глаза в последний раз, пальцами осторожно прикрыл веки.       Дамиан и подручный положили по одной руке трупа себе на плечо и потащили его к машине.       Количество трупов на территории Вендетта стало мерно уменьшаться с каждым уходящим подручным Конте: каждый из них считал себя обязанным подхватить как можно больше трупов товарищей.       Ливень уже давно стал еле заметной моросью, пока и она не исчезла. Хоть отступить большинству удалось гладко – время от времени из окон здания прилетали пули, и как бы не хотелось избежать того, подручным приходилось даже прикрываться трупами.       Большая часть падших клана Конте были увезены на машинах, а все выжившие отмечались в специальном списке, как отступившие от операции.       Оставшиеся пару машин, которые должны забрать подручных, что так и не вышли из особняка, уже подъезжали к территории, встречая приветственный взгляд босса.       Из автомобиля выбежала женщина и, увидев одного только стоящего Дамиана, подбежала к нему.       — Босс, последние автомобили прибыли для не отмеченных подручных. Вынуждена сообщить, что по пути до особняка мной были замечены бесконечные ряды автомобилей клана Габеллоти. Все они были без прицепов, и, насколько я знаю, вами не был дан подобный указ для них.       Дамиан в замешательстве посмотрел в сторону дороги, и женщина за ним. Скрипя шинами и брызгая лужами, автомобили, как и было сообщено, нескончаемым потоком приближались, они стали поочерёдно останавливаться у территории.       Чуть ли не одновременно, отточено, точно на демонстрации, бойцы выбежали в полном снаряжении, издавая тяжёлый металлический звук. На этот раз все были в противогазах. Дамиан всё так же шокировано наблюдал, а в голову уже давно закралась догадка о том, что происходит.       Один из главнокомандующих отрядами подбежал к Дамиану, увидев значок босса на форме, и слегка поклонился.       — Прошу дать отчёт о ваших действиях, — Дамиан поздоровался кивком в ответ.       — По приказу подручные клана Габеллоти отправились в новом снаряжении на поле боя, чтобы отомстить за павших братьев и сестёр и полностью уничтожить клан Вендетта, — чётко проговорил мужчина.       — Я отдал приказ отступать и Габеллоти, и Конте, — твёрдо ответил Дамиан, и ни один мускул на его лице не дрогнул.       — Прошу прощения, мы не можем противиться приказам Марка Габеллоти, — мужчина, обрывисто закончив диалог, махнул рукой и поспешил к зданию, и толпа побежала за ним.       Дамиан остался недоумённо стоять у широких ворот, наблюдая за тем, как подручные Макса идут воевать вопреки его приказу. Конечно, вне зависимости от обстоятельств Габеллоти будут слушать правую руку своего босса.       Он так и продолжил стоять сложа руки, и предпринимать ничего не собирался: Агата решила дать командование войском Марку, что Дамиан забыл попросить её не делать, но теперь уже ничего изменить нельзя. Это было решение родной сестры Макса, которая знает, пожалуй, его лучше, чем Дамиан. И она знает, как бы поступил Массимо.       К сожалению, Дамиан никак не сможет помочь клану Габеллоти избежать ужасных убытков. Теперь ему остаётся оставаться безучастным в этой войне.       — Прости, Макс… Дамиан отвернулся и пошёл по скользкой траве к машине, где уже успело сесть ещё два подручных, отметившихся в списке.       — Может, так даже и лучше.