Что-то ещё?

      Люциус Малфой медленно прохаживался по большому поместью, меланхолично рассматривая интерьер. Казалось, он жил здесь всю свою жизнь, но с каждым разом таких «прогулок» замечал множество новых деталей. Который раз, проходя по коридору, ведущему в комнату сына, у него возникла мысль: «Надо сделать ремонт. Слишком мрачная обстановка для крыла, которое посвящено детям».       Из множества дверей открылась самая выделяющаяся, которая вела в комнату Драко. Люциус ожидал увидеть своего мальчика с чемоданом, но это была его супруга — Нарцисса Малфой, в девичьем Блэк. Она была одета в чёрное длинное платье в пол, подчеркивающее стройность и красоту женщины. Несмотря на то, что фасон платья был очень простой, оно сидело на своей хозяйке великолепно. Чёрная ткань контрастировала с бледным лицом Нарциссы, что делало её невероятно изящной аристократкой, скрывающей за своими нарядами уйму секретов и тайн.       Заметив, что Люциус остановился неподалеку от комнаты сына, возле старинного клетчатого гобелена, она сдержанно улыбнулась и направилась умеренным шагом к нему. — Дети почти готовы, — произнесла женщина после поцелуя супруга в щёку. — Мы успеем на платформу.       Люциус кивнул, но на его лице отобразилась тень некого беспокойства, несвойственная ему. — Как она себя чувствует? — мужчина бросил косой взгляд на серую дверь, что находилась напротив комнаты его сына, и сдавленно сглотнул. — Переживает, но… — Нарцисса проследила за взглядом Люциуса. Она оставила легкое прикосновение на руке мужа, тем самым поддерживая и давая понять, что рядом. — Драко хорошо справляется. Он отвлекает её от мрачных мыслей, рассказывает про Хогвартс и Запретный Лес.       Мужчина улыбнулся. — Мой сын, — гордо произнес он и направился в комнату Малфоя-младшего.       Мысли Люциуса были не о том, как они доберутся до вокзала, не о том, не забудет ли Драко положить запасную мантию. Он вспоминал ту злополучную ночь, после которой у них появился ещё один житель в Малфой-Мэноре.

***

      2 мая 1980 год. 2:04 ночи       Сон Малфоя-старшего был нарушен тихими всхлипами Нарциссы. Он принял сидячее положение на постели и увидел свою жену около камина на полу со свертком в руках. — Дорогая, что случилось? У тебя воды раньше времени отошли? — голос Малфоя дрогнул, ведь его жена находилась на восьмом месяце беременности. — Что у тебя в руках?       Горькие всхлипы Нарциссы участились. Люциус подошел к своей жене и заглянул через плечо, посмотреть, что же расстроило женщину. Это был… ребенок? «Но… как?» — вертелось в голове у Малфоя. Наконец, он собрался с мыслями и произнес: — Это… наш мальчик? — Люциус хотел было протянуть руки к свертку, но Нарцисса яростно помотала головой и кивнула на живот, словно показывая: «С нашим ребенком все в порядке». — Стоп… Дорогая, успокойся и объясни нормально. Кто это? Чей? И откуда он взялся?       Леди Малфой пару раз тяжело вздохнула, при этом быстро моргая, в попытке убрать лишнюю влажность, и произнесла: — Это Анастасия О’Доннелл. Дочь Кента О’Доннелла и Люси О’Доннелл, — Тая в руках Нарциссы сладко зевнула и продолжила спать. — Но… как? Почему она у нас? — вопросы сыпались с уст Люциуса один за другим. — Что-то произошло с ребятами? — Люси по каминной сети перенеслась к нам, отдала свою дочь мне в руки, сказала: «Тёмный Лорд стал убивать своих», и исчезла в пламени, — Нарцисса опять зашлась в рыданиях. — А что… — всхлип. — А что если они не выживут? Что нам делать с малышкой? А что, если Темный Лорд придет и за нами? — женщина переводила обеспокоенный взгляд со свертка на свой живот и обратно. Наверное, это был самый большой страх, мысли о которой она никогда не допускала.       Люциус выпрямился, пребывая в своих хмурых раздумьях, открыл дверь спальни и позвал несколько домовых эльфов. Он дал им указания: перенести из детской кроватку в их спальню и принести смесь для девочки. После, закрыв дверь, Малфой-старший поднял, всё ещё содрогающуюся в всхлипах, Нарциссу с пола. Придерживая её за талию, отвел к мягкой, светлой колыбели, которая появилась буквально несколько секунд назад, забрал малышку с рук жены и уложил сверток на подушку, аккуратно, практически невесомо укрывая пледиком. Девочка неодобрительно поморщилась, но не проснулась окончательно.        Люциус обнял любимую и прошептал ей на ухо: — Мы с Кентом друзья с Хогвартса. Он не раз нам помогал. Если с ним и Люси, не дай Мерлин, что-то случится, то мы воспитаем их дочь, как собственного ребенка, — Нарцисса, словно китайский болванчик, закивала головой, пытаясь вновь не зареветь, и уткнулась в крепкое плечо мужчины. — Утром я перенесусь в их поместье, а потом в Министерство Магии. Узнаю все подробности и вышлю тебе сову. Договорились? — женщина ещё раз кивнула, но потом услышала шорохи со стороны кроватки и оторвалась от мужа. — Ложись, я её покормлю, укачаю и тоже лягу, — Люциус ласково поцеловал жену, спеша исполнить указание.       Прилег в кровать, он так и не смог уснуть, ведь тяжелые мысли и переживания за семью Кента и свою — давили.

***

      2 мая 1980 год. 11:30 утра       Люциус с Министерства Магии направился в больницу Святого Мунго. В поместье Кента и Люси заглядывать не пришлось, так как глава семьи Паркинсон наведался к Малфоям и рассказал, что с замком всё в порядке. Люси и Кент поступили в больницу ближе к восьми утра, их обнаружил дворецкий в бессознательном состоянии. По предположениям Паркинсона, их пытали Круциатусом и тела не выдержали этой пытки. А душа… А, что душа? Трудно сказать. Ни один смертный ещё не выдерживал пытки Круциатусом, не лишившись рассудка. Остается лишь ждать, когда Люси и Кент очнутся.       Отец Анастасии владел одним крылом больницы, Люси ему в этом помогала. Люциусу было тяжело видеть, как около больных суетятся не его друзья, а другие люди. Что не простые пациенты лежат на койках, а лучшие целители в Магическом Мире.       Целители, которые заменяют молодых людей, расспросили Малфоя-старшего о семье О’Доннелл. Он им рассказал всё, что знал: на какие процедуры аллергия, от чего они лечились в последнее время, а также упомянул, что Люси почти месяц назад, пятого апреля, родила дочку. Целитель поинтересовался, где же будет находится девочка, но Люциус ответил, что это не проблема врачей.       Малфой вернулся в Министерство, оформил бумаги, на случай если Люси и Кент не оправятся, о том, что до совершеннолетия Анастасии Люциус и Нарцисса будут нести за нее полную ответственность. Он отправил жене письмо, где подробно описал, что они будут делать в ближайшее время.       Пятого июня 1980 года Нарцисса родила Драко. К этому времени Люси и Кент очнулись и уже находились в психиатрическом отделении Святого Мунго. В этот день малышке исполнилось ровно два месяца.

***

      1 сентября 1991 год. 9:30       Малфой-старший постучал в комнату сына и, дождавшись короткого: «Войдите!», зашел в детскую.       Анастасия бегала вокруг дивана за Драко и повторяла: «Не забудь учебники, не забудь котел…». Малфой-младший лишь отмахивался, как от надоедливой мухи, и наспех бросал: «Не забуду». — Тая, Нарцисса ещё вчера собрала вам чемоданы, не переживай, — усмехнулся Малфой. Девочка напоминала его друга детства. — Люциус, здравствуйте! Просто Драко решил открыть чемодан и посмотреть учебники, вот я и напоминаю, чтобы не забыл ничего важного, — Тая виновато опустила глаза, а Драко посмотрел на неё уничтожающим взглядом, словно говоря: «Тебе несдобровать!». — Хорошо, — рассмеялся мужчина. — Через полчаса выходим, надевайте мантии и спускайтесь. — Люциус окинул довольным взглядом детей, оценивая их внешний вид и покинул комнату. — Ну вот, — вздохнула Анастасия, присаживаясь на мягкий диван после долгой беготни. — Твой папа теперь думает, что я переживаю по всяким мелочам, — девочка расправила юбку на коленях и сложила руки на груди. — А это разве не так? — усмехнулся Драко, усаживаясь рядом. Девочка одарила Малфоя гневным взглядом, схватила подушку и стукнула мальчика по голове. — Ай! Тая! — протянул он. — Я же волосы пол часа укладывал!       Анастасия громко рассмеялась: — Не ты, а твоя мама! — Да какая разница? — Драко уже стоял у зеркала и расчесывал волосы, пытаясь придать им прежнего вида. — Тоже мне, аристократ, — фыркнула Анастасия и пошла в свою комнату за мантией и ещё раз проверить содержимое чемодана по списку.       Через несколько минут дети спустились к главному входу, за ними семенили домовики с объемными чемоданами, поддерживаемые заклинанием. — Вы готовы? Ничего не забыли? — Малфой-старший оглядел детей, поправил воротник рубашки Драко, а Нарцисса прикрепила заколку к волосам Таи. — Всё в порядке. Люциус, — начала неуверенно девочка. — Мы перед вокзалом не сможем заехать в больницу, чтобы навестить родителей?       Люциус и Нарцисса обеспокоенно переглянулись. — Нет, дорогая, мы не успеем, — Анастасия закусила губу и уставилась в пол, пытаясь прогнать слезы. Драко легко взял её ручку, выражая поддержку. — Послушай, — Люциус опустился на колени рядом с девочкой, — когда вы с Драко приедете на рождественские каникулы, мы обязательно сходим к твоим родителям. Ты выберешь им подарки и оставишь под ёлкой в палате, идёт?       Тая лишь грустно улыбнулась и кивнула. До самого вокзала Драко не отпускал руки сводной сестры. Он хорошо помнил, как Анастасия узнала о своих родителях, как она страдала, как она закрылась в комнате на несколько дней и не отвечала даже ему. Как он, она и Нарцисса ходили в больницу Святого Мунго, чтобы Тая могла увидеть своих родителей. Если внешне они выглядели также, как и раньше (если судить по колдографиям, которые Драко находил в коллекции матери), то психическое состояние у них было нарушено. Но Таю они узнали быстро.       И это был лишь один плюс из всего этого.