Жизнь продолжается

Бэла проснулась бодрой и в хорошем настроении. Прошедшие четыре дня казались уже настолько далекими и абсурдными, что их можно было принять за сон, если бы не рыжая кошка с потомством, требующая, чтобы ее покормили. В отличие от сна, после которого все помнишь размыто и кусками, Бэла помнила каждую деталь их невероятного путешествия. Даже то, что вроде как пневмонию после брожения в ледяной воде подхватила, от которой теперь и следа не осталось. Ангел постарался, за что ему благодарность, конечно. Сквозь бред Бэла вроде его даже видела: сидел в позе мыслителя, подперев кулаком голову. И то, что он точно тут был, подтверждалось пропажей камня. А вот подумать о пополнении запаса еды — это не ангельская забота. Он же в этом не нуждается. Бэла бы несколько дней еще продержалась, но теперь еще нужно думать еще и о кошачьем семействе. Ангел обещал свободу. Стоило проверить, насколько можно верить его обещанием. Как и почти неделю назад, собравшись, Бэла переступила черту ворот особняка. И ничего не произошло. Можно было ожидать, что сам дом исчезнет и ее вещами и котами, но нет. Стоял, как стоял — ничего сверхъестественного. Первый поход по магазинам оказался вполне успешным, а Дженни спокойно приняла переход на кошачий корм, не устраивая демонстраций — такое не ем. Оказавшись на какое-то время выброшенной из реального течения жизни, теперь стоило подумать, как в ней устроиться: купить телефон, перегнать свой «мерс», может, подыскать квартиру. Хотя какой смысл отказываться от роскошного бесплатного жилья? Тем более, хозяин пока не выгоняет. Еще ей предстояло вернуться в бизнес. Наверное, стоило похоронить Бэлу Талбот, хотя имя уже так слилось с ее натурой, что стало почти родным. Оказалось, что успела выйти новая книга Карвера Эдлунда. Внезапно и предсказуемо, но Дин умер. Адский пес все-таки его загрыз, но так как автор уже работал над следующим томом, можно было предположить, что он еще вернется. Зато у воровки Бэлы на фанатско-официальном сайте стоял статус «Мертва, убита адской гончей. Местонахождения — ад». Неприятно, зато неправда. Хотя пусть покоится с миром. Перебирая варианты возможных имен, пока еще Бэла решила проверить старую знакомую Донну Митчел. Как много, оказывается, может измениться чуть больше, чем за неделю. Донна ушла из дома, устроилась на работу в какую-то забегаловку, завела аккаунт. Но самым интересным был даже не статус «уже занята», а первый пространный пост о том, что не надо отчаиваться, нужно верить в себя и в ангела перекрестка. Ангела перекрестка! Надо же! Просто ради любопытства ее следовало навестить, когда машину пригонят. Что-то тянуло туда. Интуиция. Хотя от встречи она ничего и не ожидала. Это было обычное придорожное кафе в кантри-стиле. Ничего необычного и особо выдающегося. Какой-то фирменный сэндвич в качестве блюда дня и особый яблочный пирог, как фишка. Его-то плюс кофе Бэла и заказала. Как раз смена Донны была. И если считать, что несколько месяцев Бэла эту девушку, как скульптор вылепливала, то результатом могла гордиться. — Это ты? Я, кажется, тебя знаю. Вот это было неожиданно. — Вряд ли. — Если составлять рейтинг неприятных неожиданностей, то топ место твердо заняла бы встреча с личным демоном. Без церемоний как к старой доброй знакомой Кроули подсел за столик Бэлы. Сначала она подумала, что он ее почему-то жалеет, но оказалось, что речь идет о Донне, хотя Бэлы тоже касалось. — Извините… Только позже до Бэлы дошло, что если ангел и вернул Донне телефон, одолженный Бэлой, то вряд ли удалил оттуда ее селфи, но шанс поболтать по душам оказался упущен. Не при демоне же. — Бедная девочка… «Я тебе никогда не лгал». Сомнительное утверждение, просто на обмане не был пойман. «Ты же мне как дочь, Эбби. С Кольтом вышла промашка, но тут не моя вина. Лилит, увы, непредсказуема. Но я же нашел выход выполнить обещание. Думал, что нашел. Кто ж знал, что так получится». По словам демона, ангел чуть ли не главным злодеем оказывался. Он собирал души для чего-то жуткого. Случится момент и по щелчку пальцев кого-то там высокопоставленного с неба они просто взорвутся, нанося колоссальный вред и уходя в небытие. «Хорошо, что ты можешь избежать этого. Как? Очень просто. Он разве не сказал? Вот подлец. Контракт. Он никуда не делся. А он как-то представился? Нет? Это немного усложняет дело». То, что на душу клеймо поставлено, звучало неприятно, и даже унизительно. Именно на это давил Кроули. Клеймят скот, а раньше клеймили рабов и преступников. Ну и что, что эта метка не давит, не болит и не чешется. Это все хитрость. Предложение демона оказалось более чем заманчивым. Со смертью, оказывается, жизнь не заканчивается. Он тому прекрасный пример. — Что я должна сделать? Кроули решил, что знает ее и может манипулировать. Со стороны виднее. Иногда Бэла и сама не знала, что от себя ожидать. Так вопрос между демоном и ангелом решился простым бросанием монетки. Случайности тоже закономерны, но выпавший выбор полностью совпадал с внутренним настроем самой Бэлы. Она бы уже не назвала это интуицией, скорее чем-то большим. Может после общения с ангелом у нее там какие-то еще сверхъестественные чакры открылись? «Сначала вымани ангела, Ты уже должна была прощупать кое-какие его слабости. На них и дави». Слабости, не слабости, но совместные воспоминания у них уже точно были. А у Бэлы был опыт призыва ангела. Все как раньше. Она села за рояль, немного размялась, а потом заиграла «Мое сердце будет биться дальше». Старалась. Вложила всю душу в игру, но он так и не вышел. Бесило то, что песня ей не нравилась от слова абсолютно. Бесили воспоминания, когда девочки в музыкальном классе пытались подобрать эту мелодию. — Бальтазар! Явись! А то хуже будет! Теперь она играла как можно форте. Еще и до рези в ушах фальшивила. После третьего повторения у нее уже голова готова была взорваться, но она все же его переупрямила. — Смерти моей хочешь? — Нет. Просто поговорить. Знаешь что это? — учитывая встроенную систему цветных светильников на потолке, расположенных аркой над фортепиано, то бутылка фанты на том самом инструменте выглядела не настолько уже и неуместно. Вернувшись в ангельский особняк, Бэла внутри его даже слегка не узнала. Вся обстановка из классической стала больше тусовочной. — И что? — Святое масло. Демон Кроули дал. Знаешь такого? — Дал и не рассказал, как пользоваться? — Бальтазар с интересом повертел в руках действительно опасный для таких как он предмет. Оказывается, с помощью такой жидкости можно поймать ангела. Просто заманить его в разлитый круг и поджечь масло. — Рассказал. И даже предложил работу в послесмертии. Сразу в демоны без испытательных сроков и собеседований. Но теперь мне действительно нужна защита. Не думаю, что Кроули из тех, кто прощает обман. Один щелчок пальцами Бальтазара и бутылка с маслом исчезла, вместо нее теперь стояла бутылка с виски и два стакана. — Наверно. Но почему ты отказалась? — Бальтазар разлил напиток по сосудам и один подвинул к Бэле. Можно ли первое совместное распитие виски считать началом отношений? Наверное. Бэла уж заметила, что ее ангел немного помешан на алкоголе, но под вискарь разговор действительно идет легче. — Я не люблю, когда мне ставят условия, и не хочу, чтобы меня ломали. Лучше уже небытие. Когда пьянеешь, язык развязывается. Бэла даже не заметила, как наболтала немного лишнего. Например, что они с Бальтазаром могли бы стать лучшей командой воров, с ее-то талантами и его способностями. Но красть контракты демонов — это немного примитивно. Если использовать опыт охотников, когда они ищут свои дела, но в другом направлении, со временем можно устроить все так, что люди сами будут искать «ангела перекрестка». Бальтазар говорил меньше, но кое о чем важном все-таки просветил. Кто такой Карвер Эдлунд и откуда он столько знает. — Может он пророк? Из ныне здравствующих есть один. Чак Ширли. Твой? — Точно. Он! Карвер Эдлунд — псевдоним. Но пророк же тоже может ошибиться? Воровка Бэла вполне себе жива и здорова. К виски не хватало лимона, и Бэла на правах хозяйки поправила это упущение. — Пророки не ошибаются. Они видят основной замысел Божий, но никому не важно, как уйдут статисты. — Понятно. Просто нужно держаться подальше от Винчестеров, раз уж они в центре истории. — Верно. Выводы не выводы, но они закрепили сказанное, стукнувшись стаканами. — А как же «Титаник»? Там почти все было немного не так. — Давай не будем о «Титанике», — скривился Бальтазар. На разговор о «Титанике» и все с чем он был связан, Бэле удалось раскрутить напарника только спустя несколько месяцев. Они удачно провернули одно опасное, но интересное дело, похитив ценный нож. Бальтазар утверждал, что это больше, чем дорогое коллекционное оружие. Ведь им можно убить судьбу, так что Бэле лучше не потирать лапки, подыскивая покупателей. Это и им самим пригодится. Она и не спорила: ангелу виднее. Отметили собственную удачу они роскошным вечером с курением кальяна. Восточная музыка, томная танцовщица, Бальтазар, принимающий ее ласки с пресыщением довольного кота. Хоть Бэлу немного и нервировало присутствие в их компании третьей особы, но высказывать недовольство — это только потакать ангелу, который частично это представление и для нее разыгрывал. Зато он расслабился и разоткровенничался. «Сердце неба» оказался ключом от небесной сокровищницы. Чтобы не разжигать склоки между собственными детьми, Бог, отправляясь в бессрочный отпуск, забросил его в другой мир, усложнив задачу тем, что, даже найдя туда путь, стоило ангелу этого мира там к нему притронуться, он стал бы просто камнем. Так что пришлось воспользоваться «перевозчиком». — Странно это… — затягиваясь, философски произнесла Бэла. — Что именно? — гибкая танцовщица выскользнула из объятий ангела и закружилась в пляске, так что теперь все внимание небожителя снова было обращено к Бэле. — Если Бог вездесущ, он прекрасно бы и без таких сложностей смог бы защитить сокровище. Но он, будто намеренно, устраивает квест и даже оставляет карту с инструкцией. Как будто рассчитывает, что кто-то развяжет эту задачу и получит приз. — Замысел Божий? Почему бы и нет, — эта мысль, оправдывающая все, что они натворили, определенно понравилась Бальтазару. Не свободен. Пока еще не свободен. Такие совместные вечера были той еще редкостью, а Бэла стала замечать, что начинает скучать и беспокоиться, когда ее ангел долго не появляется. «Рафаил уже что-то подозревает, но в свете надвигающегося Апокалипсиса, ему пока не до моих отлучек». Кто знает, будет ли нужна Бэла Бальтазару, когда он обретет, наконец, вожделенную свободу. Думать об этом — признать, что Бальтазар стал для нее кем-то большим, чем укрытием и напарником. Живи сегодня — завтра может и не быть. А жизнь продолжалась.