Немыслимый альянс (сборник драбблов)

      Утро на Одессене выдалось тёплым и умеренно солнечным, поэтому вместо тренировки коммандер Каллиг предпочла обычный смертный завтрак на природе в компании своего старого друга. Пока только друга, поскольку в остальных ипостасях Кхем Вал отчаянно отказывался выступать, цепляясь за своё благочестие аки юная падаванка. Бывшая тёмная леди ситхов, впрочем, умела ждать, а ещё умела находить радости в мелочах и никогда не отказывалась от новых знаний. — Джиараа, — протянула коммандер, между делом перекидывая алые лекку за спину. — Джаарайа, — терпеливо поправил её Кхем. Тон его был спокойным, но рваная дашейдская речь всегда звучала так, что казалось, будто ещё одна ошибка — и Вал отгрызёт тви’леке голову.       Они расположились на высоком уступе, с которого открывался прекрасный вид на озеро и гидростанцию, снабжавшую базу пресной водой. Трава ещё не высохла от росы, поэтому женщина постелила собственный плащ и села на самом краю, выгрузив на импровизированное покрывало контейнеры со свежими фруктами и сырым мясом. Дашейд сам собирал сумку, и коммандер не была до конца уверена, что не пересекалась с завтраком Кхема вчера в кантине, но из вежливости спрашивать не стала. Пробовать тоже. — Ук расан джа, джаарайа, — чётко выговорила Каллиг. — Верно? — Ты сказала, что мои зубы острые, как фиолетовый сын стола, — любезно перевёл ответ дашейда вновь активированный имплант. — Так ты меня комплиментам учишь? — рассмеялась коммандер. — Это… стихи, — ей вдруг показалось, что Кхем смутился. — Традиционная поэзия Укруппа.       Каллиг почему-то задумалась, хмуро сведя брови и уставившись на водную гладь. — Интересно, что же я тогда Ак'гхалу сказала вместо приветствия. — Что он мягкий пёс и ты песок его спины, — прямо ответил Кхем. — Юсар ничего не понял, но счёл, что ты пыталась его оскорбить. Я объяснил ему, что ты учишь язык. Потом мы дрались. Потом он понял.       Коммандер спрятала улыбку. Наверное, никто в целом Альянсе не пёкся о её судьбе так, как Кхем Вал. Неизменный защитник, который много раз вытаскивал её из паршивых передряг безо всякой корысти. Она вдруг обернулась на дашейда, сидящего рядом прямо в сырой траве. Солнце искрило на его имплантах, обжигало винного цвета мускулы. Маленькие глаза были закрыты, но размеренное дыхание и расслабленная поза говорили об удовольствии, которое доставляет ему эта ситуация. Носогубные складки неожиданно дёрнулись, словно он принюхивался к чему-то. К ней или, с большей вероятностью, к мясу в контейнере. Несмотря на разумность, в дашейдах было достаточно примитивных инстинктов. — Кхем, — вкрадчиво прощебетала Каллиг, отчего её спутник резко разомкнул веки. — И сколько ещё кровавых жертв осталось до момента, когда мы…       Тут она сделала серию характерных жестов руками, от которых багровое лицо дашейда мгновенно стало тёмно-багровым. Кхем постучал когтем по виску, заставляя тви’леку вновь отключить переводчик. — «Восемьдесят четыре», — тихо произнёс он на своём языке.       Или сто восемьдесят четыре. Коммандер до сих пор не могла разобраться в дашейдских числительных, но всегда мыслила чрезвычайно оптимистично.