Немыслимый альянс (сборник драбблов)

Закончив с формальным и немного скупым поклоном, Ридис замерла перед столом Дарта Бараса. Её подбородок с достоинством устремлялся вверх, руки были сложены за спиной, а платиновые волосы впервые оказались строго подобраны в высокий узел. Воплощение идеального ученика, одним словом. Ридис очень гордилась исходом миссии. В конце концов, она убила заклятого врага своего мастера, а такое не каждый день случается. Выражение лица Бараса было скрыто шлемом, но безликая одноглазая маска всё равно не могла утаить довольства повелителя. Ридис казалось, что она физически ощущает, как его губы растягиваются в улыбке. — Номен Карр… — мантия Бараса зашелестела, когда он поднялся и тяжёлым шагом обошёл ученицу, остановившись в итоге прямо за её спиной. Пожалуй, слишком близко, на вкус Ридис. Если бы не маска, то повелитель дышал бы ей в затылок. — Номен Карр. Как он умер? Ридис открыла рот, но мастер неторопливо зажал его ладонью, словно оказался рядом как раз для этого. Резкий запах кожи ударил в нос, и плотная перчатка неприятно скрипнула на зубах. — Нет, не говори, — благодушно, почти даже ласково попросил лорд. — Я хочу видеть. Впусти меня в свои мысли. Несмотря на участливый тон, это во многом звучало приказом, который Ридис не знала, как выполнить. Не желая навлекать ярость учителя своими скудными познаниями Силы, девушка кивнула с самым серьёзным и собранным лицом, какое только смогла изобразить. Больше всего на свете ей, правда, хотелось ехидно уточнить, сделает ли он всё сам, но с юмором у Дарта Бараса было, прямо сказать, не очень. До невозможного туго, чего уж там. Зато с управлением Силой — куда лучше, потому что Ридис внезапно почувствовала, как чужое влияние щупальцами оплетает мозг, и немедленно попыталась переключиться на нужные воспоминания. Гнев. Яркий, нестерпимый гнев обжигает лицо, будто стоишь у пламени. Его языки лижут болью, тёмная Сила дымом оседает в лёгких. Столько гнева. Злость ощутимая, осязаемая, комьями выплёскивается из джедая. Джейса подходит. Жёлтый меч загорается в её руках. Горло Ридис сжимает предвкушение. Воздуха мало — от восторга, от исполненной миссии и безупречно отыгранного плана. Лезвие без сопротивления уходит сквозь джедайскую робу: всё происходит так близко, что Ридис кожей чувствует предельную температуру клинка. Стон хриплый и болезненный: ласкает уши, щиплется где-то в глотке, разливается и жжётся внутри как крепчайшее тарисианское пиво. У Ридис окончательно перехватывает дыхание. Так душно, что кажется, если она не снимет робу, то сгорит заживо. Ридис оттягивает ворот. Крупная капля пота исчезает в ложбинке груди, оставляя блестящий след на воспалённой от жара коже. Ридис запрокидывает голову, пытается отдышаться короткими глотками кислорода. Всё ещё эхом слышит хрипы Номена Карра и тихий, вымученный зов: ученица, ученица… — Ученица, — Ридис понимает, что это всего лишь Барас сипит ей на ухо. Потому что она лежит затылком на его плече. Потому что его пальцы до сих пор накрывают губы. Потому что её задница прижимается к его робе. Если Ридис правильно помнит, световой меч он держит левее. И Ридис, зная Бараса достаточно хорошо, догадывается, что теперь он попытается свернуть ей шею как законченный параноик, словно весть об абсолютно уместном стояке может напрочь порушить безупречную репутацию. «Наоборот, в Вашем возрасте сему факту надо оказывать всяческую информационную поддержку, владыка ситх», — так и не сказала вслух Ридис. Впрочем, как будто она действительно кому-то может рассказать, что интерес повелителя к роскошным женским формам не стух ещё где-нибудь в десятом до Соглашения. Разве что Ветт, но она точно будет прикрывать конусы ладошками и умолять остановиться. Лучшим выходом оставалось всё-таки довести ситуацию до логического завершения. Но на самом деле, Ридис просто должна была позволить себя трахнуть хотя бы ради лица Ветт. — Мастер, — жертвуя весь кислород на выдох шепнула девушка. Следом — максимально соблазнительно обхватила кончик ближайшего пальца губами и слегка протолкнула глубже, чувствуя, как горечь дорогой органической кожи вяжет язык. Значит, точно не меч. В общем-то, в жизни Ридис были куда более сомнительные связи. Как-то Ветт угостила её в кантине чем-то жутко весёлым, и Ридис потом совершенно точно целовалась на спор с родианцем. Барас хотя бы человек, а это уже огромный плюс. Ну, сколько ему, лет сто? Минут десять протянет, в лучшем случае. Заодно и отношение, наверное, сменит на более дружелюбное. Может, даже не так будет орать, когда узнает, что она случайно одного его агента… — Ученица, — вновь повторил повелитель, но в голосе было куда больше неловкости, чем Ридис вообще когда-либо привыкла замечать. — Ты ведь… понимаешь, что я до сих пор слышу все твои мысли?