Клыки, когти и шрамы от них

Бойфренд Чимина лежал красиво, будто позируя для картины, на боку, бросая томные взгляды на него, и поглаживая себя по тонкой талии. Его изящные плавные линии тела притягивали взгляд, такие округлые, упругие и аппетитные, хотя сам Чимин не худощав, и ему было чем похвастаться. Но никто не мог сравниться с его Сокджинни, он - это нечто особенное. - Я краасивый? - Тут же спросил Сокджин, позабыв даже про приветствие. Но Чимин его понимал, все эти человеческие мелочи были не столь важны. - Очень, - ответил он искренне, любуясь проделанной работой. Чимин бросил сумку в угол, стащил с себя всю одежду и с усталым стоном повалился рядом на кровать. Сокджин колыхнулся и медленно заполз на него, почти не теряя форму, но заполняя своим веществом каждую складочку на теле Чимина. - У-стал? - даже его голос был мягким и сладким, теплым, как он весь. - Да, немного, - Чимин глубоко погрузил пальцы в розовое вещество его тела, наслаждаясь податливой упругостью. Сокджин очаровательно хихикнул от щекотки. Его розовые глаза обрамленные длинными розовыми ресницами делали с чувствами Чимина что-то невообразимое. - А у тебя как дела? - Встааал, по-ел, по-рааабо-тал. Потом собраал фо-рму для те-бя. - Получилось, действительно, очень красиво, как и всегда. Спасибо, Сокджинни. Слимеру вообще не обязательно было поддерживать определенную форму, но это считалось показателем их ответственности и взрослости. Но Чимин любил его даже растекшейся по полу розовой лужей (у всех бывают тяжелые дни, окей?). Он раздвинул ноги, потому что знал, как его парню приятно поближе притереться к плоти, а то и забраться внутрь. К слову, мужчиной себя определил Сокджин еще до знакомства с Чимином и тот только поддерживал его в этом решении. Завидное для слимера постоянство, тем более, что они частенько подстраиваются под желания своего партнера. Поэтому, как пара, они каждый день работали над тем, чтобы не потерять Сокджинову очаровательную индивидуальность и боролись с проблемами, которые навязывает им общество. Иногда, например, когда коллеги узнавали, с кем живет Чимин, то смеялись, что у него не партнер, а личный антистресс, и хоть в чем-то они были правы - на ощупь Сокджин был точь-в-точь жидкий слайм, но все же он не хотел, чтобы его прекрасного бойфренда ассоциировали с предметом. Тот был живой, заботливый и чувствительный. - Мы мо-жем со-единиться? - Сокджин обхватил ладонями щеки Чимина. Всегда так, сразу переходил к делу, когда что-то хотел. Искренний. Вот уж от кого не услышишь ложь, даже если правда совсем неприглядна. - Да, милый, - Чимин улыбнулся и приоткрыл рот, прижимаясь к плюшевым сладковатым губам. Сокджин не потерял и секунды, проникая в него, глубоко в уретру и анус, заполняя пупок и уши, сплетаясь языками, только лишь по давней договоренности не проникая по дыхательным путям. Они оба застонали, им не нужно было совершать какие-то движения, поскольку вещество, подчиняясь Сокджину само перекатывалось внутри, добивая не столько трением, сколько ощущением слияния. Вставший член оказался глубоко внутри Сокджина, и эти странные, даже щекочущие чуждые ощущения всегда делали Чимину настолько приятно, что капли смазки выцеживались с краешков заткнутой дырочки, взбиваясь в пузыри и перемешиваясь с розовым веществом. Чимин выгнулся, подбрасывая вверх бедра, его член прошел насквозь, пронзая тело Сокджина, на короткий миг прохладный воздух лизнул розовую головку. Заскулив, он поспешил нырнуть обратно в ласковое тепло. - М-ммх, Сокджинни... так хочу кончить, - промямлил Чимин, ему было плевать, что он не продержался и пяти минут соединения, ведь все его органы чувств были перегружены. Тем более на одном разе они никогда не останавливались. Сжалившись, Сокджин медленно вышел из уретры, довольно заурчав, когда в него попало больше белого, растекаясь и постепенно рассасываясь. За этим было так же удивительно наблюдать, как за смешиванием красок или за северным сиянием... - Я так счастлив, что ты у меня есть. Сокджин буквально засиял улыбкой, позволяя мять свои бедра, как Чимину пожелается. - Взаааим-но.