моя яркая луна.

она наблюдает за ним. шуичи знает. он чувствует это. она смотрит на него всегда своими лиловыми глазами. вглядывается в его душу, в его шрамы на руках, хочет рассмотреть каждый его порез и сделать из них много новых. хочет видеть больше причудливых узоров ножом и алые капли на мраморной плитке. хочет слышать жалкий ломающийся голос шуичи. он знает, чего она хочет. она не делает ничего - просто стоит рядом, смотрит и радостно улыбается. он знает, что делает ее счастливой. разрезанные со всех сторон руки больше похожи просто на куски мяса, поэтому шуичи не снимает бинты. больно, но смотреть на свое тело - еще больнее. а она будто нарочно шепчет "сними, обнажи свои ручонки, покажи их миру, покажи их мне. посмотри на то, что ты с ними сделал, разве это не ужасно? что ты натворил со своими лапками, сайхара-тян? тебе не стыдно? тебе не хочется отрезать их?" шуичи правда хочет их отрезать. он хочет отрезать себе все и умереть от потери крови. она хочет тоже. но он боится, а она помогает. она невероятно заботливая, словно родная мать, и голос у нее такой же нежный. она всегда рада ему помочь - успокоить, когда он плачет, подбодрить, когда он сомневается, дать новых идей, пока его руки пребывают в агонии. он не ел со вчерашнего вечера. от еды становится плохо и его тошнит. он уже не знает, что ему там выблевывать, если кишечник и так пуст. он бы выблевал свои кишки, шелудок, печень, сердце, и все-все-все, что наполняет его тельце. стать мешком без органов, и просто лежать и лежать и лежать. он почти не спит, но весь день проводит в кровати. она всегда сидит на стуле в дальнем углу, прожигая его взглядом. убеждается, что он не уснет. шуичи никогда не смотрел в ее глаза, он их помнил. глубокие, словно море, наполненные уверенностью и теплотой. он все еще уверен, что эта теплота в них осталась, он чувствует ее каждый раз, когда разбинтовывает конечности. а она улыбается еще больше. шуичи большего и не надо. вода очень прохладная. или просто его тело настолько холодное. он снова опускает голову под воду. сердце бешено стучит. десять. девять. восемь. семь. шесть... он уже теряет сознание. нет, он не может. он снова выскакивает, жадно вбирает воздух. кашляет, и снова дышит, дышит, дышит. он дрожит, а она разочарована. он тоже. он так не хочет дышать - это утомляет. "ну ну, сайхара-тян, не расстраивайся. у тебя точно будут силы это сделать позже, хорошо? пойди полежи." у него нет сил идти в спальню - он падает на пол ванной и отключается прямо там. боже, он так устал. она очень редко садится к нему близко, но этот раз - исключение. она легко приземляется на холодную крышу, оставляя свои бледные ножки свисающими с нее. холодный ветер, тишина, километр высоты и она рядом с ним. "ты же любишь меня, шуичи?" он улыбается, под стать ей, и смеется. она знает, что да. он любит ее и хочет сделать ее счастливой, а она хочет того же взамен. он давно не ходит на могилу каэде. зачем ему нужно ее мертвое тело, когда она прямо здесь, рядом с ним, улыбается и смотрит вслед его падающего тела.