Что ты выберешь, Уокер?

      Закончив с работой, я терпеливо ждал тебя в назначенном месте. Это была небольшая поляна, удачно скрытая от любопытных глаз за высокими кронами деревьев с одной стороны и заканчивающаяся обрывом с другой. Взору раскрывался чудесный вид на пылающий закат и рваные плывущие облака. Этот вечер должен был стать особенным для нас.       Я сделаю тебе предложение.       Прошёл месяц, как ты стала демоном. Твоя карьера в Аду стремительно развивалась, что невольно вызывало восхищение и сомнительные мысли. Если быть честным, я боялся. Согласишься ли ты на брак с демоном по рангу ниже тебя?       Чтобы не думать об этом, я сосредоточил внимание на маленькой коробочке, обшитой бархатом, которую не переставал сжимать пальцами в переднем кармане брюк. За время наших отношений ты ни разу не дала повода усомниться в твоей любви, а значит — я не должен переживать.       — Геральд.       Вернулась. Я раскрыл объятья, собираясь скорее прижать тебя к сердцу, но так и остался стоять с широко распахнутыми руками. Ты плакала. По всему телу виднелись ссадины и синяки, крылья надломаны, волосы местами запутались в чём-то тёмном и липком. Я сорвался к тебе.       — Геральд, ты доверяешь мне? Послушай, ты должен…       — Хватит, Уокер. Я начинаю сомневаться в твоей преданности.       Я вздрогнул вместе с Вики. Несоизмеримая мощь обрушилась на наши плечи. Отработанный годами энергетический барьер отразил вспышку силы. Я подхватил Вики за талию, сумев удержать нас обоих на ногах. Позади неё стоял Мальбонте.       — Ты обещал сохранить ему жизнь, если я заставлю их всех перейти на твою сторону.       — Какого черта здесь происходит, Вики?       Ты не смотрела на меня. Весь твой молящий взор был устремлен на Мальбонте, рука вцепилась в мою ладонь, колени подкосились. Ты шёпотом просила пощады, позволила себе унизиться и встать на колени.       — Да, твой дар был полезен. Но всё же... Ты говорила, эти отношения не важны для тебя.       — Не важны.       Я отбросил твою ладонь, что ты несёшь? Страх от осознания действительности подступал к горлу, реальность разбивала на куски, вдребезги. Нет, такого не может быть.       — Он мне не нужен.       — Тогда убей.       Ты встала с колен. Лицо вмиг стало безэмоциональном, слёзы исчезли так же быстро, как появились. Ты вытащила из-за пояса нож и посмотрела на меня. Впервые взгляд голубых глаз был столь холоден и чужд.       Всё еще не до конца понимая, что происходит, я напрягся, готовясь к бою. Первая мысль была оглушить тебя ударом крыла, но не смог.       Стой.       Властный ледяной тон твоего голоса, каким ты никогда не говорила со мной до этого, прозвучал в голове. Тело перестало меня слушаться, мысли исчезли. Всё, что я мог, так это слышать и видеть, но этого было словно недостаточно, чтобы заставить голову работать.       Не сопротивляйся.       Ты приставила нож к шейной артерии, надавила, не решаясь завершить.       — Об этом я и говорил. Будь на его месте другой, ты бы не стала медлить.       Слова Мальбонте стали решающими. Рука уверенным движением перерезала горло. Твоё влияние кончилось. И на смену ему пришла нестерпимая боль. Ладони потянулись к пульсирующей ране на шее. Ощутил, как начинаю падать. Невинные голубые глаза на фоне окрасившегося в багряный цвет заката смотрели на меня.       Разве ты не видишь, как изводишь меня? Я стою перед тобой. Открыт. Позволяю истезать себя.       — Надеюсь, ты убила его и мне не придётся наблюдать это зрелище снова.       — Снова? Ты сомневаешься во мне?       — Да.       Я перестал видеть, но мог отделить твои заботливые прикосновения от боли. Я глуп. Потому что тебе верил, потому что не перестаю думать о тебе, потому что готов умереть от твоей руки.       Я привык. Успокоился. Свыкся.       Прости меня, Геральд.       Ты ушла. Оставила меня захлёбываться собственной кровью.       Мятный ветер хватает за запястье, моля, чтобы я не уходил.       — Ты, сука, решила использовать свою способность на мне!       Женский крик стал последним, что я запомнил прежде, чем провалиться во тьму.       Мне нравится, как напрягаются ваши скулы.       И смех ваш тоже.       Я сжимаю зубы, борясь с желанием вступить в твои игры снова.       Только бы не сгореть. Не здесь и не сейчас.       Скажи, что принадлежишь только мне.       Чувства к тебе роют для меня могилу.       Когда я очнулся, Вики держала меня за руку.       Мёртвая, она покоилась рядом.