Часть 3
-Ты ошибка! Ничтожество! Позорное клеймо на моей фамилии! -высокий, плечистый мужчина, кричал как обезумевший, швыряя содержимое полок на пол и безжалостно топча любимую книгу сына ногой. -Отец... -Закрой свой рот, щенок! Ты переводишься в другую школу, и только попробуй, меня вновь опозорить! Никчемный мальчишка... -хватая сына за грудки, шипя в лицо. -Ты сын семьи Ким и если не можешь дать сдачи, найди того, кто сможет тебе помочь! -Но я... -Замолкни! Собирай вещи, и ты сегодня же отправляешься в Пусан! И чтобы ни одна душа, не знала, кто ты и кто твой отец! Понял?! -Хорошо, пап...
По приезде в столицу, Сынмин был не уверен, кто захочет с ним дружить? А уж тем более, защищать? Но на одной вечеринке, судьба свела его с чудесным парнем, что был даже не знаком с Сынмином, но встал на его сторону. От жестких объятий Чанбина, становилось тепло. Уютно. И впервые, Ким чувствовал себя дома. На нужном месте. В правильном месте. Довольствуясь чужими объятиями. Дом - там, где тебя ждут. Дом - там, где тебя любят. И совершенно не имеет значения, в каком городе на карте мира ты находишься и какие, будут последствия.Чанбин — дом Сынмина. Чанбин — его крепость. Опора.
Что всегда была на его стороне. Что всегда защитит. И искренне любит.
Но Сынмин всё потерял. Всё разрушил, точнее, разрушил его отец. Снова.-Перестань водиться с этим парнем. -безразлично и монотонно, говорит мужчина. -Что? Почему? -Он не принесет тебе ничего хорошего... -Отец! -впервые повышая голос на отца, крепче сжимая трубку телефона. -Я предупредил тебя. Распрощайся с ним, пока не стало хуже. Поверь, позже ты будешь страдать и пожалеешь о своем решении, остаться с ним подольше. -Я не буду... -шепчет Сынмин, сдерживая слезы и пытаясь сделать всё, чтобы голос не задрожал. -Я предупреждал тебя. Ты многого о нём не знаешь. -в телефоне послышались гудки и Ким упал на кровать, зарываясь под одеяло.
После разговора с отцом, Сынмин несколько раз пытался порвать с Чанбином. Придумывал десятки оправданий и диалогов, лишь бы хоть как-то, правдоподобно расстаться. Он даже думал честно признаться Со, рассказать кто его отец и возможно, напугать тем самым блондина... Но быть честным. Но каждый раз, каждый божий раз, когда он собирался открыть рот, его настигали чанбиновские губы, что будто предчувствовали расставание и всячески старались переубедить Кима. Через неделю Сынмин сдался и решил пойти наперекор отцу. Он не может отпустить Чанбина. Не может его бросить. Нет. Это слишком сложно. Невыполнимое, сложнейшее задание, особенно когда тебя так сладко обнимают, нежно целуют и буквально боготворят. Чанбин был честным — Сынмин лжецом. По крайней мере, так считал Ким. В это он верил. В этом убеждал себя. Но лишь до одиннадцатого сентября. Адски страшного, одиннадцатого сентября.... что навечно развернуло их судьбы, превратив во врагов.***
Сынмин сидит на кухне, уплетая свежеприготовленную вкуснейшую яичницу-глазунью, наслаждаясь ароматным чаем и вдыхая осенний воздух, что врывается через раскрытое окно. На душе хорошо, тепло, уютно. Запах осени, окутывает лёгкие и все становится прекрасным и не важно, будет ли за окном дождь и слякоть, через пару дней. В данный момент. В данную секунду - Ким Сынмин счастлив. Входная дверь открывается, и брюнет вскакивает, желая как можно быстрее встретиться с гостем, ведь только один человек, имеет ключ от его съёмной квартиры. Только один человек, имеет ключ доступа не только от двери, но и от сердца Кима.Чанбин
. С улыбкой подлетая к блондину, обвивая шею руками и утыкаясь в мягкую кожу носом. -Отпусти меня... -шипит знакомый голос и Чанбин отталкивает от себя тело Сынмина. -Сраный убийца! -Ч-что? Бинни? Ты с ума сошёл? -удивленно вскидывая брови, пятясь назад, опуская руки. -Шутки у тебя так себе... -Шутки? Шутки! -желваки на лице напряглись и блондин жесткой хваткой ловит, сжимая тонкое запястье Сынмина, утаскивая его в гостиную. -Шутки! Ха! -отшвыривая парня к стене, хватая пульт лежавший на кофейном столике, Чанбин нажал на кнопку включения и злобно посмотрел на парня. -Это же ты! Твой отец и твоя семья! -указывая пальцем на широкий экран телевизора, блондин срывался на крик. -Ты такая же мразь и убийца! Молодой диктор с волнением в голосе, говорил о всемирной трагедии человечества. Буквально сейчас, в это мгновение, два величественных здания торгового центра - превращались в настоящий ад, воплоти. Клубы дыма, летящие вниз тела, кровь, слезы. Картинки сменяли одну за другой, и Сынмин медленно стекал по стене, не понимая, что происходит. -Твой отец! Твоя семья! Ты! Вы готовы убить миллионы людей, если кто-то не делает так, как вы хотите?! Меня ты тоже убьешь? Да?! Мой отец не хотел связываться с твоей семьей! Он хотел честного бизнеса! Честной жизни! И из-за этого умерли десятки людей! -добивая брюнета, сжимая кулаки. -Кто... кто твой отец... -поднимая заплаканные глаза на Чанбина, Сынмин молился всем богам, лишь бы не услышать единственное имя, что пришло ему на ум. -Ли Чанель... -голос ломается и Чанбин держится, чтобы не разрыдаться. -А теперь он мертв! Окончательно растекаясь, сжимая голову, Сынмин затыкал уши, мотая головой из стороны в сторону. Это не могло быть правдой. Не могло быть ЕГО настоящим. Это бред, шутка, враньё! -Что? Знакомая фамилия? Да?! -нависая над Сынмином, цедя слова сквозь зубы. -Ты строил из себя невинность, но ты сущий дьявол воплоти! Я ненавижу тебя! -опуская ниже, злобно шепча в ухо. -Чертов убийца! Мир Сынмина рушится, складывается подобно карточному домику или башням-близнецам, что были окутаны хаосом и паникой, в самом сердце Нью-Йорка. Противный писк, словно сломавшегося радиоприемника настигает барабанных перепонок, и Ким сжимает уши, пытаясь заглушить его. Сердце бешено колотиться, а из глаз безостановочно рвутся слёзы. Громом проносятся слова отца: «Он не принесет тебе ничего хорошего...» «Семья Ли давно переходит мне дорогу, пора поставить точку и остановить этого слишком правильного придурка». Голос родного отца, теперь режет сердце, словно ржавый, тупой кинжал, протыкая насквозь. Мотая из стороны в сторону, пытаясь выгнать голос родителя из головы, Сынмин жмурит глаза и протяжно кричит. Тело начинает трясти и последняя фраза, что слышит Ким: «Ты убийца», а потом он отключается. Теряется в черном омуте боли и переполняемым душу отчаянием. Возможно, Сынмина и можно назвать безразличным, плохим, ведь он изредка, действительно знал о планах отца. Знал, что на счету родителя десятки, сотни, тысячи, миллионы трупов, но Киму не было до этого дела, ведь в большинстве, это были нечистые на руку люди. А теперь, зная человека, что погиб один из первых, зная, кто стоит за его смертью, зная, что это отец его парня… Сынмин впервые ненавидит свою жизнь. Глава семьи Ли, был вхож в дом семьи Ким и Сынмин не раз, еще в детстве, сидел на его широких коленях, громко хохоча от смешных гримас, что делал дядя Чанель, чтобы рассмешить малыша. За пару лет до переезда Сынмина в Пусан, он узнал, что дядя Ли, взял из приюта ребенка, ровесника Сынмина и оставил ему двойную фамилию, чтобы не стирать память о его настоящей родне и сделать малыша частью своей семьи. Дядя Чанель был добрым, смешным, хорошим – а теперь он мертв. Больше не дышит, больше не шутит и не может заботиться о своем приемном ребенке, не может быть его отцом и радоваться его успехам.И причина тому – Сынмин. Причина тому – его семья.
Если рана от смерти, главы семьи Ли и болит, но не так сильно, как осознание, что Сынмин палач счастья, убийца детства и родителя Чанбина. Можно сказать, он собственноручно, лишил любимого всего. Уничтожил всё, что было ценно и дорого для Чанбина. Растоптал, убил и безжалостно превратил в пыль, отнимая отца и любимого человека.Одиннадцатое сентября – отправная точка. Одиннадцатое сентября – дата смерти. Одиннадцатое сентября – окончание отношений Со Чанбина и Ким Сынмина. Одиннадцатое сентября – последний день, когда на лице Кима сияла улыбка. Одиннадцатое сентября – дата, после которой, Сынмин не будет прежним.
