Лосось

– Они тебя бросили…?! – ахает Питер, отчего маленький кусочек салата падает с вилки, что он держит в руке. Уэйд пожимает плечами и продолжает рассказ о задании, на которое его с собой брали Мстители. Им нужно было достать важную информацию, и пушечное мясо было очень кстати, чтобы не рисковать лишний раз собой, но Уэйд не был бы Уэйдом, если бы не смог подать Питеру эту историю несколько в другом свете. Подать Мстителей как хороших парней, а себя… нет, Уэйд не оправдывает себя в глазах Питера. Уэйд оправдывает Мстителей, потому что знает, как они важны Паучку. Питер слушает, позабыв про обед, и, только заканчивая рассказ, Уэйд понимает, что что-то не так. Пит словно завис – лишь пораженно хлопает ресницами, и, иногда, поджимает губы. Уэйд пытается понять, что не так, глупо шутит, вроде: «когда они свалили, мы с охраной сыграли в картишки; я оставил их в дураках, и пробил каждому по два щелбана». Уэйд улыбается, замолчав. Уэйд цепляет пальцами упавший на стол кусочек салата и отправляет в рот. Уэйд жует, сглатывает и произносит: – На обратном пути я хотел заехать в Касл-Рок, но оказалось такого города не существует, а Бангор был в другой стороне, жаль, я хотел взять автогр… Он замолкает, не договорив, и смотрит, как Питер встает. Парнишка обходит стол, чуть наклоняется и обнимает его, крепко цепляясь за потрепанную ткань толстовки на спине, утыкаясь носом куда-то за ухо. Его трясет мелкой дрожью, и Уэйд неловко обнимает в ответ, не понимая, что именно вызвало такую реакцию: веселая же история, получилась? С перестрелками, тайными данными и непобедимыми Мстителями. – Мне так жаль, Уэйд, они поступили ужасно. Я бы никогда тебя не бросил, – шепчет он сбивчиво. – Твоя регенерация, – Питер никогда не называл его «бессмертным», искренне считая, что это может оскорбить Дэдпула, – не повод бросать тебя в самом пекле и уносить свои задницы. Уэйд не успевает пошутить/прокомментировать/ попытаться прогнать смущение и неловкость чем-то вроде «какое плохое слово для такого маленького мальчика», скорее чувствуя, чем слыша приглушенный всхлип. – Эй, малыш, – тянет Уэйд, отстраняя от себя Питера, и внимательно вглядывается в покрасневшие глаза. – Мне жаль, – шепот, кажется, пробирается до костей. – Не беспокойся, Пит, я – крепкий орешек. – Уэйд сжимает ладони Питера в своих, и улыбается: – как насчет «Золотых девочек», если ты закончил ужин? – Да. Позже, убрав за собой посуду и остатки еды, они вдвоем расположились в общей гостиной перед телевизором. Питер прижался к Уэйду, обнимая его поперек груди, и не заметил, как задремал, не досмотрев и до середины эпизода. Не заметил он и как Уэйд выключил сериал, погружая комнату в тишину, аккуратно выпутался из объятий, укрыл его одеялом, и невесомо потерся носом о его: – Бросать меня где попало, это – нормально, детка.