История Константы

Закрывшись плащом, Константа шёл к центру Сайн-Ка, к площади на которой проходил фестиваль. Из-под плаща капала кровь и впитывалась в сухую землю. — Аха…ахааа, — Константа тяжело дышал. Будто что-то мешало ему идти. Все, кого он встречал на пути, косо смотрели на него. И вот он вышел на главную площадь. — Что с тобой сделали?! — Константа услышал чей-то голос. Ему показалось, что голос звучал испуганно. Он начал оглядываться, пытаясь найти того кто с ним говорил. — Бедное дитя! Жаль, что это происходит слишком рано… Но боюсь, что время уже пришло. Прими же мой дар! — сказав это, голос исчез. Было ли то воображение Константы, или же правда, но голос звучал крайне мягко, ему хотелось найти того, кто это говорил, и быть рядом с ним. Константа начал метаться из стороны в сторону и случайно на кого-то наткнулся. Обозленный эльф толкнул Константу. — Эй ты, уродец, смотри куда прёшь! — начал кричать эльф. От толчка плащ с головы Константы откинулся назад и все те, кто стоял сзади, ужаснулись, а мгновение спустя причину ужаса понял и эльф, на которого наткнулся — Константа, придя в себя после толчка, поднял голову и смотрел на него только левым глазом. Вместо правого было сквозное отверстие, через которое эльф видел тех, кто стоял сзади. Константа хотел что-то сказать, но он не смог — при попытке открыть рот его голову пронзила нескончаемая боль. Все, что его окружало, смешалось в одно месиво — звуки, свет, запахи, лица смотрящих на него эльфов. А потом было просветление. Боль ушла, восприятие вернулось в норму. Поймав равновесие, он взглянул на того, в кого врезался — это был его отец. — Какого… ПОЧЕМУ ТЫ ВСЕ ЕЩЕ ЖИВ! — завопил отец Константы. — Что за чертовщина… Что это?! — последние слова были вызваны тем, что отверстие от пули начало зарастать, точнее его начали заполнять черные нити. И вот перед ним стоял абсолютно целый Константа. Его правый глаз светился синим и был неотличим от того, что был у него до выстрела. Разве что кожа вокруг него была обычной, без трещин. А черный туман клубился уже из самого глазного яблока. Но вряд ли такое выздоровление обрадовало его отца. — Ну здравствуй, отец! — с ухмылкой сказал Константа. — Спасибо за твою заботу! — с этими словами Константа ударил своего отца в живот. А дальше… Дальше была бойня. Смесь из слепой ярости и безграничной силы за полчаса превратила весь Сайн-Ка в горящие черным огнем руины. Клубы теневой энергии летали вокруг Константы, а он сам стоял в центре главной площади. Его плащ развевался на ветру, а волосы, сносимые этим же ветром, загораживали ему взор. Константа не чувствовал ничего кроме адской пожирающей боли во всем теле и такую же усталость. «Надо… уходить… отсюда, — про себя думал Константа, он пытался не обращать внимание на вопли о помощи своего тела. — Скоро сюда прибудут следопыты, а с ними я не справлюсь…» — а куда бежать он не знал. Единственным логичным решением для него было бегство в страну зверолюдей. Он один мог с легкостью пересечь границу, а вот большую группу преследователей наверняка бы засекли. Он не знал что ему делать потом, сейчас Константа старался выжить. «Хаааааааа… ну и погром я здесь устроил… — думал Константа, он уже почти забыл как он все уничтожил. — В лавке «отца» должно было что-нибудь уцелеть», — и, рассуждая таким образом, Константа поплелся в сторону своего дома. На первом этаже, где и была лавка, Константа нашел единственный уцелевший набор парных клинков из магметалла, которые могли объединяться. Остальные вышли из строя и перестали что-либо из себя представлять. «Интересный образец, конечно, лучше б это был бы пластинчатый меч, но они тоже сойдут», — так же осмотрев внимательней лавку, Константа нашел коробку с иглами, надпись на ней описывала очень интересную способность содержимого — эти иглы могли преследовать цель, на которую мысленно указывает владелец. «С таким набором я смогу дать бой преследователям, но лучше до таких крайностей не доводить…» Повесив на пояс ножны с клинками и засунув иглы в набедренный пояс, Константа побежал. Его путь лежал через Великий Лес, в котором проходила граница между Лоикарой (империей эльфов) и тем, что называлось Республикой. Рот Константы исказила безумная улыбка, а глаза были прищурены и устремлены вперед, в его будущее.