Фиор. Фиорский браслет

Что такое дороги весной в деревнях? Это грязь, горы грязного снега вперемешку с прошлогодними листьями и травой. То и дело попадаются ямы, большие ветки поваленных деревьев. Но Кана вела уверенно и с энтузиазмом, легко преодолевая все препятствия на пути, будто ездила здесь много раз. На вопрос Люси о том, где она научилась так хорошо водить внедорожник, подруга отмолчалась и лишь подмигнула ей. Но вскоре улыбка с лица слетела, уверенность поубавилась, и после крутого поворота она резко затормозила. — Эм, а вот дальше не знаю, — сказала она удрученно. — Надо найти людей, ну местных и у них спросить. И опять почудилось Люси, что вокруг подруги расплываются радужные пятна, похожие на сияние… А может это блики солнца так играют на стекле машины отражаясь на подругу? — И где это проклятое…село…деревня?! Надо же было так спрятаться! Вот же старая…ведьма… — зло проговорила Кана. Люси не ответила, она и сама жалела о задуманной поездке, но все же обиделась за прабабку. Дороги дорогами, но ведь Люси не просила Кану тащиться в эти места, так что нечего ругаться. Только она настроилась высказать ей все, что думает об этом, как подруга резко одарила ту предупреждающим злым взглядом и снова нажала на газ. Через полчаса Люси начала скучать. Дорога конечно выровнялась, но как то было очень глухо — ни дома завалящего, ни одной живой души. Да и погода решила подложить «свинью»: тучи набежали на небе, потемнело и потянуло предгрозовой прохладой. А гроза в таких глухих местах, тем более если не знаешь куда ехать — не шутки. Пора что то с этим делать, принять какие либо действия. — Может повернем назад? — с надеждой спросила Люси. — Ты что? Даже не думай об этом, — непреклонно ответила Кана и еще сильнее вжала педаль газа. Но машина запротестовала и ответила хрюкающим звуком. Вот это да! Джип заглох! — А говорил, что это лучшая тачка! — Разозлившись Кана изо всех сил ударила по рулю машины. — А кто говорил? — машинально спросила Люси, но думая о том, как же теперь ехать домой. А если машина вообще не заведется? До ближайшей автомастерской примерно 15 километров и то по пересеченной местности. Кана так и не ответила. Люси вздохнув, достала мобильник, гадая кому же можно позвонить в такой ситуации и попросить о помощи. — Девчата, шо ищете? — Вдруг откуда не возьмись появился старичок. Одет по простому: штаны немного мешковатые, рубаха и и кожух на меху, на голове гуцульская шапка. — Ну село Клевер, — как то не уверенно ответила Люси, — Далеко до него? — А, так это за поворотом, вот за тем пригорком, — радостно сообщил старичок. — Вот только машина там не пройдет, мост там слабый, бревенчатый. Пешочком сходите. — Спасибо, — буркнула Кана, — сами как нибудь справимся. Люси оглянулась на подругу в недоумении, но та выглядела весьма хмуро. Пока она оглядывалась, дедок исчез. Выскочив из машины, девушка побежала вперед в надежде догнать его и поблагодарить, да и получше расспросить, но нигде его не увидела. Вскоре вернулась обратно. — Куда же он так быстро пропал? — буркнула Люси, забирая рюкзак с сидения. — Дальше по делам рванул, — ответила Кана и тоже вылезла из машины. — Так уж и рванул? — Поверь, это дедуля крепкий орешек, — процедила Кана. Она явно была не в духе. Рассерженно пнула колесо машины. — Короче, леди, дальше пойдем ножками. Знать бы еще куда. Это стало последней каплей. Люси выпрямилась: — Ты делай что хочешь, а вот я пойду домой. — И далеко собралась? — ухмыльнулась подруга, продолжая пялиться на колеса. — Эх, спустило шину на переднем, вот же… — Напролом. Видя, что Люси настроена решительно, Кана схватила ее за руку: — Стой, а как же…тачка? Ее теперь лошадьми тянуть надо, так что все равно придется в деревню идти. — Кана, какие лошади, ё-моё, — ужаснулась Люси. — Ты давно вообще коня видела? Извини меня конечно, но…ты странно себя ведешь, сама на себя не похожа! То тебя никуда не вытащишь, то ты сама рвешься в богом забытую деревню, строишь из себя заправского водителя. Подруга резко смутилась, выпрямилась, нервно пригладила волосы, ощупала свое лицо, похлопала по бедрам. — Ну, я не выспалась, — заявила она и демонстративно зевнула — очень ненатурально. — Понимаешь, поездка эта, гм…модели эти… И вот тебя еще в такую передрягу затянула. Последнюю фразу она произнесла отчаянно, и Люси смягчилась. — Ладно, — наконец она буркнула. — Пошли вперед, найдем людей, хоть каких нибудь, не таких энергичных. Про себя она проклинала эту поездку, и сильно жалела, что повелась на уговоры подруги. Да и надо было разузнать дорогу заранее, а не идти напролом. Ведь есть карта, на крайняк… Да и вообще, почему Кана в это ввязалась, да еще и роль проводника на себя взвалила? Перейдя бревенчатый мостик, под которым текла быстрая речушка, девушки потопали дальше по извилистой тропке, пробираясь сквозь заросли и раздвинув густые ветки кустов, увидели наконец село Клевер. На удивление оно оказалось большим — дворов сто. Да и дома были хорошие, ухоженные, с узорами на ставнях. Во дворах мычали коровы и лаяли собаки. Нужный адрес искали долго, за это время небо заполонили тучи. Где-то вдали пророкотал пока еще слабый гром, повеял свежий предгрозовой ветерок и стало холодать. Дом прабабки оказался на отшибе, и выглядел старше других домов: черепица на крыше во многих местах обвалилась, краска на станах выгорела, ставни покосились. — Ну, — Люси сделала глубокий вдох. — Пойдем! Но Кана отступила на шаг назад. — Э-э-э, знаешь, что? — занервничала она. — Я тебя здесь подожду… Э-э, погуляю, пока погода не испортилась. Будто в опровержение ее слов, огромная молния разрезала небо на пару частей и ударил сильный весенний гром. На какой то миг, Люси испугалась. Но она тряхнула головой, отгоняя страх и плохое предчувствие, и сделала еще одну попытку: — Давай вместе, ну? — Я же сказала — тут подожду! — вдруг рявкнула Кана и отошла еще дальше. Люси разозлилась, но решила оставить это на потом, в более подходящее время она это решит — домой все равно вместе добираться. Она толкнула калитку, прошла по дорожке к дому и осторожно постучала в крепкую, обитую железом дверь. Тишина. Девушка стукнула еще пару раз, но уже сильнее. Раздались шаркающие шаги, по ту сторону от двери, заскрипел засов, и дверь открыла старушка. Была она старенькая и маленькая, сморщенная, глаза испуганные и недоверчивые, взгляд пробирал до костей. — Что вам угодно? — Тихим, дребезжащим голосом спросила она. — Кто вы? — Хартфилия, — непонятно отчего струсила она. — Люси Хартфилия. Это вы мне написали? — она дрожащими руками протянула записку вместе с надорванным конвертом. Прищурившись, старушка посмотрела на клочок бумаги: — Да, это я писала. Проходите. Какие у вас еще есть доказательства? — Доказательства чего? — не поняла девушка. — Вашей личности, конечно. — Старуха смерила ее подозрительным взглядом. — Это сгодится? — перекинув рюкзак Люси достала паспорт и протянула старушке. Она внимательно рассмотрела документ. — Пожалуй, все правильно. Хотя…паспорт и подделать можно, — ответила она, продолжая недоверчиво коситься на гостью. Люси окончательно уверовала в то, что сегодня с нее хватит чудаков, включая лучшую подругу. — Знаете что, дорогая бабушка, — процедила она, — Вы думаете, мне хотелось сюда тащиться в неизвестное село за каким то чертовым наследством да еще и попасть в грозу? Девушка выпрямилась, готовясь к ответной тираде хозяйки дома, но та отступила, глазки забегали, и она пролепетала: — Извини, леди, сразу кровь не признала. Она скрылась в соседней комнате и через минуту вернулась, неся в руках солидный сундучок. Люси тут же приняла наследство, которое оказалось неожиданно тяжелым — наверное килограммов семь. — А теперь, леди, уходите. И дорогу в наше село забудьте. — Но… — Люси немного опешила. — Но мне кажется… Я ведь должна… — Уходи немедленно! — громко прошептала бабка, оглядываясь. — Не Анны тебе бояться надо, а тех, кто ее боится! Быстро справившись с шоком, девушка быстро припустила по дорожке, толкнула калитку и так рванула с места, словно за ней черти гнались. Кана еле поспевала за ней, но Люси остановилась только на горке дальнего холмика и лишь тогда оглянулась. В вечерних сумерках село казалось притихшим: не было слышно ни людского говора, ни мычания коров, ни собачьего лаянья — будто все вымерли. Она поискала глазами домик старухи, но не нашла, все дома казались одинаково страшными. Кана подбежала, тронула за плечо: — Что с тобой такое случилось? — Странно…это все, — прошептала Люси, кое как шевеля губами, — не понятно…и страшно… В ту же секунду обрушился лавиной дождь, холодные, тяжелые капли били безжалостно по лицу и телу. Девушки рванули вниз, все время поскальзываясь, но разъезжались на грязи. Но обратный путь занял меньше времени. Очутившись на переднем сиденье машины, Люси наконец то почувствовала себя в безопасности. — Трогай быстрее! Уезжаем отсюда! — резко скомандовала она, прижимая сундучок. Он теперь лежал у нее на коленях и пах сыростью и плесенью, но он казался ей самым дорогим на свете. Кана беспрекословно повиновалась. Взвизгнув, машина сразу завелась, колеса вспороли пласт мокрой земли и поднимая брызги грязи, уверенно покатили вниз по дороге.