💔 Happy birthday 💔

На часах 23:56 и Бан судорожно вертит телефон в руках, ожидая заветного звонка. Кристофер ненавидит день рождения, ненавидит третье октября, но любит первые минуты, этих суток. Ведь Минхо всегда поздравлял его первым. Упоротые мемы с котами, развешенные по всей комнате Бана. Большой воздушный шар, полностью разрисованный членами с жирнющей надписью «С днём рождения, всё ещё девственник!», болтающийся на длинной верёвке, что бы достать до 3 этажа комнаты Бана. Милая песня в исполнении нежнейшего, сладкого голоса Ли или коробка дорогущих, любимых конфет, которые тот заказал за пару месяцев, до дня рождения Зефирки. Минхо умел удивлять. Минхо умел радовать. Вызывать на лице Криса, настолько ослепительную улыбку, что тот способен был осветить ею весь мир. После совершеннолетия, всё круто изменилось и сюрпризы Ли, превратились в неожиданные пощечины, что нещадно топтали сердце Бана. С одной стороны, Минхо не хотел этого. Никогда не хотел. В его разбитом сердце, даже после той невинной шутки, не была и малюсенького желания, как либо обидеть друга. Просто любить Криса, оказалось слишком тяжело, молчать об этом столько лет — ещё сложнее. И Минхо принял единственное верное решение, навсегда покинуть родной город и незаметно исчезнуть из жизни светлоглазого друга. Только незаметно не получилось. От слова — совсем. После отъезда Минхо, Крис ежедневно названивал ему, оставляя десятки голосовых сообщений на автоответчик и писал во всех мессенджерах, скидывая очередную смешную картинку. Каждый раз получая новое сообщение, блондин надеялся, он ждал, что друг напишет ему: «Я скучаю. Мне плохо без тебя. Вернись.». Но ничего подобного или схожего, Бан не писал, а Ли, через пару месяцев, потерял последнюю каплю надежды, что с дребезгом разбилась об реальность. «С днём рождения, Зефирка. Извини, чертовски был занят. Ты ведь понимаешь? Заветное, долгожданное поздравление, приходит лишь в десять утра, не вызывая привычную улыбку на лице Криса. Он бегло печатает ответ, говоря, что «Всё в порядке, я понимаю...». Но Бан не понимал. На самом деле не понимал, какого черта, всё стало вот так? Почему, его Минхо изменился и больше не хочет быть рядом? «Мой друг сейчас в Пусане, я передал ему кое-что для тебя. Он будет ждать на нашем месте, в 17:00. Это мой подарок. Прости, что не смог сдержать обещание. Прощай...» От последней фразы становится не по себе и Бан быстро набирает младшего, но телефон абонента выключен и милый голос автоответчика, просит перезвонить звонящего позднее. Тяжелый ком, медленно подступает к горлу и Крис ловит ощущение дежавю. То самое странное, необъяснимое чувство, что и в прошлом году, вновь возвращается, болью растекаясь по венам.

***

-Держи. -кареглазый, веснушчатый парень, с платиновым оттенком блонда, небрежно бросил фразу, протягивая руку с маленькой синей коробкой, обвязанной алым бантиком. -Ты идиот конечно, знатный... -Что? -Ничо! С днем варенья и все дела. -Резво разворачиваясь на пятках, собираясь уйти, блондин останавливается и бросает последнюю фразу, что нокаутирует Бана, разбивая сердце окончательно. -Можешь не пытаться найти его, он не хочет с тобой общаться. Просил передать, что это его прощальный подарок и ты возможно поймешь, почему он так поступил... Знакомый Минхо даже не обернулся, быстро уходя прочь, не желая смотреть на человека, что заставлял его друга ломаться изнутри, каждую ночь, вот уже на протяжении года. Феликс видел это собственными глазами, успокаивал Минхо, когда тот пытался сорваться в родной город и плюнув на всё, признаться другу и будь что будет. Но после истерик, бессонных ночей и выплаканных всех слез из глаз, Минхо пришёл к другому решению. Уйти по-английски, не попрощавшись... Только влюбленное сердце, не дало шанса, оставить Криса без подарка и не сказать последнее «Прощай». И вот - Бан снова один. Снова, ненавидит собственный день рождения. Снова, находится на перепутье, не зная, как ему поступить. Тихой поступью, к горлу скользит неизвестный ком, готовый вырваться наружу, в любую минуту. И вот - Бан снова один. Крепко сжимает цепочку, с разломанным надвое кулоном, в виде ажурного сердца, с двумя выгравированными инициалами: «М» и «К», что должны были висеть на шее двоих «друзей»...