Лучшая часть

      Бак узнаёт, что у Кристофера в эту пятницу школьные танцы, только сейчас, когда дисплей телефона говорит ему о том, что сегодня среда. И если бы не дневной вызов, причиной которого оказывается одноклассница Кристофера, чуть не задохнувшаяся в перетянувшем её грудную клетку платье для вечера пятницы в запертом потайном гардеробе её матери, Бак так бы и оставался в неведении. Малышка, узнав в нём (пока что неофициально) второго папу Кристофера, слёзно просила не забирать её в больницу и не говорить об этом Крису, потому что она очень хочет пойти с ним на танцы. Так Бак узнал, что у Криса есть подружка. Знает ли об этом его чёртов будущий муж? Если да, то почему Бак до сих пор не в курсе, они вообще собирались ему говорить?       До конца смены и до самого дома Диазов Бак пытается отрицать глубоко засевшую обиду, встряхнувшую его коробку плохих воспоминаний, когда он был по разным сторонам баррикад со своей командой — со своей семьёй. Кажется, они никогда не оставят его в покое.       Напряжённый и с потухшим взглядом Бак заходит в прихожую, думая о том, чтобы развернуться и прокатиться кружок-другой по району, проветрить голову. Но на встречу ему бежит смеющийся Кристофер, следом цепкой хваткой удерживая Бака в крепких объятиях, а с кухни доносится ароматный запах специй, грохочат дверцы шкафчиков, и тихо играет случайная радиостанция, и Бак не способен уйти куда-то прямо сейчас, да и навряд ли когда-нибудь ещё.       — Привет, ребёнок, — нарочно громко говорит Бак, стиснув Криса в ответных обнимашках, и шум на кухне затихает, а затем в прихожей появляется взлохмаченный Эдди, проигравший в битве с различными кастрюлями и сковородками, решившими неожиданно свалиться ему на голову с верхних шкафчиков. Бак улыбается ещё шире, почти забывая, почему вообще был полдня в обиде на этих двоих.       — Кричать было необязательно, твою эффектную парковку я услышал до того, как за окном упал мусорный бак, — ухмыляется Эдди и подходит к Баку забрать долгожданный поцелуй.       Бак уворачивается от губ Эдди и хмуро смотрит на его растерянное лицо.       — Я тоже услышал, что у Криса, — Бак переводит взгляд на мальчика, обхватившего его поперёк живота и предано смотрящего на Бака своими большими оленьими глазами — на него невозможно обижаться, — в эту пятницу танцы в школе, прежде чем вы мне не рассказали.       Лицо Эдди удивлённо вытягивается, через секунду он хмурится, а чуть позже, подбоченясь, недоверчиво смотрит на сына.       — Так у тебя, парень, оказывается, планы на вечер пятницы, о которых мы, — Эдди встречается глазами с ничего не понимающим взглядом Бака и снова обращает внимание на Кристофера, — не знаем?       — Никаких планов у меня нет, — суетится Кристофер и, отпустив Бака, спешит в свою комнату.       — Хэй, приятель, — задерживает его Бак и разворачивает к себе, присев так, чтобы их лица были друг напротив друга, — почему ты не сказал о танцах? Это же круто. Одна девчонка очень хочет пойти с тобой.       Глаза Кристофера расширяются, а его щёки и уши приобретают розовый оттенок смущения.       — Молли? Откуда ты знаешь?       — Она сама мне сказала, — Бак почти говорит, где и когда это произошло, но вспоминает обещание, данное малышке, и быстро переводит тему. — Так почему ты не сказал?       — Ты не хочешь идти? — Эдди присаживается рядом.       — Я не, — Кристофер запинается и отводит глаза, — не хочу, чтобы она скучала, — признаётся он, — и я не умею танцевать вместе с кем-то.       Эдди улыбается и встаёт на ноги, взяв Кристофера за руку, Бак повторяет за ним, встав по другую сторону от младшего Диаза. Когда Эдди ведёт их в гостиную, попутно увеличивая громкость той самой случайной радиостанции, Бак понимает, что он собирается сделать и, улыбнувшись, мягко целует старшего Диаза в уголок губ за прекрасную идею.       — Давай, дорогой, — Эдди раскручивает сына за руку под ритмичную музыку то ли Тейлор Свифт, то ли Кэтти Перри.       Кристофер сконфужено топчется на месте, прижав руки к себе, будто представив, как вокруг него будут прыгать и трястись другие дети и смеяться над тем, что он не может дрыгаться подобно им, а лишь неловко пошатываться под их пристальными взглядами. Но Бак выскакивает перед ним, шутя сбросив куртку на диван, и начинает подёргивать плечами взад-вперёд поочерёдно, потряхивая головой и на определённый бит дёргаясь из одной стороны в другую. К нему, покачивая бёдрами, присоединяется Эдди и берёт Бака за руку, чтобы он закрутился в его объятия, на мгновение задерживаясь в родных руках, и раскрутился в другую сторону, театрально вскидывая свободную ладонь ко лбу. Кристофер заражается их танцевальной лихорадкой и принимает протянутые Баком и Эдди руки, весело подпрыгивая и стараясь закружить их обоих.       Атмосфера веселья распространяется по всему дому, подкрепляемая сменяющими друг друга задорными песнями, к удивлению, ни в одной из них нет брани, что не может не радовать двух молодых отцов восьмилетнего ребёнка.       Кристофер восторженно двигается и подпевает каждой знакомой ему песне, кажется, наконец-таки настроившись на вечер танцев в пятницу и с нетерпением ждущий того, как будет танцевать под руку с малышкой Молли.       — Покажите мне медленный танец, — просит неожиданно Кристофер, плюхаясь на диван и улыбаясь во все тридцать два.       Будто подслушав желание Кристофера, радиостанция переключается с подрывающих барабанами воздух вокруг Fall Out Boy на мягкую акустику и поющего о ком-то, кто неуверен в себе, но всё равно кем-то любим несмотря ни на что, Эда Ширана.       Бак как-то слышал эту песню, когда возвращался домой из магазина, в котором он успел столкнуться с командой, с которой в тот момент он переживал не самые лучшие времена, тогда слова Эдди глубоко засели в его изнывающем виной сердце. Тогда она нагнала на него ещё большую тоску. Но сейчас он смотрит на Эдди и видит в его глазах всепоглощающую нежность и даже не смеет задаваться вопросом «какого чёрта Эдди любит меня?», потому что знает, что он, чёрт возьми, действительно, лучшая его часть*.       Поэтому он без промедлений перехватывает протянутую Эдди ладонь, второй рукой притягивая будущего мужа (боже, как это офигенно звучит) за талию к себе, и опускает уставшую от глупых мыслей о своей «ненужности», заполонивших сегодня его, голову на плечо Эдди, который аккуратно целует Бака в висок и медленно покачивает их по кругу, весело подмигивая счастливому Кристоферу, заворожённо смотрящему на них.       Бак думает о том, как он счастлив, наконец обретя тех, кто заполнил его зияющую одиночеством дыру в сердце. Эдди чувствует, как его дом обрёл недостающий в фундаменте блок, на котором теперь твёрдо стоит их семья. А Кристофер внимательно следит за медленными, наполненными любовью движениями своих отцов, попутно обдумывая, как пригласит Молли на их первый медленный танец. И все в этой комнате точно знают, что это — лучшая часть их жизни.