Дорога домой.

Вэй Усянь потерял сознание. Переутомление после боя и внезапная ссора с Цзян Чэнем стала причиной этого. Ощутив тяжесть на плече, Лань Ванцзи немедленно отступил и проверил дыхание Вэй Усяня. Внезапно откуда-то возникла темная фигура, которая встала ровно между сражающимися. Приглядевшись, Цзян Чэн увидел, кто оказался этим непрошенным гостем, который так внезапно появился. То был Вэнь Нин. Цзян Чэн немедленно пришел в ярость. 一 Кто позволил тебе ступить на порог Пристани Лотоса?! Как ты осмелился?! В следующий миг присутствующие увидели, что Вэнь Нин держит в руках какой-то предмет, протягивая его мужчине в пурпурных одеяниях. Крайняя степень гнева превратила гримасу на лице Главы Ордена в усмешку. 一 Что это значит? Тем предметом оказался меч Вэй Усяня — Суйбянь. Всю свою прошлую жизнь Вэй Усянь бросал его где попало, сетуя на то, что меч бесполезен и только мешается, пока Вэнь Нин не стал носить его для своего хозяина сам. Подняв меч перед собой, Вэнь Нин произнес: 一 Вынь его из ножен. Его тон звучал непоколебимо, взгляд сиял уверенностью, образ совершенно отличный от прежнего — оцепенелого и растерянного. Цзян Чэн бросил: 一 Предупреждаю, если не хочешь снова оказаться развеянным по ветру, сейчас же уноси ноги с территории Пристани Лотоса, катись прочь! Жить надоело?! Вэнь Нин не собирался уходить, он стоял непоколебимо, как гора. Он повысил голос и сорвался на крик: 一 Давай, вынимай! В сердце Цзян Чэна поднялась волна раздражения, оно ни с того ни с сего пустилось вскачь, и мужчина, поддавшись порыву, все-таки сделал то, о чем его просил Вэнь Нин — левой рукой схватился за рукоять Суйбяня и с силой потянул в сторону. Из старинных ножен на свет показалось белоснежное до боли в глазах лезвие! После первой осады горы Луаньцзан его забрали люди Ордена Ланьлин Цзинь. Он давным-давно сам собой запечатался, и никому не удавалось вынуть его из ножен. Кроме его владельца, который погиб ещё тринадцать лет назад. Но почему у Цзян Чэна получилось? Неужели печать на мече исчезла? Вэнь Нин, будто бы прочитав мычли растерянного Цзян Чэна, произнёс: 一 Печать осталась на месте. Меч до сих пор запечатан. Если вы снова вернёте его в ножны и попросите кого-то другого вытащить, никому на свете это не удастся сделать. На лице и в голове Цзян Чэна все перемешалось. 一Но почему я смог вынуть меч из ножен? Призрачный генерал понимал, что больше хранить секрет не имело смысла, и совсем тихо произнёс: 一Потому что этот меч принял вас за молодого господина Вэя. Несмотря на едва уловимые слова Вэня он его услышал. Мир внутри Главы Ордена развалился подобно карточному домику. 一 Что значит — принял меня за Вэй Усяня? 一 вскрикнул Цзян Чэн 一 Как это?! Почему?! Голос Вэнь Нина прозвучал тихо, но они лезвием резанули по ушам мужчины: 一 Потому что Золотое Ядро, которое приводит в движение духовные силы в вашем теле, принадлежит ему. В саду воцарилась тишина. Лишь спустя некоторое время замешательства Цзян Чэн заорал: 一 Что за чушь ты несёшь?! Моё Золотое Ядро восстановила Баошань Саньжэнь! 一 Мне, как никому другому, известны это. Я был там. И не только я, молодой господин Вэй тоже там был. А кроме нас там находилась ещё моя старшая сестра — Вэнь Цин. Ваше Золотое Ядро не было восстановлено, его уничтожил Вэнь Чжулю. Человеком, благодаря которому вы считаете его восстановленным, была моя сестра. Она вырезала Золотое Ядро молодого господина Вэя и пересадила вам. Лицо Цзян Чэна на миг опустело. 一 Пересадила мне? 一 Именно. Как вы думаете, почему после этого он больше никогда не использовал Суйбянь? Почему все время появлялся на публике без меча? Вы действительно считали, что это лишь распущенность в силу юности? Неужели ему действительно нравилось, как другие явно и скрыто указывают на него пальцем, за спиной поливают грязью и обвиняют в отсутствии воспитания? Все потому… если бы он взял с собой меч на какое-либо торжество или ночную охоту, кто-нибудь неизбежно, под любым предлогом, вынудил бы его сразиться на мечах, показать свое искусство фехтования. Но у него больше не было Золотого Ядра, духовная сила ушла из его тела, стоило ему вынуть меч — долго бы он не продержался… Цзян Чэн остолбенел. Взгляд его застилала пелена, губы дрожали. Он отказывался верить. Вэй Ин, он...не мог! Он бы не решился! Цзян Чэн схватил меч и помчался проверить, смогут ли те вынуть его из ножен. Он не услышал последних слов Призрачного генерала. Его слова развеялись по Пристани, как светлячки. — И он не хотел, чтобы Вы знали это.

***

Битва закончилась победой. Некоторые заклинатели радовались, подбрасывая в воздух свои мечи, а некоторые сидели и не могли осознать, что в число их спасителей входил Старейшина Илина. Вэй Усянь стоял в стороне, не в силах подойти к кому-либо. Ему было достаточно и того, что его никто не желает убить. Пока что. 一 Чего стоишь, ноги сломаны? Позади раздался до боли знакомый голос. Вэй Ин повернулся и увидел его. Цзян Чэн. Человека, которого он любит уже две жизни. По телу прошла мелкая дрожь, а губы побледнели. «Неужели он и вправду узнал про Ядро? Только не это, молю, Господи.» 一Ты ничего не хочешь мне сказать? Ну, всё, ему конец. Цзян Чэн узнал всё, что Вэй Ин хранил до и после своей смерти. Он опустил голову, не в силах смотреть в глаза своему шиди. 一 Ты и так всё знаешь... Цзян Чэн устало вздохнул. Он хотел услышать всё то, что ему сказал Призрачный генерал от него лично. 一 У тебя ещё будет много времени, чтобы рассказать. Он взял Вэй Ина за руку и повёл, в противоположную от толпы заклинателей, сторону. Все были настолько уставшими, или же наоборот, возбуждёнными, что и не заметили исчезновения двоих человек. 一 Куда ты меня ведёшь? Отпусти! Разве мог сравниться Вэй Ин в своём нынешнем теле с Цзян Чэнем? Смех да и только. 一Домой. 一 заметив в глазах своего спутника замешательство вперемешку с удивлением, Цзян Чэн остановился и вплотную приблизился к Вэй Ину. 一 Больше ты от меня не убежишь. Не надейся.