Жертва похоти

***

      Мы гнали под 180 км/ч. Время было за 18 и яркий закат отражался в моих зрачках. Скорее, скорее, как я докатился до этого? На заднем сидении моего автомобиля мирно посапывал мой лучший друг, а я прорезал длинное шоссе большого города, пока его снотворное действует. Многоэтажки, люди, все слилось в темные мазки. Я прикрываю глаза и улетаю еще больше. Как пиздато. Мой разум был отуманен этим парнем ещё до того, как я это понял. Будто по умолчанию я относился к нему лучше, вежливее, внимательнее, чем к остальным. И сейчас, о черт, я перевел взгляд на него, сейчас я пьян им, чувство приятной тоски обволакивает грудь. —Ты мой.       Чуть не врезавшись, Братишкин резко сворачивает, объезжая машину. Парень на заднем сиденье чуть пошатнулся, а его прядка выбилась из уложенных волос прямо на лоб. Вова снова глянул парня. —Черт, —закусывая губу и чуть покраснев шепчет он. —Я сейчас точно не сдержусь.       Сворачивая в сторону родного района они проезжают мимо крупных застроек, что перекрывают закат. А все начиналось с невинного ужина. Я пригласил Хесуса поужинать вместе в ресторане, так сказать, обсудить дела под вино. Я полностью уверен, что он знает мои не совсем дружеские чувства к нему. Более того, он тоже стал ко мне лучше относиться. Стал заботливее и еще больше привлекательнее. За ужином втягивал меня в свой бездонный омут глаз, кружил голову своим голосом и гладил своей ногой мою, невинно улыбаясь. И тут я понял, что потек, как настоящая телка. Настолько, что стало невтерпёж. Леша же мой похотливый настрой не оценил бы на первом 'свидании', поэтому я подговорил официанта за пару чаевых. И все. Этот невинный ангел потрясывается на заднем, пока я лечу до отеля.       Кое как припарковав машину, я без труда подхватил Хесуса. Номер я удачно забронировал заранее. Кладу его аккуратно поперек кровати так, что ноги чуть свисали и иду за бутылкой. Игристое поджидало меня в ледяном баре, так что без труда открыв его и разлив на два стакана я пошел к Леше. Поставив один бокал на рядом стоявшую тумбочку у кровати, я отпил от своего и улыбнулся, почувствовав разливающееся тепло вдоль горла. Переведя свой взгляд на подрагивающего парня я понял, что тот скоро проснется. Я приблизился к его лицу и поцеловал в лоб. Затем приблизился к его груди и слушал биение сердца. Краем уха услышал, как Леша разомкнул губы. Я отстранился от груди и взглянул на лицо. Его глаза были приоткрыты, но не могли сфокусироваться. Я взял его за руку, поглаживая до запястья. Пальчиками я чувствовал быстрое сердцебиение. —Вова? —слегка прищурившись смотрел он на меня. —Все хорошо, —я поцеловал его запястье. —Просто доверься мне. Я взял с тумбочки бокал и вручил парню, который в свою очередь уже сидел на кровати. Ненадолго удалившись я принес с собой моток нежно-розовой верёвки. Обойдя парня я сел за его спиной. —Ты доверяешь мне? —как то осторожно, полушепотом спросил я. —Да. —ответ прозвучал неуверенным, чуть подрагивающим голосом. Я обнял его, расположив ладони у груди. Голову я положил ему на плечо. —Не причиняй мне боль, Братишкин. —Ты втянул меня в эту игру. Я пьян не от шампанского, а от тебя. Ты утопил меня в омуте своих глаз. —я прошелся носом вдоль его шеи. Хесус шумно дышал. Я провел ладонью по его щеке - она горела. —Разве это не так? —Прошу.. —он взял мои руки в свои и опустил на постель. —Сними худи. Леша допил свой бокал и снял худи. Я вздохнул и провел по позвоночнику. Он выпрямился и зажал лопатками мои пальцы. Я прошелся от плеч до кистей, расположив их за спиной. И тут то пригодилась веревка. Спустя пару манипуляций с петлями я сделал надежный узел. Полюбовавшись на прекрасное зрелище пару секунд я обошел кровать и взглянул на Хесуса. —Вова. —тут то парень понял, что Братишкин окончательно слетел с катушек. Его горящие глаза прожигают еще секунду и он срывается с цепи. Владимир накидывается сверху на парня, опрокидывая того на кровать и целует в губы. Братишкин уже не нависает над ним, а вжимает в кровать, переходя все рамки приличия. Руки за спиной Леши начинает сдавливать, а верёвка натирать запястья. Хесус сам разорвал поцелуй, чтобы отдышаться и возразить, но резкий укус в ключицу выталкивает последний воздух, заставляя чернеть в глазах. Секунды две спустя он извивается под парнем, пытаясь привлечь к себе внимание и хоть чуть-чуть отстраниться. Владимир так и сделал, но не чтобы слушать недовольства партнера, а, чтобы расцарапать грудь Леше. Хесус взвывает и скулит. —Остановись. —из его глаз текут слезы. Вова застыл на пару секунд с удивлённым лицом, будто осознавая что натворил. Расслабив лицо он отпивает шампанского прямо из горла, что и предлагает Хесусу. —Прости, —проводя холодными пальцами по ранкам, прошептал Братишкин. —Кажется ты и правда мой героин. От таких откровений пробежали мурашки. Вова целует везде, где причинил боль. Целуя ниже пупка Леша стонет. Владимир переводит свой взгляд на его и ловит одобрительный кивок. Шампанское уже успевает ударить в голову, так что Хесус просто расслабился и даже стал игнорировать ноющие запястья. Чужие руки скользили по его телу, по его самым запрещенным местам, очерчивали бёдра, ноги. Он закрыл глаза. Полутеплые руки ласкали крайнюю плоть. Тугой узел внизу живота все больше сгущался. Леша наполнял комнату своими звуками, прерывая тишину. —Вова! —Хесус выгнул спину и кончил. Братишкин притянул его к себе и примкнул к губам. Леша лежал на кровати и отходил от происходящего, пока Вова отошёл в ванну. Парень уже остыл, но когда увидел Братишкина в одних только боксерах, обильно покраснел и дернулся. Тут то запястья и напомнили о себе. Хесус прошипел и выгнул спину. —Перевернись. —парень покорно лег на живот. Владимир не спеша подошел к нему и сначала положил руку на спину, а потом уже стал развязывать узел. Аккуратно убрав веревку, он принялся целовать бедные запястья. Бедняжка их так передавил что остались бардовые следы. —Тут без синяков никак, —горько усмехнулся Братишкин. Хесус чуть размяв руки садится лицом к Вове. Они сидят так несколько минут, ведь им не нужно слов, чтобы понять друг друга. Леша тянется первым за поцелуем и они вместе падают на кровать, укрываясь одеялом. Теперь все будет так или иначе?