Пятый, это кофе не слишком крепкое.

Я повернулась и перед нами стоял отец. Перед тем как к нам подойти он поправил свой моноколь. И уверенным шагом подошёл к нам. - Мне повторить ещё раз?!- он выглядит очень раздражённым. Мы выстроились в ряд по номерам. Отец осмотрел на нас суровым взглядом. Мы молчали. Мне было страшно. Каждому, каждому из нас было страшно. - Я спрашиваю, что вы здесь делаете?!- он закричал, от этого я испугалась и дёрнулась. Я всегда его боялась, и буду боятся и ненавидеть.- Номер Один.-он подошёл к Лютеру.- Что здесь происходит? Лютер явно очень переживал. Он сделал шаг вперёд. И ответил на вопрос отца: - На ужене играло радио. По новостям сказали что сегодня будет звездопад. Мы решили посмотреть. - Лютер ответил уверенно будто бы ему не было страшно. - Хорошо, стань на своё место. Чьей это было идеей?- он отошёл немного назад, чтобы видеть нас всех разом . Идея эта была Клауса. Четвертый созвал нас на втором этаже. " - Дорогие мои братья и сёстры.- он осмотрел нас всех.- В моей голове зародилась идея, точнее, частично эту идею зародил Бен в моей голове.- он показал рукой на Шестого. - Вижу по вашим кислым рожам вы хотите ее уже услышать.- он улыбнулся. - Не томи! Чё за идея?- Диего уже был на нервах. - Если будешь перебивать... Короче. Все же слышали что по новостям сказали.- Не дав не кому ответить он продолжил. - Я предлагаю посмотреть на звездопад. - Идея не плохая, но если нас заметят?- Первый скрестил руки на груди. - Ты думаешь наш старик не будет спать в такое время? Ты сейчас серьёзно?- Ваня подошла к Четвёртому.- Я за. В конечном итоге все согласились. " - Моя. Это была моя идея. - Я сделала шаг вперёд. Четвертого и так отец презирал за по его словам никчёмную способность, чаще всего, именно он был в комнате наказаний. Мне было его очень жаль. - Восьмая, не ври. Это была моя идея! Не верь ей отец!- Клаус сделал шаг вперёд. - И так кому мне верить? Восьмой или Четвертому? - он сделал задумчивое лицо и облокотился на свою трость. - Отец, можно объясниться?- я посмотрела Клаусу в глаза, а потом назад на нашего опекуна. - Хорошо, Восьмая, я тебя слушаю. - Сегодня после ужина я созвала всех ребят. И предложила посмотреть на звездопад. Некоторые сначала отказались. Но мне удалось их переубедить. Четвертый заступился за меня из-за того что я утратила на время способность. - отец внимательно меня слушал. - Тоесть? Ты утратила способность?- он сделал шаг вперёд и поправив свой монополь продолжил смотреть на меня. - Да, я не слышала не единого звука. И не видела не чего. Клаус... Четвертый переживает чтобы это не случилось ещё раз. Отец, я провинилась и... - сделав глубокий вдох договорила. - И я должна понести наказание. Я буду благодарна за твое воспитание. Это все что я хочу сказать. " Так, прикрыв сраку Клауса, я нагребала на свою проблем. Иду на верную смерть." - Пого. - отец повернулся к нам спиной.- Отведи её в комнату наказаний. - Да сер. На сколько времени?- он смотрел на меня печальными глазами. - И ещё, Восьмая! - Я сжала кулаки за спиной, и ногти впились в мою кожу прорезав ее до крови.- Не думал что ты способна на такую глупость!- развернувшись ко мне, он добавил.- Ты никчемная! Никчемная слабачка! 15 часов, думаю ей хватит этого времени обдумать свой поступок. Я как будто бы попала назад в прошлое. В тот день, он опять назвал меня слабачкой. Моё тело покрылось дрожью, ноги стали ватными. Руки ослабли, кулаки раскрылись, и все ребята из академии увидели, увидели как по моим ладоням текут ручейки крови. Одна за одной капли крови капали с кончиков моих пальцев. Глаза наполнились слезами. Я смахнула одну из них со своей щеки и оставила кровавую полосу. " Восьмая, держись. Ты не такая как говорит этот тиран." - Сукин сын.- я сказала еле еле слышно. Но к моему сожалению он все равно услышал. На секунду он остановился, но потом продолжил спускаться по лестнице. - Мисс, Восьмая, мне жаль... - Не нужно меня жалеть. Пого, можно мне побыть здесь буквально минуту? - дрожащим голосом спросила я. На что наш дворецкий просто кивнул. - Ребята идите по своим комнатам.- Пого посмотрел на ребят. И освободил им путь. Я не поворачивалась к ним, не хотела чтобы они видели меня снова слабой. Всё что я видела это свои окрававленые руки.