Знак бесконечность

Тогда он ненавидел Луганского. Успешного бизнесмена, предпринимателя. Да что там. Каждый раз, входя в их квартиру, Леня понимал, что он будь он хоть полковником, такой жизни он бы ей не смог дать. «А кто ты?». Задавал он вопрос себе. Кто? Опер с контузией на всю голову, у которого в карманах мелочи только на эспрессо из автомата. Да однокомнатная. Смотреть после этих хором стыдно. «А она кто?». Королева. Женщина, к которой не родился неравнодушный мужик? Да, тогда её можно было понять. Достойна она такого. Определённо. Но сейчас, почему?

***

— Да. — Ну здравствуй, Олежа. Слышал, проблемы какие в Москве есть? ***

В коридоре раздавались громкие отклики каблуков. Яростных, пылающих. Небо в тот вечер было желтым. — От тебя я такого не ожидала, Кораблев. Олег то тебе чем не угодил? — Да всем он мне угодил. Говорю же тебе, он бы все равно уехал. Я ему предложил, а он согласился, вот и все. — Знаешь, я давно хотела тебе сказать. Пожалуйста, Лень, в своей жизни разберись сначала. А мою, умоляю тебя, не разрушай! НЕ РАЗРУШАЙ Собственные крики Швецовой оглушали ее. В Комитете было пусто, от чего, казалось, последняя фраза прозвучала несколько раз, отражаясь от единственных наблюдателей — стен. Холодных и одиноких. А Швецова продолжала. Безжалостно. — Я не понимаю! Зачем? Скажи мне, зачем ты так со мной поступил?! Леня, стоя напротив неё, чувствовал внутри такую боль, которую не испытывал уже очень давно. Видимо, нравится ему получать боль осколками. Этот был одним из двух самых больших. Он впервые за эти мгновения поднял на неё взгляд. А там пусто. Разочарование пополам с отчаянием. Ну и с отголоском когда-то зелёной листвы. В которой была её жизнь. Когда-то. — Подожди… Но. Это не возможно. Ты что, все ещё надеешься, что я когда-нибудь смогу быть с тобой? Все еще надеешься? Слеза. Да, именно сегодня настал тот день, когда она увидела это. Хрустальная. — Нет. Прости. Он разворачивается и уходит. Сзади раздается хлопок двери. Наверно, это их последняя встреча. По крайней мере, в ближайшей реальности. В реальности, где их не существует. Небо в тот вечер было желтым.