1
2 октября 2020 г., 21:03
Вилхелм чувствовал тяжесть в груди. Он бы и рад снова отправиться в госпиталь с подозрением, например, на бронхит, астму или аллергию, вот только этот симптом появился слишком поздно. Стоило только забраться в "Химеру" и… привет.
Вилхелм поглядел на Виталия. Денщик ответил решительным и злым взглядом, стиснул зубы и вскинул тяжёлый стаббер.
Остальные бойцы в группе выглядели не так воинственно и, скорее всего, чувствовали себя ещё хуже лейтенанта: опыта меньше, снаряжение хуже. Мотострелков Вилхелма уже давным-давно расформировали из-за высоких потерь, а поэтому в это сражение он вёл выходцев пиратской вольницы Белами-Ки.
Что за сражение?
Высадка на пляжи острова Ом – твердыню клана Кровавых Топоров на Нагаре. И что самое неприятное – разведка доложила, что на этот раз занять плацдарм без боя не получится. Орки подготовились к обороне.
Орки. Подготовились. К обороне.
С тех пор, как Вилхелм покинул родной мир и отправился в путешествие по галактике в поисках приключений и богатств, он повстречал много чудес, и вот этот простой факт удивил его ничуть не меньше, например, летучих скал Аманиты.
Астартес компании предупреждали, что Кровавые Топоры изобретательнее прочих орочьих кланов, и, похоже, дело обстояло именно так.
Наёмников Classis Libera, СПО и катачанцев на берегу ждали: утыканные шипами укрепления; закопанные в песок по башню танки; минные поля; противотанковые рвы; километры подземных ходов, вырытых военнопленными.
– Приготовьтесь, ребята, – предупредил по воксу командир боевой машины.
"Химеру" тряхнуло. Она выплыла из моря и заехала на мель.
У Вилхелма заболела голова. Ему показалось, что не хватает кислорода, что горжет панцирной брони выполнен из рук вон плохо и давит на горло.
Вилхелм поднял левую руку, на которой навсегда осталась метка самого страшного его ранения. Пальцы слегка тряслись.
"Соберись!"
Вилхелм закусил губу, а потом сидел на скамье и ругал себя самыми грязными выражениями, которые знал.
– С Богом-Императором, парни! – воскликнул командир боевой машины.
Опустилась задняя рампа "Химеры".
– Пошли-пошли-пошли! – приказал Вилхелм.
Приказал каким-то чужим голосом, громко, задорно. По ушам ударил грохот: орки засевали белоснежное побережье снарядами. Они рассчитывали после боя собрать богатый урожай зубов.
Флотская артиллерия отвечала из крупнокалиберных орудий. Использовать всю мощь она не могла – держалась на безопасной дистанции, но двухсоткилограммовые снаряды вносили немалый вклад в уничтожение орков. Земля, обломки ржавых крепостей и ошмётки зеленокожих смешивались в одну омерзительную массу и поднимались на десяток метров в воздух.
– Боже-Император храни Богов Войны, – прошептал Вилхелм.
Справа и слева в небо поднимались фонтаны песка. В ушах стоял звон.
– Всё! ...льше са…
В таком грохоте тяжело что-то разобрать, но Вилхелм понял смысл.
До этого командное отделение двигалось за "Химерой", а теперь осталось само по себе. Машина-амфибия развернулась и отправилась за следующей порцией пушечного мяса. Однако далеко не ушла – попала под атаку орочьего пикирующего бомбардировщика. Он разорвал "Химеру" надвое и утопил в огне так, что Вилхелм даже не расслышал криков экипажа на вокс-волне.
Лейтенант запрыгнул в широкую воронку, подходящую для того, чтобы укрыться не только одному, но и всем отделением, а потом поглядел на небо.
"Молнии" военно-воздушных сил Нагары столкнулись в ожесточённых собачьих боях с летучим мусором орков. Пилоты использовали тактические уловки и разнообразные построения, полагались на надёжную технику и мощное оружие, но никак не могли сдержать неистовую орду.
Вилхелм заметил как тяжёлый истребитель "Громобой" зашёл на орочье звено с высоты, уничтожил две цели ракетами, погнался и разорвал в клочья третью, а потом нарвался на зенитный огонь и потерял крыло. Самолёт задымился и ушёл в крутое пике.
– Держитесь, парни, – Вилхелм сжал ладони в кулаки, – держитесь.
Сейчас от авиации СПО зависело, сможет ли культ Святого Свежевателя десантироваться в тылу или нет. А вот от парней Вилхелма сейчас не зависело ничего. Они просто пытались уцелеть под градом артиллерийского огня и режущих очередей трассеров. Они ждали танковые тралы.
– Едут! – предупредил Виталий.
Сквозь гром разрывов прорвался шум тяжёлых катков и гусениц. Рядом с укрытием наёмников прокатился "Кентавр", оснащённый тяжёлым взрывоустойчивым катком.
– За ним! – приказал Вилхелм.
В ответ лейтенант услышал ругань и мольбы, но люди всё-таки поднялись в атаку. Последний солдат, который выбирался из воронки, потерял голову – крупнокалиберная пуля попала ему в шею.
– Пригнуться! Шевелитесь! Шевелитесь! – орал лейтенант.
Так наёмники и двинулись вглубь острова. Казалось бы, чтобы добраться до орочьих укреплений, нужно преодолеть какие-то жалкие двести метров. В лучшие годы Вилхелм справлялся с такой дистанцией за 23,22 секунды. Но тогда беговую дорожку не покрывали мины, рядом не рвались снаряды, а единственным, кто свистел, был инструктор, а не пули.
Каток "Кентавра" подбросило трижды. Он покрылся гарью, сколами и трещинами. Машину обстреляли ракетами, но те тоже попали по взрывоустойчивой части.
"Боже-Император... ещё сто метров, больше не нужно", – взмолился Вилхелм.
Они обогнули дымящийся остов другого тральщика с разбросанными трупами наёмников позади. Потом Вилхелм заметил и трёх раненых, один из которых потерял ногу.
– Вы можете и дальше валяться, смерти ждать! – проорал Вилхелм. – Давайте с нами!
– А с ним что?! – неизвестный наёмник показал на изувеченного.
– Ему не повезло! – крикнул Вилхелм.
Калека после прозвучавших слов побледнел ещё сильнее. Лейтенант встретился с ним взглядом.
"Такие дела", – вздохнул Вилхелм.
Он чуть отстал от группы, а поэтому взрывная волна лишь сбила с ног.
Удача экипажа "Кентавра" закончилась. Их достали навесным огнём.
От перекрёстного огня погибли ещё двое. Медик подтащил раненого, посечённого осколками, ближе к костру, в который превратился "Кентавр". И вроде бы жаркая преисподняя, но хоть какое-то укрытие.
До противотанковых ежей и рва оставалось всего десять метров.
"Бля, – подумал Вилхелм. – Ну Бог-Император, ну!"
Лейтенант проскрипел зубами.
– За мной! Кровь и золото!
На спине мурашки устроили не просто бега, а настоящие соревнования.
– А-а-а! – прокричал Вилхелм.
Как всегда ветераны орали громче всех.
Шаг, другой, третий, четвёртый. Лейтенант преодолел минное поле и добрался до переплетения рыжих баллок – противотанковых ежей по мнению орков – бросился в песок, чтобы не попасть под беспощадный пулемётный огонь. Посыпались искры, рикошет свалил ещё одного наёмника. Вилхелм начал опасаться того, что, если он и доберётся до цели, то чистить траншеи от чужацкой мрази придётся в одиночку.
– Ну, суки! Держитесь! – прорычал лейтенант.
Он перебрался через лес металлолома, поскользнулся и вперёд головой полетел в ров. Вилхелм едва успел выставить руку и не сломал шею во время падения, но всё равно скривился от боли. Он, конечно же, готовился и почти восстановил форму после ранения, но в бою даже "почти" имеет значение. Виталий помог офицеру подняться, и они укрылись от огня за ближайшей к укреплениям стенкой рва.
– Вот это пиздец! – выкрикнул денщик.
Вилхелм кивнул.
Он едва-едва приподнялся над рвом и посмотрел, что находится впереди.
Ближе всего из земли торчала башня имперского танка: орки приварили к пушке куски металла, из-за чего могло показаться, что это не орудие, а зубастая пасть. Два скрещенных топора, прикреплённых к шесту, венчали эту уродливую конструкцию.
По обе стороны от вкопанного танка находились доты, по крайней мере, то, что орки называли дотами – нагромождение разнообразного мусора, колючей проволоки и мёртвых тел.
Вилхелм спрятался вовремя. Он нырнул в ров, когда над головой взметнулся песок. Лейтенант отполз в сторону – орки не собирались прекращать обстрел. Осыпали пулями это место так, как будто боеприпасы у них не кончались.
– Лысый, готовь ракетомёт! – приказал Вилхелм. – Твоя цель – пятнадцать метров на одиннадцать часов! Остальные, готовьтесь поднять дымовую завесу!
Наёмники принялись извиваться на дне рва, как змеи: вытаскивали гранаты, заряжали оружие, проверяли снаряжение перед рывком.
– Пли! – отдал команду лейтенант.
Наёмник – из-за каски не поймёшь, соответствует ли прозвище действительности – поднялся над укрытием и получил пулю в лицо. Он выронил трубу ракетной установки, но её тут же подхватил Виталий. Денщик встал в полный рост и проделал в башне закопанного танка аккуратное отверстие. Крак-заряд добрался до боекомплекта, броня вспучилась, ударная волна вырвала люк из креплений и повалила стяг Кровавых Топоров. На мгновение закопанный танк превратился в вулкан.
– Завеса!
Наёмники метнули из укрытия дымовые гранаты. Над землёй заклубились серые тучи. Они стремительно росли и перекрывали всякий обзор.
– Вперёд! – Вилхелм махнул рукой.
Стараясь не производить больше шума, чем требуется, заклиная Бога-Императора приглушить острый слух зеленокожих, наёмники добрались до дотов. Огнемётчик залил прометием одно укрепление, второе подорвал Вилхелм связкой осколочных гранат.
– В атаку! – воскликнул лейтенант. – У-р-а-а-а!
– У-р-а-а-а! – подхватили наёмники.
Они спрыгнули в траншею.
Выстрелом из плазменного пистолета Вилхелм прожёг в груди противника дыру величиной с голову космического десантника. Лейтенант отпихнул мёртвого орка плечом, а потом взмахом силового меча рассёк надвое от левой ключицы и до правого бока следующего врага.
Слева промелькнула тёмно-зелёная низенькая тень – Вилхелм подставил ногу, и верещащий от ужаса гретчин рухнул на живот. Лейтенант с огромным удовольствием втоптал чужака в землю: один из сородичей этого существа едва не отправил Вилхелма к Императору.
Лейтенант выстрелил и попал ещё дважды перед тем, как сам получил очередь в грудь. Он упал и сквозь кашель увидел над собой Виталия. Денщик зажал спусковой крючок и не отпускал, пока не зачистил участок. Пара стреляных гильз обожгли Вилхелму лицо. Он выругался, ощупал кирасу, не нашёл ничего кроме вмятин, а поэтому осторожно поднялся.
Вилхелм оглядел выживших: Виталий, огнемётчик, ещё шестеро бойцов.
"Ну... это успех", – Виталий хмыкнул.
– За мной!
Наёмники убивали всех повстречавшихся чужаков, подрывали артиллерийские батареи, зачищали доты и объединились ещё с одной группой бойцов компании, которая перемахнула через бруствер.
В этот миг Вилхелму показалось, что ещё не всё потеряно.
Но…
Бог-Император дал, Бог-Император взял.
– В-а-а-а-а-а!
С небес посыпались орочьи штурмовики. Некоторые не успели затормозить перед приземлением: если и не превратились в кровавые отбивные, то поломали ноги. Зато остальные чужаки давили наёмников, как насекомых, а потом резали как скот.
Вилхелм едва успел отпрыгнуть в сторону, как за ним вслед пронёсся цепной топор чуть ли не крупнее в размерах, чем сам лейтенант. Это рычащее чудовище сжимал в руках орк поперёк себя шире. Он возвышался над лейтенантом на три головы и нёс за плечами такую огромную ракету, словно собирался долететь на ней до станции "Эри".
Вилхелм поднял пистолет, но уже спустя мгновение сжимал в руках лишь рукоять.
Во всём нужно видеть только хорошее: плазменный генератор не взорвался.
Ещё один прыжок. Вилхелм ударил мечом, запахло палёным. Лейтенант оставил широкую жжёную рану на плече орка, но тот даже не почувствовал боли. Зеленокожий ворочал тяжёлым оружием с той же лёгкостью, с которой Вилхелм пользовался зубочисткой.
Лейтенант сделал шаг назад и столкнулся с ещё одним наёмником, который тоже пятился под атакой. Вилхелм успел наклониться, когда над головой пронеслась вечно голодная пасть цепного топора. Плеснула кровь, от наёмника позади целыми осталась только пара ног. Всё остальное превратилось в месиво из мяса, железа и ярких тканей.
Лейтенант кувыркнулся и оказался за спиной противника. Вилхелм рубанул по ногам, орк взвыл и упал на колено:
– Зог! Трусливый людик... Дерись как орк! – крикнул зеленокожий.
Драться как орк Вилхелм не собирался. Они с противником были в разных весовых категориях.
Лейтенант собирался развалить голову зеленокожего надвое и уже занёс меч, когда орк неожиданно замахнулся топором. Вилхелм обрубил тяжёлое лезвие в последний миг. Противник не остановился и подсёк лейтенанта длинной рукояткой. Вилхелм упал, а орк ударил тупым концом по кирасе так, что лейтенант забыл как дышать. Зеленокожий поднялся и навис над Вилхелмом. Он принялся осыпать человека ударами, вознамерившись вышибить из него дух.
Кираса-кираса-каска…
– А-а-а! – закричал Вилхелм, когда железо попало по незащищённой части чуть ниже левого наплечника.
Боль пронзила разум, но зато взгляд зацепился за большую красную кнопку на лапе зеленокожего. Вилхелм принял ещё один удар на наруч, а потом схватился за рукоять цепного топора. Орк рванул на себя лейтенанта, тот бросился вперёд и нажал на кнопку. Зеленокожий взмыл в небеса.
Вилхелм не успел перевести дух, когда заметил, что среди сражающихся скачет жирный сквиг: уродливое краснокожее создание, напоминающее пасть на двух перепончатых ногах; довольная усмешка на морде; кончик хвоста мотается из стороны в сторону, как у доброго пса; но самое главное – связка со взрывчаткой на боку.
Пусть и с потерями, но наступление наёмников на этом участке было остановлено.
