Хочу домой, обратно, пожалуйста

Восстанавливалось тело потихоньку. Вначале возвращалась прежняя чувствительность, потом она постепенно начинала двигаться под руководством специального врача. Уже месяца два-три прошло, а Шэнь Юань могла сама двигать руками, даже приподняться при необходимости, хотя с ногами тех же успехов пока не было. Однако уже эти небольшие успехи до слез счастья в глазах радовали её сестру. Шэнь Янлин расцветала на глазах, перестала грустить, перед работы едва ли не бежала, несясь, как вол, в больницу с какими-нибудь фруктами, которые после осторожно резала на небольшие кусочки и очищала от кожуры, отдавая сестренке. Ланфей никак не могла этому нарадоваться, наконец-то подруга перестала быть источником грустных и пасмурных мыслей и вернулась к прежней энергичности. Вот только чем больше проходило времени, тем больше Шэнь Юань начинала задумываться. Странные ощущения не покидали ее, будто она о чем-то забыла. И это были не простые мысли, вроде не выключила утюг или лампу — последнюю, она знала, за нее обязательно выключит Б… Он никогда не забывал этого сделать, особенно когда ее одолевало ленивое настроение, и двигаться не хотелось. Подождите! Какой еще Б…?!  — Сестра… — шепотом позвала она — голос еще не полностью восстановился — сама еще не совсем уверенная в этих странных то ли помутнениях рассудка, то ли просто мыслях, — а как звали моего бывшего парня?  — У тебя был парень? — насмешливо фыркнула Ланфей, но тут же исправилась под осуждающим взглядом Янлин, которая поспешила ей ответить:  — Тот однокурсник? Он был по фамилии Тан, — задумчиво протянула девушка. — Точно имени не помню, на А вроде начиналось, он пытался как-то что-то делать, но вы были знакомы всего пару недель, так что его трудно назвать твоим «парнем». Врач подтвердил, что после такой длительной комы могут быть провалы в памяти и даже полноценная амнезия, когда человек не помнил не то что собственных близких или самого себя, он даже писать или говорить мог разучиться. Но в их случае все обошлось, особенно Янлин радовало то, что ее маленькая сестричка сразу ее узнала. Еще через месяц Шэнь Юань разрешили вернуться домой, обязуя вызывать на дом врача и делать разминки каждый день, чтобы мышцы вернули свою работоспособность.  — Вот и твоя комната, А-Юань. Я почти ничего не переставляла, всегда ждала и надеялась, когда же ты очнешься. И вот, спустя столько времени… Неважно! Осмотрись, я пойду пока на кухню, приготовлю нам поесть. Оказавшись дома, девушка с интересом разглядывала такой знакомый и одновременно незнакомый интерьер. Увешенные различными плакатами аниме-персонажей стены, десятки фигурок любимых героев, осторожно выстроенных на полке — и ни единой пылинки, на лице сама собой появилась улыбка — Янлин совсем не изменилась. Хотя ей до сих пор тяжело было привыкнуть к мысли, что прошло целых два года. Бегая взглядом туда-сюда, Шэнь Юань постепенно ощущала, как к ней возвращаются воспоминания. Вот на этой самой кровати они с сестрой часто, ложась, смотрели в окно, перешептываясь друг с другом. Квартира была достаточно старой, они с родителями переехали сюда около десяти лет назад, выкупив у прежних владельцев. После смерти матери с отцом они так и не решились съехать, так что прошлые события вместе с чувством ностальгии проносились перед глазами. Даже запах был знакомый, такой родной, жалко, не хватало еще ноток бамбука и чернил. Почувствовав сонливость, она зевнула, глаза сами собой закрывались, и Юань не стала сопротивляться внезапному желанию.

***

 — Учитель, ты обещаешь никогда меня не бросать? — тихо бормотал Бинхэ, лежа на ее коленях. Продолжая заплетать очередную косичку из кудрявых и приятных на ощупь волос юноши, она фыркнула:  — Куда эта Шэнь денется… — отложив гребень, она полюбовалась своей работой, но тут же наткнулась на пристальный взгляд заслезившихся алых глаз. — Обещаю, Бинхэ, я обещаю. Однако в следующую секунду картина полностью изменилась, они оказались на какой-то возвышенности, тело ощущалось каменным, невероятно тяжелым, а на лицо падали капли водой. Вокруг раздавались громкие звуки, вроде криков и топота. Нахмурившись, Юань попыталась прислушаться и хоть что-то разобрать в этом гомоне.  — Демоническое отродье! Отпусти Шэнь Цинцю!  — Учитель… учитель… вы ведь мне обещали, я не хотел… — кто-то настойчиво шептал ей в самое ухо, голос перебивался всхлипами и каким-то отчаянием. В голове стоял туман, сменяясь гробовым холодом, охватывающим все тело. В голове мелькали разные мысли, но самой яркой было то, что она наконец-то расплатилась. Чувство облегчения и легкой грусти смешались вместе. Сумбурные мгновения перестали мигать перед глазами, и она резко проснулась. Что же все-таки происходит? После сна руки слегка подрагивали, кончики пальцев похолодели, она почти не помнила, кто именно и почему был в ее сне, но ощущения чужих слез на собственном лице было слишком ошеломляющим. Звучавшие голоса были смутно знакомыми, но не более. Черт побери, она даже их лиц вспомнить не могла!