Очень Голодные игры

      Обычные посиделки у костра с байками и песнями сегодня отменились. За целый день Вольтури умудрились всех достать. Они ходили, как напыщенные индюки, выпучивали глаза, говорили о своем величии замогильным голосом, хлопали полами плащей и изображали рекламу шампуня, постоянно встряхивая волосами. Аро даже попытался укусить Елену, и та орала так громко, что голова разболелась не только у всех жителей Панема, но и у вампиров, у которых, кстати, никогда до этого не было головной боли. Орала эта чокнутая вовсе не из-за страха. Точнее из-за страха. Но не перед клыками, а перед микробами и возможными пятнами и морщинами. Сейчас у костра сидели только Винчестеры, вытачивающие колы, Стефан, жарящий сдохшую от инфаркта куропатку, и Кэтрин, которой все нипочём. Елена сегодня решила спать на дереве вместе с Деймоном, бедного Эдварда Вольтури напугали настолько, что парень засунул голову в какое-то дупло и молил Карлайла забрать его домой, Белла же сначала пыталась лаского уговорить вампира пойти к костру, а потом ращозлилась и стала дубасить его битой. Сами Вольтури заявили, что не будут спать рядом с отбросами и ушли в лес. Ну, а Китнисс отправилась на поиски замаскировавшегося где-то Пита. Кошмар какой-то!

***

      Кэтрин сначала смотрела на огонь, затем начала делать сумку из Васьки, а потом ей все надоело, и она положила голову на плечо Дину. — Мальчики, вы сегодня скучные, — протянула девушка недовольно. — Мы уставшие, — сказал Стефан. — Нас достали, — пожаловался Сэм. — Нас едва не убило звуковой волной, — добавил Дин. — Ну, нам повезло больше, чем ей, — Кэтрин кинула взгляд на куропатку. — Ее убил не крик, а страх. Китнисс хоть и промахнулась, птичка все равно умерла. Как это называется? — спросил Дин. — Дуракам везет, — ответила вампирша насмешливо. — Нам еще долго торчать в этом лесу? ‐ Не знаю, а как бы тебе хотелось? — поинтересовался старший Винчестер. — Я бы хотела вернуться домой. Не люблю походы, но люблю кровь. Даже из пакетов. А здесь сплошная трава! Диету приходится держать! — Кэтрин надула губки. — И еще эти! — Ну, «этих» скоро не будет, — усмехнулся Сэм, демонстрируя готовый кол. Все четверо не сдержали радостных улыбок.

***

— Пожалуйста! Ну пожалуйста! Ну я умоляю! Выпустите меня отсюда! Я хочу к маме! — всхлипывал Эдвард, не обращая внимания на злобное шипение Беллы и удары битой. Какая-то женщина из офиса Сноу плакала и вытирала глаза платочком. — Это лучшая мелодрама, что я смотрела! — воскликнула она. — Какая мелодрама?! — воскликнул Ковальски. — Ты на работе, Санса! Это трансляция с Арены! Женщина перевела взгляд на экран, потом на Ковальски, потом оглядела комнату. — Точно! Но, кажется, я влюбилась! Он такой прекрасный! У нас будет свадьба весной! — она принялась снова промакивать глаза платочком. Сноу, вышедший на минутку из кабинета, тут же забежал обратно и хлопнул дверью.

***

      Деймон нежно обнимал Елену и гладил ее по волосам. — Ну, милая, не плачь! — уговаривал он. — Теперь я стану некрасивой! — Не станешь. — У меня появятся морщины! — Не появятся. — Вы со Стефаном перестанете меня любить! — Не перестанем. — Точно? — Да. — Почему? — Потому что ты самая красивая, самая милая, а еще… если мы тебя разлюбим, ты убьешь нас своим воплем. — И ты говоришь, что это не мелодрама! — возмутилась Санса. — Он такой прекрасный! Я влюбилась! У нас будет свадьба летом! — А Эдвард как же? — Какой Эдвард? — Понятно, — вздохнул Ковальски. Он понял, что работать ему придется одному.

***

      Разъяренная Китнисс шла по лесу. — Эй ты, хамелеон недоделанный! Вылазь, не то сама убью! Сволота! Кинул меня одну и смылся! Что б тебя Вольтури сожрали. — Вольтури? — испуганно спросил парень, отлипая от дерева. — Думаешь, они здесь водятся? — А где же еще? — В лесу. — А мы где? — ААА, СПАСИТЕ! — заорал неожиданно Пит и кинулся к костру. — Господи, почему меня окружают идиоты? — поинтересовалась девушка, закатывая глаза.

***

Президента Сноу мучили сомнения. Что лучше? Револьвер или Авада Кедавра?