36

      — Ну, на что играем сегодня, парни? — Хенджин падает на диван в гостиной одного из своих школьных друзей.       — Выворачивай карманы, красавчик. Сегодня ставки выше, чем в прошлый раз, — гогочет Чанбин, мешая карты.       — Черт, я так никогда не куплю себе мотоцикл! — раздраженно выдохнул Минхо, тут же получив в лоб от Джисона, которому идея с мотоциклом не нравилась никогда.       — Проигравший идет на свидание с тем очкастым ботаником из параллельного класса Хенджина, — выпалил самый младший из компании, заставляя парней прекратить шуметь. — Ну что? У меня тоже нет денег, Чанбин! А свидание с зубрилой звучит крайне позорно.       Со, любивший слишком часто выигрывать в покер и сгребать банк, ворчал недолго, но все же согласился. Минхо облегченно выдохнул, одновременно закрывая ладонью рот Хана, перечислявшего все, что может случиться, если его парень будет неосторожен на мотоцикле, а Хенджин очень сильно не хотел проигрывать.       — Нет, давайте еще одну партию! Пожалуйста! — практически срываясь на крик, умолял Хван, потерпевший поражение три раза из пяти.       Чонин сдулся на третьей партии и мирно сопел, свернувшись клубочком на кресле. Со молча выслушивал все негодования проигравшего, а Минхо и Джисон собирались домой, о чем-то перешептываясь и хихикая.       — Блять, Джинни, умей проигрывать! Сходишь на свидание, ничего с тобой не случится, — сухо ответил Ли.       — А если меня кто-нибудь с ним увидит?! Позор на всю школу, в которой, на минутку, мне учится еще три, мать его, года! Не год! Три!       Монолог прервал звонок в дверь. Чанбин сорвался с места быстрее Флеша, чтобы впустить очередного гостя. Им, к слову, оказался Кристофер, красавчик австралиец, которого Чонин подцепил на каком-то мастер-классе по танцам.       — Привет, парни, — улыбка Криса буквально ослепляла, а ямочки на щечках заставляли умиляться и улыбаться в ответ, даже если настроение пробивало дно.       Парни уже не обращали внимание на орущего Хвана, который угомонился только в тот момент, когда Со закрыл за ними дверь, Джисон и Минхо попрощались и пошли в сторону дома одного из них, а Кристофер спросил подвезти ли его до станции.       — Нет, я пешком, — Крис улыбнулся, хлопая Хенджина по плечу. — Спокойной ночи.       Утром Хван был совершенно без настроения и пытался найти любую причину, чтобы не идти в школу, но был буквально выставлен за дверь с тостом во рту под мамино «Хван Хенджин – актер без Оскара». Минхо, Чанбин и Джисон согнулись пополам от смеха, за что Хенджин уже хотел выдать им подзатыльники, но получил сам же от мамы.       Всю дорогу до школы парни подстебывали Хенджина и имитировали моменты его будущего свидания с главным школьным заучкой. У ворот школы их уже ждал Чонин, явно не выспавшийся прошлой ночью.       — Удачи тебе с заучкой, красавчик! — крикнул Минхо в спину Хенджину, впервые спешившему на урок.       Между четвертым и пятым уроком парни собирались в столовой и обычно обсуждали следующую игру или чем займутся после школы, но сегодня горячей темой обсуждения стал проигрыш Хенджина.       — Ты ссыкло, Хван, — заключил Чонин, выслушав все отмазки друга.       — Карточный долг – это святое, сам же говорил, — младшего поддержал Чанбин. — Кстати, зубрила сидит буквально на расстоянии четырех столов. Тебе нужно просто взять свои девчачьи яйца в горсть и...       Не успев договорить, Хван раздраженно выдохнул, резко встав из-за стола, и направился к объекту их спора.       Сынмин сидел один и что-то учил, не обращая внимания на шум и шутки каких-то идиотов неподалеку. Он совсем не заметил Хенджина, первого красавчика школы, севшего напротив, пока Хван не выхватил из его рук учебник, громко захлопывая его.       — Чего тебе? — сложно было сказать какие эмоции испытывает Сынмин из-за его огромных очков и длинной челки.       — Пошли на свидание.       Кажется, не только глаза Сынмина округлились, но и Хенджина тоже, а также всех, кто сидел на расстоянии нескольких метров. Оба парня слышали перешептывания учащихся, но не обращал на них внимание только Хван, зная, что это всего лишь карточный долг.       — Это плохая шутка, знаешь ли...       — После занятий жду тебя у главных ворот. Не опаздывай, — выпалил на одном дыхании Хван, отдавая обратно книгу и направившись к своему столику, где его ждали друзья с порцией новых шуток.       — Погоди! Я пойду с тобой на свидание, но взамен ты поможешь мне кое с чем.       — Выкладывай, — юноша нацепил на себя гримасу той самой школьной стервы, смотря на Сынмина сверху вниз.       — Мне нужно провести один эксперимент. Ничего сложного, просто...       — Без проблем. Опоздаешь на минуту, я повешу тебя за шиворот рубашки в раздевалке футбольной команды, понял?       К концу всех занятий о свидании «принца и очкарика-утенка» болтали даже те, кому обычно лень вступать в подобного рода диалоги. Друзья не переставали шутить даже во время самих занятий, из-за чего у Хвана забрали телефон, непрекращающаяся вибрация которого мешала всем вокруг.       — Опаздываешь, — Сынмин стоял у главных ворот, когда к нему подошел Хван, начавший бубнить что-то про телефон и злого преподавателя по корейскому.       Ким действительно внимательно слушал парня напротив, но с трудом мог разобрать все то, что он говорил.       — Насчет эксперимента... — Сынмин был не из пугливых, да и к тому же какое-то время ходил на каратэ, так что закрыть рот Хенджина ладонью не было чем-то смертельным, но тот явно не ожидал. — Ты не против сходить в кофейню неподалеку?       — Наверное, он самоубийца, — друзья Хвана были слишком любопытные, поэтому не могли просто так оставить это свидание без внимания и засели в ближайших кустах с хорошим обзором.       — Давайте позвоним Хенджину? Я не могу читать по губам с такого расстояния! — Джисон усердно щурился, но что-то разобрать было действительно сложно.       — Так, код красный, они куда-то уходят. Малой, звони своему бойфренду. Нам нужна его тачка!

***

      — Почему именно эта кофейня? — Хенджин рассматривал просторное светлое помещение со множеством различных светильников и цветов.       — Если ты решишь ударить меня или сделать что-то еще, все будет видно и слышно, — юноша тихо хихикнул в кулак, но, заметив не очень довольное ответом лицо напротив, сделал вид, что на самом деле кашляет. — Перейдем к самому эксперименту. Ты веришь в любовь?       — Что? — Хенджин никак не ожидал подобного вопроса, тем более на шуточном для него свидании.       — Ну, чувство такое есть, когда бабочки в животе порхают, мир светлее и все остальное. Или популярные красавчики, вроде тебя, не знают об этом греховном людском развлечении?       — За дурака меня держишь? — Хван явно начинал выходить из себя, пока Сынмин пытался сдерживать смех, еще больше выводящий из себя.       — В общем, очень давно один профессор поставил эксперимент, заставляющий сблизиться двух незнакомых людей с помощью тридцати шести вопросов...       — Это бред, понимаешь? Как можно влюбиться в незнакомца, задав ему какие-то вопросы? Да даже если бы их было сто!       — Хочешь проверить? — Ким сделал несколько глотков какао из керамической чашки.       — Это пустая трата времени!       — Мы все равно на свидании, так почему бы и нет? Если это чушь, то ты от этого ничего не потеряешь, разве не так?       — Ладно-ладно, только по той причине, что я обещал помочь тебе в столовой. Я сдерживаю свои обещания, если ты не знал, — скорее, в данный момент Хван переживал за репутацию в школе, поэтому был согласен на все.       Сынмин достал толстый блокнот из рюкзака с какими-то записями и сложенными листами внутри, сделал несколько странных пометок, затем передал один из листов Хенджину для ознакомления с вопросами.       — Что-то случилось? У тебя уши покраснели, — Ким потянул руку к парню, но тут же был отвергнут сухим «все в порядке».       Сынмин предложил сыграть на камень-ножницы-бумагу, чтобы выбрать первого, кто задаст вопрос. Хван в очередной раз потерпел поражение, но спорить был не намерен.       — Итак, первый вопрос, — Ким внимательно посмотрел на юношу, сидящего напротив, — если бы ты мог пригласить кого-то на ужин, кто бы это был?

***

      — Я и не думал, что заучки могут быть такими безбашенными, — одиннадцатый вопрос, в котором необходимо за четыре минуты подробно рассказать историю своей жизни, заставил Хвана смеяться на всю кофейню и, под не менее тихий смех Кима, не обращать внимания на осуждающие взгляды посетителей. — У меня все куда проще, — Хенджин включил таймер, — родился, в детском саду начал играть в футбол, что и делаю по сей день, у меня четыре лучших друга, два из которых встречаются – Минхо и Джисон, младший Чонин-и влюблен в красавчика австралийца, а Чанбин пишет грустный рэп о любви. Каждые выходные мы играем в покер у Чанбина, потому что его мама работает в ночную смену. Учусь я так себе, но моя особенность в красивом личике и ауре принца.       — Минута пятнадцать, — Ким удивился такому быстрому рассказу и думал, что жизнь Хенджина будет куда более насыщена приключениями и забавными ситуациями.       — Удивлен? — Сынмин кивнул головой. — Так, следующий вопрос. Если бы ты мог проснуться завтра с какой-нибудь способностью, что это было?       — Я бы хотел идеальное зрение! Эти очки такие неудобные, ты бы знал!       — А я думаю, ты очень милый в них.       Между парнями повисло неловкое молчание. Хенджин не сразу понял, что слетело с его губ, а Сынмин впервые услышал подобный комплимент.       — Это была первая серия вопросов из трех. Ты не хочешь прогуляться до парка?       Хенджин молча кивнул и, собравшись, они вышли из кофейни, направившись в сторону парка у реки.       — Мне кажется, или они без настроения? Хенджин снова сказал какую-то хуйню? — Чанбин внимательно следил за удаляющимися фигурами парней. — Кристофер, давай медленно за ними.       — Так точно, капитан! — Кристофер находил всю эту ситуацию очень веселой и даже подыгрывал.       — Хён, давай закончим на этом! Меня скоро стошнит, — Чонин скулил, сидя на заднем сидении с Минхо и Джисоном, которые совершенно не были заинтересованы в слежке за своим другом и просто целовались.       Сынмин и Хенджин молчали большую часть пути, иногда их руки случайно касались друг друга, что вызывало еще большую неловкость. К счастью, Ким очень хотел продолжить эксперимент и прервал тишину, подметив, что Хван не ответил на вопрос о суперспособности.       — Думаю, я бы хотел уметь танцевать. Ну, знаешь, мне очень нравится музыка, но передавать ее с помощью движений я не умею.       Когда они дошли до парка, Ким предпочел присесть где-нибудь в не очень заметном месте, естественно, для чистоты эксперимента. К счастью, такое место нашлось среди не очень высоких кустарников рядом с деревом.       — Они что, решили уединиться? Пранк выходит из-под контроля, пацаны, — не получив никакой ответной реакции, Со повернул голову назад. — Эй, голубки! Снимите себе комнату в мотеле!       — Чанбин, отвали, а? Только тебе одному интересны чужие свидания, может, пора найти себе кого-нибудь?       — Удивительно, но я согласен с хёном! — Чонин почувствовал какую-то надежду избавиться от парочки по соседству. — Крис, я кушать хочу!       — Какой кушать?! А если этот ботаник серийный убийца? — возмущения парня, кажется, никто не собирался слушать, потому что обсуждение еды стало куда интереснее, чем дурацкая слежка.       — Вопрос номер семнадцать. Твое самое дорогое воспоминание? — Хенджин внимательно наблюдал за парнем, мысленно перебирающем все свои воспоминания.       — Думаю, моя первая поездка с семьей на море? Тогда мне было около десяти лет, и мы совершенно спонтанно решили отправиться куда-нибудь. Помню, я забыл взять с собой свою любимую мягкую игрушку и грустил, что он не сможет увидеть море, — широко улыбнувшись, Ким закрыл глаза, продолжая вспоминать все то, что видел, описывал свои чувства Хенджину, который благодарил всех существующих богов за то, что Сынмин не видит все эти звездочки и искры в глазах Хвана. — А ты? Твое самое дорогое воспоминание?       Хенджин не сразу понял, что Ким смотрит на него в ожидании ответа. Слишком сильно он был заворожен этим парнем, так красиво рассказывающем о семейной поездке. Юноша не до конца осознавал своих действий. Его рука автоматически потянулась к лицу напротив, осторожно снимая очки и, преодолев расстояние между ними, накрывая чужие губы мягким, практически невесомым поцелуем. Сынмин отстранился первым, тут же упираясь взглядом в свои кеды.       — Думаю, это мое самое дорогое воспоминание на сегодняшний день, — кажется, у Хенджина случилось помутнение рассудка, иначе он не мог объяснять свои действия даже самому себе. — Знаешь, без очков ты очень красивый, пусть они и делают тебя очень милым. Так же я заметил, что твои руки очень мягкие...       — Это похоже на двадцать восьмой вопрос, Хенджин. Мы нарушаем алгоритм эксперимента...       Весь этот эксперимент и разговоры надоели Хвану, который снова приблизился к лицу смущенного Сынмина. Мягкий поцелуй перестал быть таковым. Теперь движения были больше грубыми, будто через секунду кто-то из них исчезнет, так и не утолив голод. Неизвестно, чем бы это могло закончиться, если бы не собака, которая забрела к ним в укромное местечко, а следом с опозданием примерно в десять секунд и хозяйка. Парни буквально отлетели друг от друга на разные концы скамейки. Их губы и щеки, кажется, были цвета спелых помидоров, а воздуха в легких не хватало.       — Предлагаю закончить на этом и пойти поесть, как думаешь? — первым тишину нарушил Хенджин.       — Могу я сначала задать вопрос?       — Вперед, — встав со своего места, Хенджин протянул Сынмину очки.       — Почему ты предложил мне пойти на свидание? — вопрос, который больше всего боялся услышать Хенджин. Если он скажет правду, то, скорее всего, это обидит Кима.       — Я хотел с тобой подружиться, потому что ты милый, — выпалил Хван.       — Друзья разве ходят на свидания? — Ким был удивлен такому ответу. У него не было друзей в школе, да и тем более таких.       — Ты мне понравился. Пойдем уже.       Хенджин шел на несколько шагов впереди Сынмина, который, в свою очередь, продолжал смущаться. Парни зашли в первую бургерную, которая им попалась.       — О, а вот и наш принц-красавчик, — Чанбин настолько громко произнес это, что на Хвана устремились взгляды всех посетителей и даже персонала. — Садитесь к нам.       Хван мысленно проклинал себя за выбор этого места, да и за внезапное желание перекусить, но все же сел к друзьям. Чонин сразу полез к их новому знакомому, на что получил неодобрительное «не притворяйся милашкой, демон» от Джисона. Хенджин, как истинный принц, оплатил оба обеда и был чуть ли не откровенно высмеян Чанбином.       — И все же классное желание придумал Чонин. Эй, Сынмин, приходи на выходных играть с нами в покер, — в этот момент сердце Хенджина провалилось куда-то за пределы пяток, ведь Чанбин буквально раскрыл его секрет.       — Какое желание? — с удивлением поинтересовался Сынмин.       — Красавчик не рассказал тебе? Ого, а я думал, что вы хорошо поладили...       — Заткнись, Чанбин, — чуть ли не прошипел Хван, чувствуя, как Сынмин буквально прожигает его взглядом.       — Что за желание?       — Проигравший идет с тобой на свидание, потому что у тебя репутация главного заучки школы, — выдал Минхо, не отрывая взгляда от Хвана. — Странно, что этот придурок не рассказал все с самого начала.       За столом повисла гробовая тишина. Сынмин поблагодарил Хвана за обед, обещая вернуть ему всю потраченную сумму завтра перед занятиями. Хенджин же пытался что-то объяснить, оправдаться, но Ким совершенно не хотел его слушать.       — Мне нужно идти. Не хочу, чтобы твоя репутация как-то пострадала из-за меня, — все попытки Хвана остановить юношу пресекались тут же. Ким даже предупредил, что может уложить его на асфальт.

***

      Хенджин пришел за час до начала занятий, что ему совсем несвойственно. Еще вчера он узнал у одноклассников Сынмина, что он приходит примерно за тридцать минут до занятий, чтобы повторить весь необходимый материал. Хван боялся, что парень попытается сбежать от него, поэтому спрятался неподалеку от главных ворот. Ким, как и сказали его одноклассники, действительно появился у ворот за тридцать минут до начала занятий.       — Сынмин, давай поговорим, пожалуйста, — с виду Хенджин не казался настолько сильным, но от того, как он схватил Кима за запястье, заставило второго зашипеть от боли.       — Разве нам есть о чем говорить?       — Твой дурацкий эксперимент! Нет, мой дурацкий проигрыш в покер, — казалось, что Хван задыхается. — Я правда не думал, что все может получиться именно так. Не думал, что мне придется соврать, чтобы не обидеть тебя.       — Я забыл сказать тебе еще одну важную вещь, — Ким с трудом выхватил руку из этих «объятий». — Мало того, что мы нарушили алгоритм эксперимента, мы не закончили его так, как необходимо по инструкции.       — К черту эти инструкции! Я...       — Необходимо не отрываясь и в полной тишине смотреть друг другу в глаза на протяжении четырех минут, — Сынмин достал из кармана телефон, нажимая на таймер и вводя нужное количество минут. — Время пошло.       Хвана будто парализовало, когда Ким, сняв очки, посмотрел ему в глаза. Он хотел рассмотреть каждую клеточку лица напротив.       Время остановилось и для Сынмина тоже. Он впервые так подробно рассматривал парня, которого видел каждый день в коридорах и столовой. В глазах Хенджина были звезды, Ким в этом уверен.       Как только звук таймера прервал тишину, Хенджин сделал шаг вперед, оказавшись вплотную к парню.       — Сходим на свидание? — выпалил Ким, покраснев до кончиков ушей.       Улыбнувшись, Хенджин лишь приобнял Сынмина, слегка коснувшись уголка его губ.

***

      — Черт, еще друзья называются, — Чанбин шел в школу один, что было совершенно необычно как для него, так и для других учеников. — Сосутся на каждом углу со своим зоопарком, говнюки.       Со не стеснялся ни в выражениях, ни говорить вслух. Последний месяц они не собираются для игры в покер, реже гуляют, да и вообще Чанбин считал, что они стали слишком ванильными и мерзкими.       — Ты широкий что ли? — чуть ли не крикнул Чанбин, врезавшись в неизвестного блондина. — Не видишь куда идешь?       Когда же блондин поднялся с асфальта и взглянул на Со слишком щенячьим взглядом, у того, кажется, не только перехватило дыхание, но и отказали легкие.       — Изв...       — Какие у тебя ахуительно красивые веснушки.