L'amour

"There is a crack in everything, that’s how the light gets in."

Состояние влюбленности – это то, что буквально протягивает меня через трудности на протяжении всей жизни. Мне просто необходимо носить в себе это чувство постоянно. Совсем не обязательно, чтобы это был человек, можно быть влюбленной в новый сериал, вымышленного персонажа и поездки на велосипеде под музыку. В этот раз признаться себе в зарождении этого чувства было в разы труднее, чем обычно, ведь уже два года я мучаюсь от безответной влюбленности. Можно подумать, что это все глупости, что свои 15 и тогдашние проблемы ты будешь вспоминать с улыбкой уже через пару лет. Как бы не так. Сейчас мне 22 и я до сих пор считаю этот период одним из самых трудных – это почти 2 года ежедневных слез, сестре 3 года, и мама - явно не тот человек, который готов каждый день выслушивать твое нытье, а твоя лучшая подруга не входит в ту компанию, где ты пересекаешься с предметом своих воздыханий. Тогда я буквально оказалась одна, и каждый день давался мне с титаническим трудом. Я плакала дома, плакала по дороге в школу и выбегала из кабинетов одновременно со звонком, чтобы выпустить эту печаль где-нибудь за углом туалета. Спустя 2 года ты начинаешь любить эту постоянную досаду, романтизируешь свое маленькое хрупкое чувство и думаешь – вот она – одна любовь на всю жизнь. Я всерьез думала, что этот случай, когда она остается с тобой на всю жизнь. Я найду кого-нибудь, выйду замуж, построю быт и может даже буду довольна, но каждый день буду помнить и обнимать это горькое чувство настоящей любви. Так что эмоции, зарождающиеся во мне тогда по отношению к другому человеку (пусть и с таким же именем) можно было с полным хладнокровием объявить предательством. Конечно, думать об этом можно, что угодно, однако это не мешает тебе просыпаться в приподнятом настроении каждое утро, снова начать наряжаться в школу и заводить будильник на 5:30, чтобы накрутить кудри. Вышло так, что к 10 классу из моих многочисленных кружков остался лишь мой любимый английский, видимо, я набирала воздуха перед годовой подготовкой к ЕГЭ, времени было навалом, а младшая сестра, которой были заняты родители, давала полную свободу действий до вечера. Вот мы и стали бродить по парку после школы с ним и его одноклассником. Честно признаться, ребята то просто шли домой этим путем, а я просто была свободна, поэтому просто составляла им компанию. И все было в порядке до того момента, пока нам не пришлось остаться наедине. Не помню, о чем мы говорили после того, как Ваня свернул с нашего общего маршрута, но помню, что находилась в состоянии первозданного ужаса. Хорошо, что он такой легкий, взял всю болтовню на себя. В следующий раз мы встретились на площади возле моего дома. Мы направлялись в парк на бесплатный концерт, и, если ты помнишь, кто там должен был выступать, пожалуйста, скажи мне. Единственное, что я помню – мы прождали на лавочке у сцены добрых пару часов, замерзли, но никто так и не вышел. Он сидел рядом, а я все смотрела на эту невозможную прическу. Черт знает, как я набралась смелости, но я протянула руку. - Ты вообще расчесываешься? - Конечно! Вот моя расческа. – как обычно он отшутился, показывая мне ладошку. Тогда я запустила руку глубже и почесала, как кота. Думала, никакой реакции не последует, и он просто будет напряженно ждать, пока я перестану нарушать его личные границы, наконец. - Хорошо, - замурчал он и прикрыл глаза. Вечерело, становилось всю холоднее. Я была в юбке, плаще и на каблуках. Холодно. - Давай погрею – пошлое предложение из дешевых книжек. Ей богу, вспоминаю и звучит настолько нереально и сопливо, что сил нет. Так не бывает – не со мной. Но вот он сидит и дышит мне на руки. Пожалуй, в тот вечер, тьма этих мучительных двух лет отступила, и через трещину, которая образовалась за это время, первые лучи света вошли внутрь.