«Твой верный Пятый...»

После того, как Рэй уехал, Сури и Айседора словно потеряли тот огонёк веселья, что искрился в их компании до этого момента. На душе у обоих скребли кошки и им хотелось отмотать время назад, лишь бы снова пережить те события, в которых Хэммингтон был рядом с ними. —Как-то пустовато без Рэя... –тихо сказала Харгривз, засунув пальцы в карманы джинсов. —Согласен, непривычно без него... –поддержал Сури, снова закурив сигарету. —Слушай... Вот он уехал, да? Нам ведь всё равно рано или поздно суждено тоже разойтись. —промолвила Айседора. —Что? Эй, не говори так! В любом случае я буду тебя навещать! Даже если ты захочешь съехать от братьев и сестёр, мы всё равно будем общаться, не смотря ни на что–выбежал вперёд Винчестер, повернувшись лицом к подруге и схватив её за запястья. —Сури... —Нет… неужели ты тоже уедешь?... Девушка грустными глазами взглянула на приятеля, а затем, бросив томный взгляд на асфальт, ответила: —У меня была такая мысль... Но тут, понимаешь, появился мой брат и... Я передумала... —Какой брат? –переспросил Суртур, нахмурившись. —Пятый... Оказывается, что спустя 3 года после моего похищения он переместился далеко в будущее и застрял там надолго, и вот сегодня он вернулся к нам... —Стой - стой, погоди-ка... Пятый? Ну-ка опиши его —Голубоглазый мальчик среднего роста, брюнет, с зачёсаной направо чёлкой, в тёмно-синем пиджаке. Винчестер схватился за голову: —Чёрт! Я ж его сегодня видел! —Где? –оживилась Восьмая. —Он сегодня ходил в больницу с каким-то мужиком в гейской одежде. —Клаус... —И его ты знаешь? —Они оба мои братья! —Боже мой, вся семья в сборе... О, мы уже у твоего дома —Спасибо, Сури, я к пойду к своим. Тот пожал плечами и, искренне улыбнувшись, помахал рукой на прощание, а затем убежал прочь. Айседора же быстро забежала в дом и стала подыматься вверх по лестнице. На удивление, в доме кроме Эллисон никого не было. Шатенка подошла к взволнованной сестре, спросив: —Всё хорошо? —Где ты была весь день?! –сразу наехала Третья, сделав шаг навстречу девушке. —Я... Я была с друзьями, от чего же такая реакция? —Ты... Тебя... Ох... Извини, просто... Пятый тебя искал и в итоге ушёл с Клаусом. —Это я знаю, но, позволь спросить, почему ты на взводе? Эллисон тяжело вздохнула, скрестив руки на груди. —Эллисон... Я не видела вас 20 лет... Позволь мне снова влиться в семью и узнать вас заново... Мы же все родня, расскажи мне, что случилось? —Я разругалась с мужем... Всё… всё настолько серьёзно, что дело дошло до суда... –ответила женщина, посмотрев себе на ноги–К тому же, перед судом мне стоит пройти психотерапию, чтобы видеться с дочерью... —Так у тебя есть дочь... –восхитилась Айседора, подняв брови. —Да, а… ты разве не знала? —Боже, у меня есть племянница... –повторила девушка, сердце которой наполнилось девичьей радостью. Увидев, как радуется Восьмая, Эллисон тоже выдавила из себя смешок, пускай и слабый. —Ну ладно... Хватит обо мне... Как у тебя дела обстоят на личном фронте? –с той же улыбкой спросила кудрявая женщина. Тут улыбка мгновенно исчезла с лица Айседоры, а затем вновь появилась и девушка ответила: —У меня? Я никогда не была в отношениях... Я не знаю какого это, да и детей у меня нет... Хотя, уже пора об этом задуматься... —Господи, как же ты столько лет жила одна, без того, кто бы тебя любил всем сердцем и поддерживал бы во всём? –промолвила Эллисон, положив руку сестре на предплечье. Та лишь покачала головой и пожала плечами, а затем улыбнулась, задав вопрос: —Кстати, я вчера вечером ушла с кухни, Пятый больше ничего не говорил? Что там было, в будущем? Эллисон взволнованно отвела взгляд, ответив: —Тебе лучше присесть... Сёстры прошли в зал и сели на один диван, после чего Третья сказала: —Пятый говорил, что грядёт апокалипсис, он должен наступить через 7 дней... —Что?... Д-даже если это так то... Что стало с нами?... –испугалась Айседора, оперевшись кулаком о лоб. —Я не знаю, сестрёнка... Скорее всего мы не пережили катастрофы... Раз уж это конец света, то определённо никто из нас не выжил... Восьмая замолчала, но затем, решив перевести тему сёстры слишком заболтались. Их беседа продлилась до самого вечера, пока домой не вернулись Пятый, Лютер и Диего. Пятого Харгривз совсем не узнала, он выглядел каким-то чересчур довольным... Парень зашёл в дом со странной ухмылкой и громадной сумкой за спиной. Девушка хотела поинтересоваться, что у него там, но увидев на следующий день, что он притащил, разозлилась на брата ещё больше. Мальчик приволок в дом манекен из магазина одежды, симпатичное лицо, волос нет, казалось бы, ничего такого, но отношение Пятого к этой игрушке настораживало... Даже более чем... Он разговаривал с ним, а точнее с ней, как с живым человеком, спал с ней и всюду таскал с собой. Пока парень беззаботно проводил время с тем манекеном, которого прозвал Долорес, Айседора ревниво поглядывала на брата и почти всю эту неделю находилась в одиночестве. Впрочем, как и всё её детство, проведённое вдали от дома. Иногда у Айседоры в голове встревал вопрос: «—Неужели я ревную собственного брата к игрушке из магазина?» Это могло показаться полным сумасшествием, но смотря на то, что Номер Пять считает, что отношения с неживым предметом - вполне себе здорово, то почему бы и нет? От пожирающей изнутри ревности девушка решилась на то, чтобы приютить какое-нибудь уличное животное и заботиться о нём, нежели вечно смотреть на Пятого, который и чихать хотел на сестру, от которой раньше не отходил ни на шаг. Шатенка подобрала рыжего кота, которого с недавних пор начала подкармливать, пушистик получил имя Форд. Он немного приукрасил жизнь Айседоры, почти вычеркнув из неё одиночество. Харгривз относилась к питомцу как к своему ребёнку, её братья и сёстры бывало поглядывали на неё непонятливым взглядом. Но девушка этого не замечала, ведь Форд заменял ей сына, о котором Восьмая могла только мечтать. Но в один из дней перед концом света Пятый, заметив как его сестра мгновенно повеселела, предъявил следующую притензию: —Отец запретил заводить питомцев... —Отца больше нет, к тому же, я в праве делать то, что считаю нужным для себя, если я знаю, что мне нужен кот, то я его завожу и ухаживаю за ним, а ты, дружок, будь любезен, не суй свой любопытный нос куда не надо и сиди дальше со своей куклой, пока не настанет апокалипсис! –отвечала ему девушка, поглаживая своего мохнатого друга, который, мурлыкая и сонно покачиваясь, сидел у неё на коленях. —Долорес тебе не кукла, ясно? —Да плевать я хотела на то, как ты её назвал! Ты только с ней и возишься и не замечаешь того, что происходит с живыми людьми вокруг тебя! Неужели ты забыл всё, что было раньше? Т-ты просто взял и выкинул те воспоминания из головы.. Всё же было хорошо... Так куда же это «хорошо» пропало? Пятый, не став ничего отвечать на лекцию сестры, недовольно шмыгнул носом, развернулся и ушёл, оставив шатенку наедине с котом. Та вновь почувствовала, как ей стало одиноко... Слова мальчика снова задели её, девушке уже окончательно расхотелось как-либо пересекаться с токсичным братом. «—Опять эта детская обида...» –подумала Айседора–«Может хватит мне думать об этом придурке и жить прошлым? Как же я устала от всего этого...» Но всё это ещё цветочки по-сравнению с тем, что успело произойти за неделю... Ваня обрела силу, которую отец тщательно скрывал от неё самой и от других, чтобы никому не навредить. Но та же тихая и скромная Номер Семь в порыве гнева перерезала гортань Эллисон, и теперь Третья не может вымолвить ни слова. Нашлась и причина самого апокалипсиса —новый друг Вани, Харольд Дженкинс, который именует себя как безобидный столяр Леонард Пибоди. От всего этого голова так и уходила в пляс, оставляя лишь негативные мысли... «—Интересно, а сможем ли мы выжить на этот раз?...» –спросила в мыслях сама себя Айседора. С этой мыслью девушка проходила весь день, а потом и вовсе легла с ней спать, зная, что следующее утро для неё может стать последним...