Точкой горизонта

Близнецы и Суна шли домой поздно вечером после тяжёлой тренировки, будучи до жути уставшими и немного сонными. Осаму уже не хотелось провожать Ринтаро, а отпускать того так поздно домой одного он не собирался, так что было принято решение оставить Суну на ночёвку у себя. Когда половина пути была пройдена, Ацуму вспомнил, что еды дома не наблюдалось, а ребята были до жути голодными, так что Мия предложил зайти в KFC, которое так вовремя оказалось рядом, да к тому же и работало допоздна. — Что заказывать будем? — Осаму проигнорировал настоящие кассы, подойдя к автомату, где нужно просто тыкать по кнопкам, дабы сделать заказ. Когда каждый выбрал себе по набору еды, Осаму приложил карту к терминалу, оплатив. Вылез чек с номером заказа, после чего ребята сразу же пошли за самый дальний столик, ожидая появления своей цифры на табло в столбце «готовы». — Спать хочу, — вздыхает Суна, кладя свою голову на плечо Осаму, а тот притягивает парня к себе поближе, переплетая пальцы их рук. Ацуму уже привык к тому, что его брату больше повезло в личной жизни, но мириться с этим не хотел, каждый раз морщась, если видел подобные моменты их слащавых отношений. Саму целует Ринтаро в макушку, прикрывая глаза, а Ацуму отбирает у него чек, ибо услышал крик «сто первый готов». Мия забрал поднос с едой и несколько стаканов колы прямо из рук высокого и улыбчивого парня со светло-коричневыми волосами, который мягким голосом поблагодарил за заказ. Ацуму приносит за свой столик всё это, а ребята начинают разбирать еду, откладывая себе то что заказали. — Эй, а где моя картошка? — спрашивает Ацуму, хмурясь, когда замечает, что ему не хватило пачки картошки фри. — Ты её заказывал? — вздыхает Осаму, а его брат начинает сердиться, ведь «он не настолько тупой», — ну, сходи и спроси, — Мия пожимает плечами, а после берет кусок курицы, самостоятельно кормя им Суну. — Фу, — фыркает Ацуму, а после встаёт, направляясь к кассе, — извините, вы мне не положили картошку в заказ, — обращается он к тому улыбчивому парню, скучающему на рабочем месте, ведь в такой поздний час посетителей и заказов толком не было. — Оу, правда? — Комори Мотоя. Так звали парня, ибо Ацуму сумел прочитать имя и фамилию на бейджике. Комори вздохнул, а после повернулся к окошку, ведущему на кухню, — Сакуса, нужна ещё картошка! Через несколько секунд дверь, находящаяся рядом, раскрывается, и Мия видит уставшего, как и он сам, парня в маске. У того была смешная причёска, ибо волнистые волосы забавно смотрелись, будучи торчащими во все стороны из-за козырька с логотипом фирмы. — Нет картошки, придётся подождать не меньше 20 минут, — обращается он к своему коллеге, а после уходит обратно на кухню, хлопая дверью. Ацуму вздыхает, ибо понимает, что торчать тут 20 минут нет ни сил, ни желания. — Давайте вы мне её завтра отдадите, ладно? Я зайду, — просит он, разворачиваясь обратно к своему столику. Комори хмурится, неловко сказав, мол, «так нельзя», но Мие, если честно, сейчас как-то на всё плевать. Он снова вздыхает, складывает свою еду обратно в пакет, а после замечает, что Осаму с Суной за столь короткое время слопали чуть ли не всё, что у них было. — Пошли, дома доедите. На следующий день тренер пожалел ребят, да и на уроках было не настолько тяжело, поэтому домой они возвращались чуть раньше. Как только на горизонте показался тот самый KFC, Ацуму вспомнил про свою вчерашнюю картошку, говоря Осаму и Суне, что стоит зайти. — Серьезно? — Осаму смотрит на брата как на бешеного, ведь через окно увидел огромную очередь на кассу, — мы слишком рано сегодня пришли, Ацуму, забудь про картошку. — Нет! — Мия хмурится, а после открывает входную дверь, оборачиваясь, — можешь пока что Суну проводить и вернуться, я заберу свою картошку! — Придурок… Осаму всё же пошёл отводить Ринтаро домой, а Ацуму, закатив глаза, встал в конец очереди, заметив, что сегодня на кассе стоит не тот «весёлый чел», а парень в маске, который выходил из кухни, сообщая, что картошка закончилась. «А он не особо общительный», — отметил про себя Ацуму, замечая, что тот даже не старался улыбаться или предлагать что-то посетителям от себя. — Сакуса, ты сейчас всех гостей распугаешь, — шепчет Комори, когда закончил протирать столы и прибежал помогать на кассе. Ацуму, разумеется, не расслышал, но примерно понял суть разговора, прочитав по губам. Киёми (снова Ацуму прочитал имя на бейджике) кивнул, не приняв во внимание этот комментарий. Когда пришла очередь заказа Мии, тот сказал, что они вчера не дали ему картошку, поэтому он пришёл за ней сегодня. — Сегодня? А почему не через неделю, не через месяц? — вздыхает Сакуса, попросив кузена позвать их администратора. Пока тот бегал, Киёми смог поближе рассмотреть Мию: тот стоял со спутанными проводными наушниками в ушах, пусть музыки там и не было, на его голову была набекрень напялена шапка с глупым рисунком, а щёки сильно покраснели от мороза. Его варежки казались мокрыми и были чуть грязными, словно тот играл в снежки, используя снег, который лежит на дорогах — серый и неприятный. Рюкзак парня был потрёпан, а одна из лямок с тихим треском отрывалась буквально на глазах. Ацуму, в своё время, не уступал Сакусе, так же разглядывая его: у того на голове снова был глупый козырёк, из-за которого волосы выглядели смешно и мило. На лице Киёми красовалась голубая медицинская маска, а поверх красной футболки была накинута чёрная толстовка. «Замёрз что ли?» — думает Ацуму, после чего сразу же к нему подбегают Комори и администратор этого заведения, Ойкава Тоору, если верить бейджику. — Что у вас случилось? — вздыхает он, спрашивая у Мии, а затем поворачиваясь к Сакусе, — ты отвлёк меня от важного разговора с Ива-чаном, я это ещё припомню. — Мне вчера не положили картошку. Я хочу забрать её сейчас, — Ацуму снимает варежку, достаёт из кармана телефон и смотрит на время, пока Ойкава думает о смысле сказанного. — Ну так дайте ему картошку, — обращается Тоору к работникам, — жалко что ли? — Но мы ведь… — Сакуса хочет что-то сказать, но его перебивает Ойкава, поднимая вверх указательный палец руки, мол, сейчас будет что-то очень мудрое и важное. — Просто следующим покупателям кладите примерно на картошинку меньше, вот и все. Так, а теперь я вернусь к Ива-чану, надеюсь, что проблем больше не возникнет, — Ойкава не собирается слушать то что Сакуса ему хочет сейчас сказать, но быстро и смазанно извиняется перед Ацуму, убегая в какое-то служебное помещение. — Ужас, — вздыхает Киёми, кладя ладонь себе на лицо. Мия ещё вчера заметил, что у него есть мешки под глазами и в целом усталый вид, но не обратил на это должного внимания, — Комори, сделай ему картошку, — Мотоя кивает, а Сакуса кивает в сторону, как бы прося Ацуму отойти от кассы к месту выдачи заказов, и тот, улыбнувшись, хочет сказать какую-нибудь «крутую» фразу напоследок. «У вас тут всегда картошку бесплатно раздают?», «красавчики, ребят, такими темпами все люди без еды останутся», «я-то думал, что вы мне не уступите», — Ацуму не смог выбрать, что из этого звучит лучше, тем не менее, говорить хотелось, но в мгновение, когда он открыл рот, все мысли и слова в голове перемешались, заставляя парня выдать что-то странное, из-за чего заведение он покидал с постыдно опущенными глазами, горячей картошкой в руках и до жути смущённый. «У вас тут, раздаёте… на-аа бесплатно красавчиков?» — Что он сказал? — когда Ацуму вышел, Комори уже не смог сдержать смех из-за той фразы. Посмотрев на Сакусу, который нахмурился (в основном он делал так, когда тупил), Комори убедился в том, что ему это не послышалось. — Я тоже не понял. Через два дня Ацуму шёл домой только с братом — Суна заболел, так что в школу не ходил. Осаму предложил навестить своего парня, а Ацуму согласился, ибо делать после школы всё равно нечего — тренировки сегодня нет, вернутся к себе они рано. — Слушай, может быть ему мороженое с кофе купить? — остановившись перед входом в KFC, задумывается Осаму, а Ацуму, поймав флешбеки, стал качать головой в стороны, мол, «не стоит». — Он же там больной лежит, какое мороженое, Саму? — вздыхает Ацуму, продолжив свой путь, — не тупи, пойдём быстрее. — Тогда просто кофе, не бурчи, там всё равно очереди нет, — Мия перехватывает запястье брата, таки-затаскивая его в заведение, — пять секунд. Ацуму остаётся стоять у входа, перебирая мелочь вперемешку с обрывками бумажек в кармане, пока Осаму заказывает кофе, а на кассе снова стоял тот самый Сакуса, который явно заметил Мию, стоявшего в уголке. — Я буду ждать, Ива-чан! — кричит администратор, голос которого Ацуму распознал буквально сразу же — он был уж больно запоминающимся. Обнявшись с «Ива-чаном» возле служебного помещения, Ойкава улыбнулся, а тот черноволосый парень пошёл к выходу, случайно стукнув Ацуму дверью, ведь не заметил его, будучи на вид уставшим. — Эй! — хмурится Мия, привлекая к себе внимание персонала, Ивайзуми и брата, который сейчас был единственным посетителем. — Как грубо, Хаджиме! Извините его, — Тоору вмиг оказывается рядом с «потерпевшим», а Осаму смеется в кулак, глядя на рассеянное выражение лица брата. — Эээ, извините, да, — скомканно мямлет Ивайзуми, а после всё же выбегает из KFC в противоположную от дома Мии сторону. — Я надеюсь, что кофе за наш счёт сгладит вину? — спрашивает Тоору, а после слышится «за твой, Ойкава, счёт» от Сакусы, — я разберусь и сам, Оми-кун. «Оми-кун, надо взять на заметку», — зачем-то отмечает для себя Ацуму, а после пытается отказаться от бесплатного кофе, но взгляд брата заставляет сразу же передумать, мол, «пока кормят — ешь, пока поят — пей». Пока Ацуму пил свой честно (нет) полученный кофе и закусывал клубничным мороженым, а Осаму ел вишнёвый пирожок, заляпав подбородок начинкой, Киёми не отвлекался от работы, спокойно обслуживая посетителей, которые появлялись сейчас редко — раз в две минуты, не чаще. Близнецы сидели тут уже почти полчаса, за дальним столиком, ибо Суна внезапно написал, что его забрала к себе бабушка, поэтому навещать парня сегодня не стоит. — Из-за тебя ему уже неловко, — говорит Осаму брату, который без перерывов прожигал взглядом Сакусу. — Ты о чём? — Ацуму отвлекается, делая новый глоток кофе, а Осаму вздыхает, мол, «ты прекрасно понимаешь, о чём я». — Этот парень уже отвернулся от нас, ибо ты его заебал. — Но я же ничего не сделал, — пожимает плечами Мия, снова кидая короткий взгляд на Киёми. «И в правду, когда мы только зашли сюда, он не отворачивался от кассы». — Ты его сейчас сожрёшь глазами, — говорит Осаму, снова печатая что-то Суне в телефоне. — И что теперь? Мне уже смотреть никуда нельзя? — Ацуму откидывается на спинку кресла, проверяя время на своих часах — по-прежнему нет пяти, ещё очень рано. — Как знаешь, — Осаму не стал раздавать советов по типу «подойди и познакомься», так как во-первых видел, что Сакуса не особо горит желанием начинать с кем-либо диалог, а во-вторых решил, что свои любовные дела Ацуму будет разгребать сам — месть за то что в своё время не помог Осаму набраться смелости для признания Суне. — Ага. В следующий раз на пороге забегаловки Ацуму оказался лишь через 3 дня. Пятница выдалась довольно тяжёлой, из-за чего ребята возвращались домой полумёртвые (Суна уже мог ходить в школу). Мия умолчал о том что последние несколько дней в его голове стоял образ того странного парня из KFC, пусть Осаму и сам догадывался об этом, то и дело нашёптывая всякую ересь на ухо Ринтаро. К огромному сожалению Ацуму, сегодня Сакуса не работал — у него выходной, зато туда-сюда носился уставший Комори, протирая столы и выбрасывая остатки еды с подносов. Будучи приличными людьми, Осаму и Суна кивнули в знак приветствия, но Ацуму решил что этого будет мало, так что буквально подошёл пожать Комори руку, чему тот удивился. — Вау-вау-вау, Мотоя, неужели ты подружился с вип-клиентом? — Ойкава снова появляется неожиданно и эффектно, кладя руку на плечо Комори. — «Вип-клиентом»? Извините, это я? — Мия не чувствовал себя неловко и не ощущал растерянности, находясь сейчас рядом с этими ребятами, зато Осаму и Суна — да, поэтому ушли делать заказ самостоятельно, узнав предпочтения Ацуму в еде. — Да, ты. Оми-кун вчера тебя так назвал, — Ойкава улыбается во все тридцать два, а Мотоя стиснул зубы, пихнув Ойкаву в плечо и посмотрев на него жутким взглядом, мол, «ты сейчас наговорил лишнего». Будучи братом Осаму и тесно общаясь с Суной, Ацуму уже давно научился понимать людей без слов. — Оми-кун? — Мия, кажется, быстро понял о ком идёт речь, ибо от этого упоминания у него что-то ёкнуло внутри, заставляя сердце биться быстрее. «Он говорил обо мне?», — ты про угрюмого в маске? — Господи, неужели я не один его так называю, — Ойкава счастливо вздыхает и тянет Ацуму руку для рукопожатия. — Стойте, а почему я вип-клиент? У меня же нет никакого випа, — на секунду задумывается Мия, а Комори наконец-то сдаётся, прыская со смеху, — эй, несмешно! — Мы называем так всех, кто нам запоминается. Вот ты, например, сказал смешную фразу. Мы в честь тебя беседу свою назвали, — протирая тряпкой очередной стол, — как же там… А, точно, «раздаёте на бесплатно красавчиков», да? — Эй! — Ацуму чувствует себя униженным, пусть это и не так, стесняясь того высказывания. «Блин, как я вообще мог так облажаться». — Я всегда знал, что я умнее, — говорит Осаму, внезапно появившись за спиной брата, дабы сказать, что их еду уже приготовили. — О, да, Сакуса сказал так… Же, — Ойкава резко закрывает ладонями собственный рот, а Мия, пожаловавшись на «ужасное обслуживание и персонал», выпросил у этого администратора номер Киёми. Чисто чтобы кое-что прояснить, ага. [19:04] вообще-то я умный из близнецов. [19:04] но для тебя можно Мия Ацуму [19:05] Кто ты и зачем мне пишешь? [19:05] НЕ ДЕЛАЙ ВИД ЧТО НИЧЕГО НЕ ПОНИМАЕШЬ [19:08] ты назвал меня тупым??? [19:08] Ясно, пора менять номер. Следующий я Ойкаве ни за что не сообщу, до свидания [19:08] А-НУ СТОЯТЬ [19:09] я умный и сейчас докажу: [19:09] я знаю строение растительной клетки [19:10] Молодец, с такими же знаниями я пошёл работать в KFC [19:10] эу стоп [19:10] я думал что ты ещё в школе учишься… [19:15] не молчи [19:17] ты меня заинтересовал [19:17] А ты меня нет, прощай [19:17] ДА ПОГОДИ [19:18] ты закончил школу??? [19:20] ну и ладно [19:20] спрошу у вашего администратора [19:20] Что тебе от меня нужно? [19:20] признай что я умный [19:20] Пока [19:21] дай номер Ойкавы [19:21] Отвянь [19:21] так перестань мне отвечать [19:22] ЭЙ НЕТ НЕ ПЕРЕСТАНЬ [19:22] Старшая Итачияма, второй год [19:22] Теперь отвали [19:23] Я ТОЖЕ ВТОРОГОДКА [19:24] ты меня ещё больше заинтересовал [19:24] а чем ты увлекаешься??? [19:30] ладно, я приду в ваш KFC и достану тебя вопросами лично [19:30] Я сменю место работы. [19:30] не стоит [19:34] Ты жуткий и пугаешь меня. [19:35] я не могу пугать, я прекрасен Отложив телефон на край стола, Ацуму с тупой улыбкой стал есть бургер, пока Осаму и Суна на него косо смотрели, переглядываясь друг с другом. — Ты реально начал доставать того парня? — с глубоким вздохом спрашивает Осаму, пока Ринтаро жуёт картошку, мысленно желая Сакусе терпения и нервов — на Ацуму их понадобится много. — Я не достаю, а убеждаю! Я умный, так что он не должен обо мне так отзываться, — хмыкает Мия, а его брат закатывает глаза, сжимая под столом руку своего парня. — Ты не просто тупой, Цуму. Ты самый настоящий идиот. К сожалению Ацуму (но к счастью Сакусы), следующий день — суббота, так что выходить куда-либо Ацуму было слишком лень, да и к тому же их завалили домашней работой, выполнять которую Мия ненавидел всей душой, так что частенько приходилось стаскивать тетради Осаму, дабы списать по красоте. «Как у этого Сакусы в старшей школе времени на работу хватает?» — вопрос так и крутился на языке Ацуму всю субботу и всё воскресенье, но написать Киёми он не решился — подумал, что спросит лично как только окажется в той забегаловке. Вечером воскресенья в комнату брата врывается Осаму, дабы сообщить, что сразу же после школы в понедельник он идёт знакомиться с родителями Суны. — Если опять поскачешь в свой KFC, то бери хотя бы салат, а не бургеры. А то совсем дома не ешь. — Добрый день! — Ацуму приветливо и тепло улыбается администратору, которого застал на входе в заведение: тот следил за тем, как какой-то молодой парень протирает столы, стоящие на улице. — Оу, привет. Видишь, мне уже следить за ними приходится! Ужас, а не жизнь, Куними, не отлынивай, — хмурится Ойкава, а «Куними» фыркает, продолжив оттирать какое-то чёрное пятно от одного из столиков, — ты писал Оми-куну, да? Иначе я не представляю причину, по которой он так обматерил меня в пятницу. — Да, писал, — Ацуму отводит взгляд в пол, а после Тоору всё же пропускает его внутрь, сказав, мол, «можешь поздороваться с ним». — Вау, какие люди, — Ацуму прячет замёрзшие щёки в ладонях, чувствуя, что рад видеть на рабочем месте Киёми. Тот устало вздохнул, заметив Ацуму, но на этот раз внутри была большая очередь, из-за которой Мие пришлось несколько минут ждать момента, когда он сможет заговорить с Сакусой. — Бокуто, обслужи, пожалуйста, этого сам, — шепчет Киёми на ухо парню, стоящему справа от него — тот выдавал заказы, а Сакуса их принимал. — Без проблем! — они меняются местами, и парень, на бейджике которого было выведено «Бокуто Котаро», готов выслушать заказ Ацуму, который впал в ступор. — Эй, нет, я хотел заказать у того парня! Это нечестно, — Мия обиженно надувает щёки, а в груди неприятное чувство, словно его отвергли, но когда стоящие сзади люди стали жаловаться, тот попросил у этого Бокуто пробить ему салат, — и всё же, Оми-Оми, чего это ты меня избегаешь? Тебе всё равно придётся выдать мне этот салат! — подойдя к стойке выдачи, стал жаловаться Мия, но в этот момент Сакуса и Бокуто меняются местами обратно — один на кассу, второй на раздачу, — ах, так? — Ацуму закусывает нижнюю губу, складывая руки «крестиком», а после разворачивается, гордо подняв голову, — ну и пожалуйста! Оставьте себе этот салат! Так и не отобедав, к вечеру Ацуму получил от Осаму сообщение, мол, «останусь ночевать у Суны, приготовь себе что-нибудь». Фыркнув, Мия стал одеваться в магазин — он рассчитывал на то что Осаму вернётся слишком поздно, но зато с продуктами, а тут такой облом. Часы показывали восемь, уже было темно, но Ацуму схватил со стола какие-то деньги, воткнул в уши спутанные проводные наушники и замкнул дверь, включив первую попавшуюся песню. Самым неожиданным и приятным за день моментом стала встреча возле одного из прилавков — Ацуму увидел Сакусу, который, вероятно, выбирал между клубничным и персиковым йогуртом. — Бери клубничный, — улыбается Ацуму, хватая с полки тот же йогурт, что и посоветовал Киёми, — и теперь ты никуда не убежишь! Прелесть-то какая. — Что тебе нужно от меня? — вздыхает Сакуса, назло этому надоедливому парню хватая персиковый йогурт, а не клубничный. — Зря, я же хочу как лучше, — хмурится Мия, тыкая в корзину Сакусы, где оказался слишком противный для Ацуму продукт, — и вообще, я просто хочу пообщаться, что в этом плохого? — Пообщайся с Ойкавой, он всегда рад, — Киёми закатывает глаза, и только сейчас Мия замечает, что тот вообще никогда не снимает эту дурацкую маску, из-за чего не получается как следует рассмотреть его. — Я и так с ним пообщался, а теперь хочу с тобой! — Ацуму оглядывается по сторонам, убеждаясь в том что Сакуса здесь один, — ну-ка дай сюда, — Киёми сначала не понял, зачем Ацуму вытянул руку вперёд, но когда тот сцепил маску с одного из ушей Сакусы, до того дошло, заставив резко отвернуться. — Ты что творишь? — поправив маску, Киёми хмурится, неодобрительно глядя на Ацуму, интерес которого лишь подогрелся. — Да ладно тебе! Ты стесняешься, Оми-Оми? У тебя там ожог? Что такое? Покажи, — Мия стал усердно стараться снять маску с Киёми, из-за чего тот, защищаясь, выронил корзину с йогуртом, творогом и чокопаями, чуть повредив пол. Работники магазина побежали разнимать ребят, ибо со стороны это было похоже на драку, но Сакуса быстро их успокоил, сказав, что всё в порядке, а Ацуму угомонился, перестав стаскивать с Киёми этот странный атрибут одежды. — Идиот, я просто не перевариваю микробов, — Ацуму плёлся за Сакусой до кассы, не желая отставать, а тот, кажется, немного смирился с этой участью, позволив Мие обойти вместе с ним весь магазин. Киёми спокойно купил всё необходимое и не собирался ждать Ацуму, поэтому сразу же направился на выход под возмущённый крик Ацуму, но остановиться его заставили тихие слова кассирши, адресованные Мие. «Вам не хватает, молодой человек. Всего лишь десяти йен», — сказала она, во второй раз пересчитав всю мелочь, высыпанную на подставку. Естественно, не хватает, ведь Ацуму не пересчитывал деньги дома и не взял с собой карту или купюры, просто спихнул всю мелочь со стола себе в карман куртки, лишь бы поскорее выйти прогуляться. К тому же, из еды Мия взял только тот самый клубничный йогурт, ибо больше ничего толком не хотелось. — Вот чёрт, тогда, пожалуйста, отмените, — просит Ацуму, но Сакуса, не успев хорошенько обдумать стрельнувшую в голову идею, подошёл к кассе и доложил к остальным монеткам десять йен. — Считай, что я тебе заплатил. Теперь отстань, — Киёми выходит из магазина, очень быстрым шагом удаляясь как можно дальше, а Ацуму, сразу же после получения чека выбежав на улицу, понял, что не успел его догнать. «Я должен тебе 10 йен, Оми-кун». [22:24] ты ведь завтра не работаешь да) [22:24] я знаю твою школу так что смогу прийти к тебе сразу же после своей!!! [22:26] Боже, ну что ещё? [22:26] я перед тобой в долгу и обязан тебе своей жизнью! [22:28] В таком случае, сделай одолжение: отвали [22:28] у тебя доброе сердце [22:28] Я просто не успел подумать. [22:29] но ты продолжаешь общаться со мной))) [22:29] Я сейчас же это прекращу [22:30] я всё равно завтра приду за тобой [22:31] У меня будет тренировка [22:31] ТЫ УСПЕВАЕШЬ ЕЩЁ И ТРЕНИРОВАТЬСЯ ОМГ [22:31] а во что ты играешь [22:32] Ты меня бесишь [22:32] это не игра [22:33] В волейбол, теперь ТОЧНО ОТВАЛИ [22:33] о божЕ АААА А ТЕПЕРЬ СКАЖИ НА КАКОЙ ПОЗИЦИИ [22:33] Я ТОЖЕ ИГРАЮ В ВОЛЕЙБОЛ Я СВЯЗУЮЩИЙ [22:33] А МОЙ БРАТ ДОИГРОВЩИК [22:34] НЕ МОЛЧИ ПОГОВОРИ СО МНОЙ [22:35] БОЖЕ Я ХОЧУ С ТОБОЙ СЫГРАТЬ [22:36] ну же не молчиии [22:42] теперь я 1000% от тебя не отстану… [23:35] а почему ты носишь маску микробы же не через рот лезут Полночи Сакуса жалел о том что так бездумно решил помочь этому Мие, доплатив за него 10 несчастных йен, ибо так он дал ему шанс на общение, продолжать которое у Киёми не было ни сил, ни желания. Ацуму бесспорно понравился ему ещё с первой встречи, когда сморозил какую-то ересь, и это сразу же заприметил Ойкава, воспользовавшись шансом их сблизить. «Тебе никто никогда не нравится, Оми-кун, я не упущу возможность свести тебя с кем-то, пусть этот человек будет на другом конце Земли!» — так несколько дней назад выразился Ойкава, после чего, естественно, получил подзатыльник от Ивайзуми. Тем не менее, внутреннее чутье кричало Сакусе, что он в дерьме. Причём конкретно. Киёми искренне надеялся, что он не влюбился, пусть обманывать себя — не то, чем он любил заниматься. Наверняка у Ацуму есть девушка или хотя бы человек, который ему нравится. Плюс ко всему этому, он спортсмен — сам сказал так — времени должно быть мало, и плевать на то что Киёми сам такой же, его сознание кричало что-то типа «вы не понимаете, это другое». Сакуса наврал Ацуму по поводу тренировки, ибо она у него не во вторник, а в среду, лишь бы Мия реально не захотел прийти в школу Киёми. Сразу же после этого он пошёл на работу, где за кассой стоял — на удивление — Ойкава. Оказалось, что Комори сегодня внезапно заболел, а подменить его было некем, так что Сакусе придётся до вечера слушать подколы от Великого Короля — так его называли все, кому не лень выговаривать столько букв. — Хочешь послушать мою историю любви, Оми-кун? — спрашивает Ойкава, когда весь народ у кассы растворился — час пик кончился. — Уже слышал её от Ивайзуми, так что прошу отстать, — вздыхает Киёми, облокотившись о стойку выдачи заказов. Тут же из кухни выходит Бокуто, заметив, что посетителей пока нет. — Я хочу послушать! А потом могу рассказать свою с Акааши, — Котаро всегда был таким — слишком энергичным, он участвовал во всех разговорах и мог поддержать диалог на чуть ли не любую тему (если она не касается чего-то слишком точного и научного). — Я совсеееем не знаю, знакомо ли тебе, Оми-кун, это чувство, но, — Ойкава растягивал слова, медленно произнося каждую букву, что на самом деле немного раздражало Сакусу, который не хотел в очередной раз выслушивать от Ойкавы «я же вижу, тебе нравится этот парень!», — мы с Ива-чаном… — Я знаю, я помню. Ойкава, хватит лезть в мою личную жизнь, я видел этого человека всего несколько раз. — Любовь с первого взгляда никто не отменял! — воодушевленно говорит Тоору, а после замечает человека, который пришёл сделать заказ. И, чёрт возьми, в этом человеке Сакуса узнаёт Суну — «видимо, парня брата-близнеца этого Мии», если быть точнее. Ринтаро заказал один кофе и три порции мороженого с собой — два карамельных и одно клубничное, что очень важно. Суне, кажется, было вообще плевать на Сакусу, ибо он лишь раз кинул на того короткий взгляд, поприветствовал кивком. «Я не сомневаюсь в том, что клубничное мороженое именно для Ацуму», — отметил про себя Киёми, вспоминая, как тот вчера симпатизировал глупому клубничному йогурту (кстати, стоит признать, что персиковый действительно оказался невкусным). Ринтаро спокойно забрал заказ и вышел из забегаловки, а Киёми стало интересно (нет), почему тот сегодня без близнецов. Из размышлений его довольно быстро вывел ещё один гость, который для этого места был совсем не новым. Бокуто сразу же выбежал из кухни, накинувшись с объятиями на Акааши, который зашёл поздороваться с друзьями. — Я вас тоже люблю, Бокуто-сан, но вы же меня задушите, — хрипло говорит Кейджи, когда дышать из-за объятий Котаро становится тяжело, а тот, понимающе кивнув, отпустил парня, просто переплетая их пальцы. — Акааши, ты здесь! Нам нужно твоё мнение, как ты считаешь: Сакуса влюблён или нет? — Ойкава вскидывает руки вверх, а Киёми в который раз за день раздраженно фыркает, уже серьёзно подумывая обменяться с Бокуто местами — тот будет стоять на выдаче, а Сакуса готовить на кухне вместе с Куними и Киндаичи, которые мало контактировали с кем-либо, кроме, конечно, друг друга. — Чего? — Кейджи изумлённо вскидывает одну из бровей кверху, оглядывая Сакусу, который одним своим взглядом тысячу раз кричал «спасите меня от Ойкавы Тоору», — как я могу это определить? Ойкава, у тебя крыша едет? — Да нет же! Клянусь своей невинностью, он положил глаз на одного из посетителей! — Ойкава обиженно поджал губу, ибо ему не спешили верить, а Киндаичи и Куними, впервые за день покинувшие кухню, прыснули в кулак. — Зачем же клясться тем, чего нет, Ойкава-сан? Ближе к ночи, когда Сакуса уже возвращался домой, ему на телефон пришло уведомление от человека, общаться с которым ему особо не хотелось. [21:20] ты разбил мне сердце, Оми-кун [21:20] я тебе верил… доверял… [21:21] ты не играешь в волейбол, да? [21:21] Почему? [21:23] ОМГ ты всё-таки ответил [21:23] иначе зачем ты соврал про тренировку… [21:25] Не вижу смысла говорить тебе правду. [21:25] я тебе ни чуточки не нравлюсь да [21:26] Нет. [21:28] Но в йогуртах ты разбираешься [21:28] Я МОГУ СХОДИТЬ С ТОБОЙ ЗА ЙОГУРТАМИ ЕЩЁ РАЗ [21:30] Нет [21:31] ты умеешь говорить хоть что-то кроме нет [21:32] Да [21:33] я тебя понял [21:33] завтра зайду в KFC [21:35] Я не работаю завтра [21:35] я тебе больше не верю [21:35] Отстань [21:35] смирись [21:41] ты уже не отделаешься от меня [21:50] Я что-нибудь придумаю. [21:51] кстати, я забыл тебе кое-что сказать [21:51] у тебя милые волосы в кепке кфс Ацуму уже успел кое-что понять: выходил Сакуса всегда только в вечерние смены, а по выходным работал целыми днями. Его смены почти всегда совпадали с днями, в которые у Инаризаки тренировки, а это значит, что если Киёми не наврал и он действительно занимается волейболом, то он тренируется в свои выходные, и те совпадают со свободными днями Ацуму. — Ты какой-то помешанный, мне жаль Сакусу, — говорит Осаму, когда Мия в школьной столовой вкратце пересказывает всю полученную информацию брату, — к тому же он не горит желанием с тобой общаться, — Саму лениво хватает палочками рис с рыбой, кормя ими то себя, то Суну, что заставляло Ацуму морщиться, говоря, как же противно они смотрятся (ложь). — Это он пока что не горит, Саму! К тому же, он оценил мой вкус, — Мия гордо задирает голову, приподнимая указательный палец вверх, словно сказал что-то умное, а Суна и Осаму, переварив последнее предложение, переглянулись и решили спросить: — Какой вкус? — спрашивает Ринтаро, а Ацуму на этом моменте понимает, что не рассказывал ни брату, ни Суне о внезапной встрече в магазине. — О, я сказал ему, что клубничный йогурт лучше персикового. Это было в воскресенье, вы тогда киданули меня, — Ацуму стирает с щеки невидимую слезу, разыгрывая очень печальную сцену, словно все его предали, а Суна и Осаму синхронно закатили глаза, назвав Мию «идиотом». Когда Ацуму со своим братом и его парнем зашли в KFC, дабы «погреться, ведь у Суны руки холодные», то Сакусы действительно не оказалось на месте: тот, вероятно, не соврал по поводу тренировок. Мия побежал здороваться с Ойкавой, с которым они, на удивление, очень хорошо поладили, а Саму пошёл покупать кофе своему парню, дабы отогреть его как следует. — Сакуса реально играет в волейбол? — первый же вопрос, который Ацуму задал буквально в лоб Тоору, что пригласил новоиспеченного друга посидеть за столиком, дабы не мешать любовным делам Суны и Саму. — Один из тройки лучших асов Японии! — гордясь Сакусой, словно собственным сыном, отвечает Ойкава, — если честно, то тут все работники в волейбол играют. Дурдом какой-то, вот Комори, например, это тот светленький и улыбчивый, с Сакусой в одной команде! У них тренировка сегодня, — Ойкава тараторит так быстро, что Мия не успевает вставлять свои комментарии по типу «да, я знаю кто такой Комори», — а ещё он хорошо готовит и очень умный, пусть и до жути тупой! Ну, знаешь, это не прям проблема, просто… — Ойкава, перестань. Ты ж не замуж его выдавать собрался, — рядом неожиданно появляется ещё один человек — Ивайзуми Хаджиме, если быть точнее — кажется, Ацуму уже слышал его фамилию из уст Ойкавы, да и в лицо помнил: это он стукнул Мию дверью в третий день их знакомства. — Мало ли, Ива-чан. Может быть и замуж, — Тоору улыбается, облизывая губы, и двигается, дабы Ивайзуми сел рядом с ним. Хаджиме приземляется на этот диван, кладёт свою ладонь на колено «Дерьмокавы» и целует того в щёку, — так, Ива-чан, это Мия. Мия, это Ива-чан! — Ойкава хлопает в ладоши, радуясь, что смог адекватно познакомить своего парня с человеком, которого так сильно пытается навязать Сакусе. — Если ты общаешься с Тупокавой, то я тебе соболезную, чел, — вздыхает Ивайзуми, заставляя Ойкаву обиженно пихнуть того в бок, — ладно, шучу. — Большое спасибо, — Ацуму благодарно кивает, а после его брат ставит перед ним рожок клубничного мороженого, делая Мию до жути счастливым. — Ешь, — говорит Осаму, поедая такой же рожок, но с карамельным сиропом, а Ойкава в голове отмечает, что должен рассказать Киёми о любви Ацуму к клубнике. На следующий день Ацуму снова забегает в забегаловку поздно, да к тому же и совсем один. В очереди стояло два человека, а на кассе — неудивительно — Сакуса. Ойкава, как оказалось, уже ушёл домой, так что поговорить в ожидании заказа было не с кем. К слову, сегодня Комори наконец-то вылечился и смог выйти работать, так что кухня казалась со стороны чуть более живой, чем была до его выздоровления. — Мне клубничное мороженое, Оми-Оми, — улыбается Ацуму, вываливая на подставку горку мелочи. Сакуса кивнул, проигнорировав очередное глупое прозвище, но мороженое пробил. — Ваша сдача, ваш чек, приходите ещё, — устало говорит он, но Мия не тянется за сдачей, забирая только чек. Киёми смотрит вниз: осталось только 10 йен. Десять йен, которые он дал Мие тогда, в магазине, — о боже, неужели нас больше ничего не связывает? — Нет, Оми-кун, наоборот! Теперь нас связывает ещё больше всяких вещей и воспоминаний! Ацуму сидел в забегаловке сегодня намного дольше, чем обычно: через пятнадцать минут у Киёми уже должна закончиться смена (как и у всех присутствующих), после чего они закроются, но Мия и дальше сидел, дожидаясь, кажется, закрытия. — Только не говори, что ты хочешь выследить мой адрес или пойти за мной, — спрашивает Сакуса, а когда проходит ещё десять минут, он надевает куртку. — Не говорю, а делаю, Оми-кун. Давай прогуляемся? — Ацуму улыбается, склонив голову набок, из-за чего у Киёми в животе что-то скручивается и режется, будто дохнут миллионы бабочек. — Слушай, что тебе нужно от меня? — устало спрашивает Сакуса, когда понимает — влип он по-настоящему и серьёзно, ибо одна лишь улыбка Ацуму вызывает у него целую бурю эмоций. — Я скажу тебе, но сначала узнаю где ты живёшь. Договорились? — Нет, не договорились. Ты потом до своего дома от меня дойти не сможешь, а на ночь приглашать не буду. — Я и не собирался навязываться к тебе, Оми-кун! — обиженно говорит Мия, приподнимаясь с дивана. — Ты буквально делаешь это уже минимум неделю. Перед выходом Ацуму купил ещё одно клубничное мороженое, и этот заказ стал последним на сегодня. Закрыв заведение, все разошлись, а за Сакусой всё-таки увязался Ацуму, который в такой ужасный мороз ел такую холодную еду. — Ну же, Оми-кун, попробуй! — Мия пихал в лицо Киёми рожок с клубничным мороженым, которое самостоятельно несколько раз уже облизнул. На улице было очень темно, так что рассмотреть скорчившуюся гримасу Сакусы и покрасневшего Ацуму было почти нереально. — Отстань, — Сакуса отворачивается, из-за чего Ацуму случайно мажет мороженым по его щеке, ведь пытался буквально самостоятельно запихнуть сладость в рот Киёми. — Упс, — Мия глупо улыбается, а после спешит остановиться. Сакуса, последовав примеру знакомого, тоже замирает, дабы спросить, в чём дело. Вместо ответа Ацуму просто начал вытирать лицо Киёми рукавом свободной руки. Будучи в замешательстве, Сакуса не двигался, а Мия, закончив вытирать чужое лицо, довольно улыбнулся, похлопав ладонью чистую щёку друга, — прости, идём дальше. — Мой дом вот здесь, — говорит Сакуса, показывая на одну из многоэтажек и сворачивая к ней. — Мы так быстро дошли? Круто, Оми-кун, тебе повезло жить так близко к работе! Ладно, я пошёл тогда, увидимся скоро, — невнятно тараторит Ацуму, после чего проводит собственной ладонью по щеке Сакусы, а после смазанно целует его скулу, смущённо отвернувшись. Киёми при этом никак не реагировал, заливаясь едва заметным румянцем, который можно было спихнуть на мороз, и тупо смотрел в одно место — куда-то за спину Мии, лишь бы не на него самого. — Эээ? Оми-Оми, ты вообще здесь или на Марсе? — Ацуму волнуется не меньше самого Сакусы, пусть второй это никак не проявляет на данный момент, — ты- — Просто отвали, — шепчет Киёми буквально на автомате, ибо всегда отвечал это Ацуму в любой непонятной ситуации, но сейчас он довольно быстро понял, что зря вот это вот сморозил, ибо ужас, застывший на лице Ацуму, дал о себе знать, — стой, я не- — Извини, — выдыхает Мия, отворачиваясь. Сакуса перехватывает его запястье, но оно довольно ловко выскальзывает, а Ацуму убегает, оставляя после себя сладкий клубничный аромат и воображаемый ожог на щеке Киёми в виде поцелуя (по крайней мере, ощущалось это именно так). Сакуса не срывался с места, не гнался за Ацуму и не собирался возвращаться за ним — Киёми не мог поверить в реальность всего происходящего. И плевать, что дом, возле которого они остановились — вовсе не его. Сакуса лишь хотел поскорее отвязаться от Мии, дабы не сорваться, выставив напоказ все свои чувства. — Выглядишь не очень, Цуму. Где ты был до поздней ночи? — спрашивает Саму, когда в дверном проёме с утра появляется брат, дабы вытащить из холодильника свой йогурт на завтрак, — совсем не очень… — Пытался признаться в чувствах, — Мия шмыгает носом, а брат отмечает, что он, кажется, заболел, ибо через несколько секунд Ацуму дважды чихает, облокачиваясь о стенку. — И как? — Осаму ставит чайник, параллельно отвечая Суне что-то на привычное «доброе утро❤️», — ты опять ел мороженое на морозе, да? Или на этот раз сосульки? — Саму хочет разрядить обстановку, как-нибудь поддержав брата, но тот хмыкает, вытирая нос рукавом толстовки. — Ел, — Ацуму выглядит невыспавшимся, а Осаму понимает, что ему хочется совственноручно дать по носу этому Сакусе, пусть тот ни в чём не виноват: мы не выбираем, кого нам любить, — мороженое, не сосульки. — Молодец, — Осаму кивает, а после подходит к Ацуму, крепко прижимая его к себе. В детстве они часто так делали, когда надо было поддержать друг друга: чаще всего Осаму утыкался в плечо Ацуму, жалуясь на тяжелые нагрузки. Но сегодня было наоборот: Саму обнимал Ацуму, гладя брата по спине, а второй рукой зарываясь в его волосах. — И на что я рассчитывал, Саму? — Оми-кун, помнишь, я называл тебя тупоголовым? Так вот, забудь, ибо ты просто самый тупой человек в мире, — вздыхает Ойкава, выслушивая историю Киёми от и до: тот решился рассказать, спрашивая, было ли это намёком на что-нибудь серьёзное. — Ему нужна поддержка и объяснение, а не твои причитания, Тоору, — цокает Ивайзуми, гладя Ойкаву по голове и зарываясь пальцами в его волосах, — не всем так повезло с парнем, как тебе, знаешь ли. — Как эгоистично, Ива-чан! Это я должен говорить так, — Ойкава вздыхает, утыкаясь носом в плечо Ивайзуми, обдумывая, как его тупому другу поступить дальше, — у тебя же есть его номер? Напиши туда. — Я в чёрном списке, — Сакуса говорит томно, растягивая и обдумывая каждую букву, что он собирается произнести, а в голове так и плясали картины вчерашнего дня, — согласен, я идиот. — И его школу ты, конечно, не знаешь, да? — спрашивает Тоору, закатив глаза на очередной отрицательный кивок, — да ты вообще хоть что-нибудь о нём знаешь? — Знаю: он меня всё время бесит и у него есть брат. — Этого достаточно чтобы влюбиться, ага, — Тоору проверяет свой телефон, зажимает кнопку записи голосового сообщения и подносит к лицу Сакусы, кивая, мол, «ну, говори». Киёми отодвигается, дабы посмотреть на получателя, и что-то внутри переворачивается, когда он действительно видит «Мия Ацуму». — Ацуму, — Сакуса вздыхает, а голосовое записывается уже секунд пятнадцать, не меньше. Посетителей обслуживает Комори, стоя сразу и на кассе, и на выдаче, дабы кузен смог быстренько наладить свои любовные дела, — давай поговорим ещё раз, пожалуйста. — Серьёзно, Оми-кун? — спрашивает Ойкава, когда он отправляет приятелю сообщение длиной в минуту, но по содержанию ограничивающееся в шести словах, — он задолбается это слушать. — Хоть бы место и время сказал, ей богу, — вздыхает Ивайзуми, а после уводит Ойкаву в служебное помещение, мол, «работать надо». Если честно, то Киёми не понял, когда это Ивайзуми успел стать их работником и тусить здесь на постоянной основе, но не стал вдаваться в подробности, подперев подбородок рукой, возвращаясь к кассе. Ацуму сообщение от Ойкавы прочитал, но Сакуса понимал, что у них сегодня, вероятно, тренировка. К вечеру в заведении всё же появились Осаму со своим братом и парнем. Он кивнул им в сторону стола, а сам пошёл к Сакусе, дабы прояснить несколько моментов. Комори, к сожалению, снова пришлось постоять несколько минут на сразу нескольких местах. — Я в курсе того, что произошло у вас вчера. Зачем ты снова позвал его на встречу? — спрашивает Саму, а после кидает короткий взгляд в сторону брата: тот всё время шмыгал носом, ведь отказался оставаться дома, пусть и приболел, но при этом выглядел ещё и растерянным, оглядываясь по сторонам. — Он мне нравится, я хочу поговорить, — поясняет Сакуса, поправляя свой козырёк, который так нравится Ацуму на его волнистых волосах, — честно. — Как же у вас всё сложно, — вздыхает Осаму, но после вспоминает, что у него с Суной история была не хуже, поэтому всё же подзывает брата, оставляя его наедине с Киёми. Ну, как наедине: вокруг было куча сотрудников, посетителей и бешеный Ойкава Тоору, что так жаждал свести этих двоих, но кого оно волнует, если ребята стояли чуть поотдаль от этого балагана? — Я… Ацуму, прости, я не это имел в виду вчера, — говорит Сакуса, прикусывая нижнюю губу. Мия стал казаться чуть более живым, но всё таким же расстроенным, так что Киёми, как и Ацуму вчера, сжал руку парня в своей, поглаживая. Они встретились взглядами, так что Сакуса свободной рукой приподнял лицо Мии, так же смазанно целуя в щёку. — Я готов признать, что ты не «тупой из близнецов», Цуму. Сакуса видит, как глаза Ацуму загораются, а губы замирают в полузаметной улыбке. Кинувшись на шею Сакусы, Мия на всю забегаловку закричал, мол, «да, Оми-кун, я согласен быть твоим мужем». — Я же говорил, что ожидание того стоило, Ива-чан! — сняв всё на камеру, самодовольно улыбнулся Тоору.