Жизнь за гранью войны

За солнечными сентябрьскими днями пришел дождливый октябрь. Погода резко испортилась. Дождь моросил не переставая, иногда усиливаясь до ливня, иногда переходя в мелкую морось. Дороги размыло, превратив их в непроходимую грязь. Студенты старались не появляться на улице, выходили лишь для занятий по уходу за магическими существами, который проходили в сторожке у Хагрида или чтобы добежать до теплиц Мадам Стебель. Большую часть свободного времени дети старались проводить в своих гостиных поближе к разожжённому камину. Настроение учеников стремительно падало, что конечно же сказывалось на учебе. Поэтому преподаватели стали чаще проводить свои вечерние часы в кабинетах за приемом отработок. Предмет Лорелин эти беды не обошли стороной. Практической части занятий стало в разы меньше, меньше стало и диковинных существ на уроках. Их заменили проектор, манекены и тонны письменной работы, чему ученики были не очень рады. Не проходило ни дня, чтобы кто-то на ее уроках не получил «тролль» за безобразно выполненную домашнюю работу. Тяжелее всего приходилось на парах между Слизерином и Гриффиндором, к невыполненным заданиям там присоединялась еще и неукротимая межфакультетская вражда, которая сопровождалась вечными конфликтами и руганью, а в один день чуть не дошла до магической дуэли. Студентов пришлось растаскивать по разным частям класса заклинанием, снимать неимоверное количество баллов и оставить на отработки на ближайший месяц. Свободного времени у преподавательницы практически не осталось, она часто пропускала ужины, проверяя конспекты учеников, что уж говорить о заброшенной традиции пить с лесничим чай, а после прогуливаться по Запретному лесу в компании Агата. Со Снейпом тоже не удалось поговорить, и девушка по-прежнему оставалась в неведение как Пожиратель смерти может преподавать в Хогвартсе под руководством Альбуса Дамблдора. В один из однотипных вечеров, когда все задолженности были приняты, Лорелин наконец присоединилась к коллегам за ужином. После отбоя ей предстояло дежурство по этажам с профессором зельеварения, но ей просто необходимо было покинуть замок сегодня. Поймав Минерву, когда женщина выходила из-за стола, он очень просила заменить ее на вечернем обходе, так как девушке нужно было отлучиться по делам именно сегодня. Договорившись, что заменит профессора по трансфигурации на следующем дежурстве, волшебница выскочила из Большого зала и поспешила прочь от замка, к границе антиаппарационного барьера.

***

Улица, на которую волшебница трансгрессировала, освещалась лишь тусклым светом нескольких фонарей. Поэтому различить лица людей, проходящих мимо не представлялось возможным. Около ограды маячила фигура мужчины, который степенно вышагивал по тротуару, ожидая кого-то. Именно к нему и поспешила девушка. -Папа, — Лина обняла мужчину. Сэмюэль Джозеф Стэнфилд обнял дочь в ответ, крепко прижимая к себе, будто боялся, что она исчезнет. Он был высоким седовласым мужчиной, с аристократическими чертами лица и выразительными зелеными глазами, которые и унаследовала Лорелин. Многие кто был с ним знаком говорили о нем как о суровом мужчине, с пронзительным взглядом от которого не скроется ничего, профессионале. Если он и брался за какое-то дело, то непременно доводил его до конца. Но только семья знала его настоящего, заботливый муж и отец, для дочери он был готов свернуть горы. Лора — единственный ребенок в семье, хоть и воспитывалась по всей строгости высшего магического общества, но была осыпана различными подарками от любимого папы, который души не чаял в своем маленьком ангелочке. Он всегда просыпался раньше и до пробуждения жены и дочери приносил в их комнаты букеты свежих цветов — это была их маленькая традиция. Тихое семейное счастье, которое увы не продлилось долго. Беда не прошла мимо их дома тоже, как не прошла мимо многих магических семей Британии, разрушив маленькое счастье этих людей. Мужчина стоял, прижимая к себе букет из кристально белых хризантем. Он не мог прийти на встречу без цветов, того немного что волшебник мог преподнести любимой супруге. Хризантемы отливали каким-то магическим светом, как будто подсвечивались изнутри и казались совершенно нереальными. Мужчина взял девушку под локоть, приоткрыл калитку, и они направились вглубь деревьев по песчаной дорожке. Это, казалось бы, мирной прогулкой двух близких людей, если бы не место их назначения. Пройдя пару минут, деревья остались позади, открывая им вид на памятники и склепы. Сегодня была особая дата для их семьи, день рождение любимой жены и матери, которое они последние пятнадцать лет проводили именно так. Белые хризантемы рядом с памятником красивой молодой женщине и две молчаливые фигуры. Лора не сдержала слез, видеть лицо матери пусть и застывшее в мраморе, заставляло возвращаться к тем событиям при которых она видела ее живой последний раз, это было слишком больно, даже после стольких лет. Утерев слезы тыльной стороной ладони, она подняла глаза на отца, он тоже плакал. Тихо, сдерживая всю боль внутри, он позволял себе такие эмоции лишь два раза в год, на день рождение Миранды и в день ее смерти. Остальное время мужчина дал себе слово что будет сильным ради дочери. Когда последние капли коснулись его щеки, он глубоко вздохнул и отвернулся он памятника. Лина взяла руку отца, провела пальцами по шершавой ладони, показывая свою поддержку. Когда они вернулись на улицу уже совсем стемнело, ночь вступила в свои права, вокруг не было ни души. Это позволило им спокойно трансгрессировать. Возвращаться в школу в таком настроении не хотелось, к тому уже слишком поздно и ворота будут закрыты. А будить смотрителя Филча, это значит выслушивать длинную тираду о его неблагодарной работе. Поэтому поразмыслив немного Лорелин решилась провести ночь в родном особняке.

***

Утром до пробуждения учеников, она вернулась в школу. Молчаливый замок встретил ее тишиной и пустынными коридорами, что позволило ей незамеченной вернуться к себе в комнаты. Занятия пошли не совсем по плану. На уроке у пятого курса, Малфой попытался ударить Поттера заклинанием в спину. Благо профессор вовремя разгадала намерение ученика и успела выставить щитовые чары. С факультета Слизерин были сняты 50 баллов, Драко, и вступившимся за него громилам, Крэббу и Гойлу назначен месяц отработок у Филча. Пусть парни научатся работать без волшебных палочек, может спеси тогда и поубавится. Также мисс Стэнфилд задала им 2 метровый пергамент о правилах магической дуэли. На этой ноте урок по защите от темных искусств у Гриффиндора-Слизерина был завершен, и ученики высыпались из класса обсуждая произошедшую ситуацию. Лорелин решила не оставлять этот конфликт незамеченным, и в обед спустилась в подземелья для разговора с деканом факультета змей-Снейпом. Северус частенько не посещал Большой зал в обеденный перерыв, отводя это время для своих экспериментов в лаборатории, вечером заниматься наукой ему не представлялось возможным из-за вечно находящихся на отработках студентов. Сейчас, выпроводив последнего ученика из кабинета, он наконец мог погрузится в расчеты для нового зелья, временно лишающего волшебника магии, если довести его до совершенства, то можно было бы интегрировать в уже используемое для лечения Альбуса, чтобы остановить проклятие в его руке. Многие ингредиенты требовали наиточнейших расчетов вплоть до песчинки или десятой части капли, так как нарушение в соотношении могло вызвать взрыв на этапе варки или того хуже готовое зелье могло имеет совершенно другие свойства, отличные от необходимых и даже опасные для здоровья или жизни. Склонившись над пергаментом, он внимательно проверял прошлые расчеты, кое-где поправляя неточности. В этот момент в дверь постучали. -Войдите. Преподаватель защиты от темных искусств не успела переступить порог как ее смерили холодным пронзительным взглядом. Кого уж точно Снейп не ожидал увидеть сейчас так это Лорелин. -Я бы хотела, с вами поговорить. — Начала диалог девушка. -Неужели, — он многозначительно выгнул бровь. Северус отодвинул массивное кресло от письменного стола и опустился в него, приглашая жестом волшебницу занять место напротив учительской кафедры за первой партой. Девушка прошла вглубь кабинета, но садиться не стала. -По какой причине я смею лицезреть вас в своем кабинете? -Ваши студенты. --Юная леди не может справиться с кучкой детей. Я удивлен. Думал Дамблдор наконец нашел компетентного специалиста, но вероятно эта должность и правда проклята, вечно быть занятой лишь пустоголовыми идиотами неспособными к преподаванию.- Последние слова он будто выплюнул. Девчонка его неимоверно раздражала, молодая, дерзкая, на должности которую он мечтает занять уже много лет, а она до нее снизошла. Вот и сейчас стоит перед ним с гордо поднятым подбородком, а зеленые омуты сверкают яростью. — Вырвались наконец из-под крыла мамочки, а справляться с проблемами так и не научились.- На этих словах девушка вспыхнула. -Довольно, я не вам не нашкодившая школьница. Студент Слизерина, никто иной как Драко Малфой напал на другого студента, стоящего к нему спиной во время моего урока. Я лишь пришла поставить в известность об этом инциденте декана факультета. А также сообщить что Мистер Малфой, Мистер Крэбб и Мистер Гойл понесут дисциплинарные взыскания в виде отработок у Филча в течение месяца. И еще не Вам судить о моей матери. — Взгляд Лорелин метнулся к левому предплечью, где род одеждой была скрыта уродливая метка слуги Темного Лорда. Северус проследил за ее взглядом. -Теперь понятно, почему все эти дни вы старательно избегали моего общества, а вчера даже не удосужились прийти на дежурство, подослав профессора Макгонагалл. Не смею вас больше задерживать, раз вам так противно общество Пожирателя Смерти.- Он сардонически ухмыльнулся. -Суть проблемы мне ясна, можете идти. Со своими студентами я разберусь, вопрос с их наказанием также решу. До свидания. — Профессор зельеварения махнул рукой, указывая на дверь. Девушка молниеносно выскочила из кабинета, захлопнув за собой дверь.

***

На следующий день в кабинет ЗОТИ зашел торжествующий Малфой, в сопровождении своей неизменной свиты, которая также самодовольно лыбилась. Драко взглянул на преподавательский стол и по-королевски растянулся на своём месте. Прозвенел колокол, оповещающий о начале занятия. Профессор Стэнфилд поднялась со своего места и подошла к ряду где сидела Слизериновская троица. -Ваши доклады, Мистер Малфой, Мистер Крэбб, Мистер Гойл. — Девушка протянула руку в их сторону, требуя свитки. Парни не шелохнулись. -Я кажется не ясно выразилась. Где ваши работы о правилах магической дуэли? — Волшебница многозначительно подняла бровь. -Профессор Снейп отменил ваше наказание, — Драко обернулся к преподавательнице вполоборота. И после непродолжительного молчания добавил. -Мисс. -Вижу профессор Снейп взял на себя часть моих обязанностей, посчитав что я с ними не справляюсь. Но это не так. — Ее лицо стало похоже на непробиваемую маску, не выражавшую эмоций. -Минус 30 баллов с каждого, — Преподавательница обвела холодным взглядом все еще ухмыляющуюся троицу. — А также увеличиваю ваше наказание до двух месяцев отработок у Филча. Надеюсь это поможет вам запомнить, что один преподаватель не может отменить наказание другого. -Мой отец узнает об этом. — С вызовом произнес Малфой, устремив на профессора ледяной взгляд стальных глаз. -Прекрасно, я бы с радостью поговорила с вашим, если этого не сделал ваш декан., а теперь пишем тему урока. Лорелин отвернулась он студентов и направила волшебную палочку в сторону доски, на которой тут же стали возникать каллиграфически написанные строчки. Студенты за ее спиной заскрипели перьями.