Опаздываем!
17 февраля 2022 г., 08:19
В тот момент, когда Феликс посмотрел в васильковые глаза Маринетт, – в его чёрством сердце что-то внезапно йокнуло. Сам Феликс, почувствовав этот внезапный импульс, тут же сразу попытался подавить его своей лютой ненавистью к Грязнокровке Дюпэн-Чэн, которая, в свою очередь пыталась сделать тоже самое.
«Не смей! Не смей влюбляться» — диктовал каждый из них мысленно самому себе. Но эти предательски красивые глаза... Как же им на тот момент хотелось утонуть и раствориться друг в друге...
Феликс попытался подняться, отодвинувшись подальше от Маринетт. Та вскоре тоже попыталась встать на ноги, но Феликс, сам того не зная почему, протянул ей свою руку, чтобы помочь ей. Он сам мысленно уже стал ругать себя за это, но убирать руку назад уже было поздно, поскольку Маринетт уже ухватилась за неё, недолго раздумывая.
Она посмотрела в его глаза снова и оценила то, насколько сильно он похож на своего отца. Да какой там похож?! Он был его точной, но только уменьшенной, более моложавой копией.
После того, как Маринетт отвела от него свой взгляд, потому что вдруг засмущалась, ощутив на себе яркий румянец, Феликс в свою очередь сам посмотрел ей в глаза... Она почему-то очень сильно напоминала ему его покойную мать – Асторию Малфой Гринграсс. Тот же румянец, те же глаза, то же смущение и простота...
— Кстати, хотел поинтересоваться, почему ты здесь? Неужели проспала? — вдруг прервал неловкую тишину Малфой.
— Д-да... А как ты узнал? — удивилась Маринетт.
— Я здесь бегаю по коридорам по той же самой причине, — объяснил он
— Правда? Вот так совпадение! — Маринетт удивилась ещё больше.
— Да и... Знаешь, что самое интересное? Я никогда не сплю так много и так крепко. Обычно я очень чувствителен во сне и сплю довольно мало – около 4-5 часов и...
— Ничего себе... У меня всё аналогично! — перебила его Маринетт удивившись ещё больше. Она и не думала, что они с Феликсом так похожи в плане спящего режима.
— Ладно, болтать нам абсолютно некогда! Бежим! У наших с тобой факультетов сейчас урок Астрологии в кабинете Эклипсы Баттерфляй! — протараторил Малфой так быстро, словно сказал скороговорку и, схватив за руку Маринетт, побежал в сторону нужного кабинета.
Мари смутилась от такого жеста, ведь ещё вчера ему было не то что прикасаться к ней, но и смотреть в её сторону, ведь она для него – Грязнокровка. Но сам Феликс в данный момент почему-то об этом не задумался, ведь он ужасно спешил.
Как только они вдвоём добежали до нужного кабинета, они тут же толкнули дверь, но сделали это бесшумно, чтобы никто не заметил, что они только пришли.
Как только Феликс вместе с Маринетт вошли в класс, они увидели как все остальные ученики тихо сидят и что-то пишут каждый своим пером на пергаменте, а самого Профессора нигде не было видно.
— Ух... Значит мы не так уж и опоздали! — вздохнул с облегчением Феликс. — Этой Пиковой Дамы пока что здесь не видать!
Маринетт аж дёрнулась от злости:
— Что ты сказал?! Как ты смеешь обзывать так нашего уважаемого профессора?! — она даже забыла о правилах приличия и о том, что на уроке очень важно вести себя тихо, даже если учителя всё ещё нет в классе.
— Да кто ты такая, чтобы меня учить?! — Феликс уже был подобен разъярённому зверю, готовым атаковать, но Маринетт, как истинная Гриффиндорка, нисколько его не боялась.
— Да я тебя!... — Феликс уже хотел размахнуться своей рукой и не то ударить, не то намертво схватить её за руку и прижать к стенке, даже забыв о том, что на них все смотрят, но тут вдруг внезапно к ним обоим подлетела красивая бирюзовая бабочка, которая потом перевоплотилась в саму Эклипсу Баттерфляй.
