Ледоктябрь

      — Раз не золото, целовать не буду, — улыбаясь, проговорил Виктор.       Юри смущенно улыбнулся в ответ, сжимая в руке серебряную медаль.       А ведь они так хотели, он так хотел взять золото. И дело даже не в почете. Просто доказать себе, что Юри может. Что он Кацуки — «сильный».       Да и Виктор обещал выйти за него замуж…       «О чем ты думаешь!» — возмущенно воскликнул внутренний голос, и Юри залился румянцем. Ему и серебра хватит. А Виктор здесь, рядом, и больше ему ничего не надо.       — Эх, а я так хотел поцеловать золото, — с притворным расстройством протянул Виктор, подходя к Юри. Слишком близко! — Я сплошное разочарование, а не тренер.       «Нет, это не так!» — мысленно восклицает Юри, но голос пропал.       — Юри, ничего не хочешь мне сказать? — Виктор наклонился к его лицу и проговорил: — Может, есть что-то, что заставило бы мое сердце биться чаще?       «Останься со мной!» — хотел выпалить Кацуки, но сдержался. Виктор же хочет вернуться на лед, Виктора ждут, а Кацуки и так проживет, Виктор вернется, Виктор не…       — О чем ты сейчас подумал? — тихо спрашивает Никифоров, и у Юри сносит крышу.       — Виктор!       Неважно, кто его ждет. Хоть вся Россия, хоть вся планета. Он нужен Юри… И выбор только за самим Никифоровым.       — Пожалуйста, будь моим тренером и в этом году! Обещаю, в этот раз я точно возьму золото!       Виктор улыбается, и Юри готов прямо сейчас бежать тренироваться, лишь бы видеть эту улыбку каждый день.       Виктор останется.       Юри чувствует, что по щекам что-то течет, и улыбается. Виктор будет рядом, он уже здесь, а значит, все хорошо.       И неважно, что он сжимает в руке — серебро, бронзу или золото, — важнее то, что Виктор останется рядом.