Lies in happiness

      Сириус сидел рядом с постелью Джеймса, который сейчас выглядел чуть ли не так же как Гарри. Мужчина раньше действительно никогда не видел своего друга в таком плачевном состоянии, хотя сейчас очевидно очень хорошо его понимал. Видеть мальчика, которого практически вырастила его мать, которого он сам воспринимал как своего сына, который был ему ближе, чем собственный крестник — прикованным к постели жутким убивающим проклятьем, было выше его сил. Мужчина, бесцельно уставился в пространство между кроватью и стеной. Перед глазами была лишь полностью размытая картинка, грани предметов были смазаны и смешаны между собой. Он просто сидел неподвижно, погрузившись в мысли.       Что если он потеряет их обоих в таких условиях? Если они не найдут Мордредово решение этой проблемы, не смогут спасти Гарри? Что тогда будет с Джеймсом? Что вообще будет с ними? Неужели всё это сможет уничтожить их?       Сириус судорожно выдохнул и спрятал лицо в ладонях. Было ощущение будто он постарел на несколько десятков лет разом.       Со стороны кровати раздался тихий стон и Джеймс перевернулся на бок, открывая глаза, а после поднимаясь на локте. Он осмотрел всю комнату расфокусированным, уставшим взглядом и едва не свалился с постели, подпрыгнув на месте.        — Сири, — его голос дрожал, когда он поднял взгляд на Бродягу, — Я знаю, что с ним… Мордред, я знаю. Она поплатится за это, — взгляд карих глаз наполнился решимостью и мужчина поднялся с постели. Блэк был рядом, чтобы подхватить и поддержать в случае чего.        — О чем ты?        — Я заметил кое-что, когда был там, когда зелье не сработало… — Сириусу было жутко от той тяжести с которой говорил Поттер, — Знак, отметка ритуала, запечатывающего магическое ядро. Он буквально вспыхнул перед тем, как я упал. Это Лили, только она могла его провести в обход меня. Я её уничтожу, но надо к Реддлу, — Блэк кивнул, выводя их из комнаты.

***

      Том просто не мог находиться в комнате Гарольда, вместо этого мужчина засел в подземельях, занимая всё своё внимание методичным поглаживанием холодной чешуи Нагайны. Он старался не думать ни о чем. Пытался выкинуть из головы беспокойство за мальчишку, что занял собой всё пространство в последнее время и сейчас так просто оставлял его наедине с болью и странным страхом потери. Мужчине категорически не нравилось вслушиваться в тишину подземелий, ожидая спешных шагов и бешеного известия о смерти Гарри. Однако тишина оставалась спутником подземелий, она была тяжелой и давящей, немного излишней на вкус Тома. Казалось, даже змея, которая не любила молчать обычно, сейчас затихла и не издавала ни малейшего шипения. Эта тишина напоминала затишье перед самой настоящей бурей, уничтожительной и невероятно тяжелой. На периферии мужчина услышал фантомный звук капающей воды. Фантомный, потому что ни один домовик этого дома не позволил бы проявиться даже малейшей протечке:       Раз…       Два…       Три…       В коридоре раздался шум, стукнула дверь и по коридору, ведущему к этой комнате, прозвучал громкий стук шагов. Кто-то несся сюда. Нарушить его уединение и либо уничтожить шаткое равновесие, либо вознести его до небес. Тяжелая дверь резко открылась со всего маху и ударила о стену. В ту же секунду рядом с Реддлом материализовался домовик, судорожно сжимающий своё одеяние. Долохов, влетевший в комнату, застыл, ошалелыми глазами смотря на своего Повелителя. Нагайна медленно сползла на пол, тихо зашипев о чем-то. Это было будто взрыв. Звуков вдруг стало слишком много. И на какое-то время Реддл не знал что делать.        — Ты. Что? — он указал пальцем на домовика, на что тот трепетно поклонился.        — Хозяин, Лорд Поттер ищет вас, сказал это касается молодого хозяина. Кади пришел за хозяином, молодому хозяину нужна помощь, — Том кивнул, отсылая существо взмахом руки, и двинулся к Антонину и дверному проему, что был за его спиной.        — Лорд, Гарольд… Он пришел в себя, — мужчина резко замер, а после трансгресировал моментально к комнате своего жениха, что бы ни было у Поттер-старшего, это было важнее. У двери стоял Чарльз с дрожащими руками и весь жутко напуганный, но Тому не было до него дела, он вошел внутрь, игнорируя абсолютно всех. В комнате никого не было, за исключением Гарри, который лежал с открытыми глазами и тяжело дышал, весь покрытый испариной и сжимающий зубы, видимо пытаясь сдержать стоны боли. Реддл быстро преодолел расстояние между ними и обхватил прохладными ладонями лицо парня.        — Кади, — домовик появился моментально, с бокалом воды, даже не получив приказа и протянул его хозяину, низко поклонившись, — Иди. Гарри, выпей, — мужчина приподнял голову подростку, чтобы он смог сделать глоток и хотя бы попытаться не подавиться. Тот осоловелым взглядом посмотрел на старшего мага и сделал аккуратный глоток, после которого жадно стал пить. Тому пришлось приподнять его и усадить, давая опереться на себя, для удобства. Всё тело парня было чертовски горячим и влажным от пота, что впрочем ни капельки не беспокоило Реддла. Вода быстро закончилась и Гарри откинулся на плечо мужчины продолжая тяжело и часто дышать.        — Жар…ко, — голос парня звучал сухо и надломлено, ему было жутко тяжело и больно говорить, он не понимал, что вообще происходит вокруг.       Комната резко наполнилась людьми. Джеймс влетел внутрь самым первым, падая перед сыном на колени снова, обливаясь слезами и прижимая лицо к его руке. Гарольд лишь легко опустил голову и посмотрел на отца, слабо дернув пальцем. Сириус в дверях закрывал рот, сдерживая всхлипы, а Снейп пришедший последним изо всех сил старался не поддаться общим слезам, хотя глаза его сияли. Колдомедики тоже появились, обходя пару с двух сторон и начиная творить диагностические заклинания.        — Я не понимаю, — колдомедик в желтой мантии озадачено осмотрел все результаты своей диагностики, — Лорд, это странно. По всем показателям магия мистера Поттера вышла за границы магического ядра. Это обычно не заканчивается ничем хорошим. Боюсь, я не могу сказать по какой причине он пришел в себя и прогнозировать что-либо в дальнейшем его состоянии, — мужчина пока говорил весь извелся, стараясь не смотреть в глаза Тому, и встать как можно дальше от него.        — Лорд, это родовое темномагическое, — Реддл отвлекся от созерцания испепеляющим взглядом колдомедика и уставился на Джеймса, который все еще был на коленях, но больше не захлёбывался слезами, — Оно оставляет знак на ребенке, видимый лишь для Главы Рода и того, кто участвовал в проведении ритуала. Оно ужасно редкое и не относится к запрещенным, лишь потому что его не использовали долгие столетия. Его использовали скорее в турецких общинах, где были распространены гаремы, чтобы лишить магического ребенка силы, — Том кивнул, показывая, что услышал, но внимание концентрировал на поглаживании руки Гарольда, который тихо следил за происходящим взглядом из-под опущенных ресниц.        — Вы его не накладывали, как я понял, Лорд Поттер? — Джеймс кивнул, Реддл тихо выдохнул и провел рукой по влажным волосам подростка, — Это ваша супруга? — Джеймс снова кивнул, — Она поплатится за это, Лорд Поттер.        — Я изгоню её из Рода, документы на развод давно готовы, Лорд, и делайте что хотите. Она слишком много боли и горя принесла моему Роду, — Реддл принял такой расклад.        — У вас будет ровно один день. Северус, позови Беллу, пусть она приведет ко мне миссис Поттер сразу после ритуала изгнания, — Снейп кивнул, никаких чувств к бывшей подруге он давно не испытывал, ну, разве что ненависть, особенно после того, что она сотворила с собственным ребенком, и вышел из комнаты, — Блэк, выведи Лорда Поттера отсюда, и вы тоже уходите, — Сириус поднял Джеймса и вышел вместе с ним, мужчина не сопротивлялся и даже позволил себе немного расслабиться в теплых объятиях. Колдомедики и вовсе исчезли незаметно.       Гарри дернулся и немного повернул голову в сторону Тома, пытаясь посмотреть на лицо мужчины. Последний внимательно следя за состоянием парня сразу отреагировал, помогая ему повернуться и удобнее устроиться в его руках.        — Тебе нужна еще вода? — Гарри мотнул головой и поднял дрожащую руку, укладывая ее под щеку и опираясь на грудь Реддла в том месте где четко слышался стук сердца мужчины.        — Внутри… всё горит. И… движется? — Гарольд был в замешательстве, он действительно не мог описать ощущения, которые были внутри него. Пытаясь разобраться и прислушаться к себе, подросток всё больше уходил в себя, его глаза начинали слипаться от усталости и Том ничего не мог с этим поделать, он лишь мог смотреть как глаза парня снова закрываются и он засыпает. Хотя в этот раз сон его явно спокойнее предыдущего. Еще немного продержав уснувшего жениха, Реддл уложил его в постель и приказал домовику следить за его состоянием. Ему было необходимо решить последнюю проблему этой истории.

***

      Лили испугано озиралась, её взгляд то и дело метался от одного угла камеры к другому. Женщина не понимала, что происходит и где она. Вчера, после ссоры с мужем, она потеряла сознание, а сегодня уже проснулась в этом странном месте с четким ощущением, будто чего-то не хватает, чего-то, что долго было с ней.       Уединение затхлой комнаты нарушил темноволосый мужчина, вошедший внутрь. Не узнать его было невозможно, лицо Лили скривилось от отвращения.        — Волдеморт, — она произнесла это прозвище, будто выплюнула в лицо мужчины, словно пыталась задеть или оскорбить его этим. Глупая.        — Лили Эванс, — Реддл с ухмылкой ответил на приветствие в той же манере, вызывая огромную бурю на лице женщины.        — Я не Эванс! Я — Поттер!        — Уверен, что это не так, мисс, — весь его голос был пропитан холодом и источал яд каждым слогом, что он произносил. Лили открыла было рот, но тут же захлопнула его под влиянием чужой магии. Терпеть пререкательства Том был не намерен, сегодня он здесь не для разговоров, — Ты, глупая, мерзкая, грязнокровная выскочка, Эванс. Ты посмела сделать самую худшую вещь, на которую способен человек. Каково это, обрекать собственное дитя на смерть? — в глазах рыжеволосой отразилось понимание, а затем жгучая злость. Желая, чтобы эта женщина ещё сильнее разозлила его, Реддл снял заклинание. Она просто обязана порадовать его своей недальновидностью. О, Лили его в этом не подвела.        — Этот ублюдок осквернил меня своим рождением! Порождение Темной магии, урод, не достойный даже жить. Я была так щедра, что не убила его в детстве, как только всё стало понятно! И чем он мне отплатил? Связался с кем-то вроде Вас. Надеюсь, сейчас он умирает в агонии, — её лицо аж светилось от злобы и злорадства, в то время как на лице Тома сжалась и забилась вена, он был в крайней степени злости, а значит этой комнаты не покинет даже дух дурной женщины.        — Надеюсь, ты наговорилась, потому что больше тебе данная функция не понадобится, — рот женщины вдруг исчез с её лица, оставив лишь чистую кожу от подбородка до носа. Она в панике распахнула глаза и принялась руками ощупывать это место. Маг же спокойно подошел к ней ближе, с пустым взглядом наводя на неё палочку, — Круцио, — тело ведьмы забилось в конвульсиях, она расцарапывала своё горло, пытаясь дать крику выйти из её груди хотя бы так, — Гарольду гораздо лучше, позавчера он пришел в себя после долгой борьбы с агонией. Он действительно морально сильный маг, — он опустил палочку, пока говорил, чтобы его речь была более понятной для неё, — Ремотионем, — под действием заклинания, наведенного на правую руку женщины, кожа от пальцев и до плеча стала медленно отсоединяется от мышц, доставляя жгучую боль и заставляя Лили рыдать сильнее. Кожа мерзким куском упала под ноги женщины, оставляя Тома вполне довольным, — Ты переживешь каждую секунду его боли. Адолебит, — последствия заклинания не было видимыми, но мужчина точно знал, что в данную секунду все внутренности женщины охвачены фантомным огнем, который жжет их, но не нарушает покровов. Пяти минут хватило, чтобы она потеряла сознание от болевого шока, но Том был на месте, чтобы привести её в чувства и внимательно следить за тем, чтобы больше она не отключалась, это была непозволительная роскошь для такой блохи, как она.       Прекрасные в своей жестокости четыре часа, Том испытывал на Лили заклинания из собственного арсенала пыток, пока она просто не умерла, потонув в пучине боли. Мужчина был удовлетворен этим. Больше эта женщина не посмеет нанести вред его жениху.       Очистив руки и одежду от брызг крови, Реддл покинул комнату, на выходе трансфигурируя крыс из мелких камней, осыпавшихся со стены. Грызуны быстро поняли, что от них требовалось и обхватили останки, быстро пожирая их.

***

      Гарри сидел на постели, с улыбкой встречая вошедшего. Отец только недавно ушел вместе с Сириусом и подростку хотелось верить, что Блэк прекратит тупить и всё-таки затащит его отца в нормальные отношения. Сегодня ему было гораздо лучше, колдомедики абсолютно шокированные, диагностировали полную стабилизацию состояния, так что скорее всего через пару дней, парень даже сможет покинуть постель. Всё удивительно быстро налаживалось. Чарли заходил к нему утром, извинялся и даже назвал себя идиотом, что было встречено ещё парой нелестных эпитетов в сторону наследника Поттеров и смехом Долохова, который похоже становился постоянным спутником рыжика.        — Привет, как ты себя чувствуешь? — Реддл медленно прошел внутрь комнаты, присаживаясь на постель. Гарольд тихо хмыкнул.        — Великолепно. Я хочу увидеть Драко, — Том нахмурился с неодобрением уставившись на парня, — Он мой друг, единственный друг, а ещё он жуткий балбес и параноик. Пусть он придет.        — Как только ты поправишься окончательно, Гарольд, ни секундой раньше. Люциус уже осведомлен об исчезновении угрозы твоей жизни. Пока что этого достаточно, — младший слизеринец упрямо поджал губы, но кивнул.        — Что теперь будет?        — Не понимаю о чём ты говоришь.        — Чарли останется тут, займет место, которое должен, это понятно, но… — его прервала вскинувшаяся рука прямо перед лицом.        — Чарльз покинет мэнор, как можно скорее, так же как и твой отец, Блэк и твой крестный, который кажется уже всю лабораторию мою оккупировал. Ты, — Реддл для наглядности даже ткнул пальцем в грудь Гарри, — останешься здесь, по истечении срока помолвочного контракта, мы заключим брак. Это даже не обсуждается.        — Даже если я этого не хочу? — лукавые искорки вспыхнули в зеленых глазах, а Реддл с усмешкой принял попытку манипуляции.        — Это не обсуждается, разве я не сказал? Ты слишком много нервов мне вымотал за последние пару дней, чтобы хоть когда-нибудь избавиться от моей опеки, — Поттер кивнул, принимая такой ответ.        — Спасибо, — вздернутая бровь была ему ответом, а после мягкий поцелуй, инициатором которого являлся он сам.