Скучные будни Лизы Ботанки

      За окном стучал дождь. Капли ровно барабанили по стеклу, создавая своей размеренной игрой очень монотонную песню, от которой тянуло в сон. Плюс ко всему из открытой форточки тянул прохладный воздух, чья свежесть тоже способствовала сну. Наверное, это идеальное время, чтобы подумать о насущном.       Маленькая девочка с потрёпанными рыжими косичками только что проснулась. Она не понимала, что происходит, лишь осознавала, что погода за окном испортилась. И когда это самое окно лишь молча находилось справа от её взгляда, сам же взгляд у неё был направлен строго вверх, в белый потолок. Почему-то этот скучный потолок теперь отражал одну из граней души этой девочки.       В какой-то момент эту скуку всё же нарушили. В палату к девочке пришла высокая стройная дама с чёрными кудрявыми волосами и выразительными зелёными глазами, словно это была хуманизированная кошка. И эта «кошка» подсела к кровати, в которой лежала рыжуля, и тихо спросила:       -Лиза?       Её низковатый зрелый голос выдавал в ней немолодую женщину, хотя, конечно, по лицу это было менее заметно. И всё же девочка повернулась. Она хриплым голосом ответила:       -Я…       Женщина ей тут же помешала:       -Ну-ну, не торопись. Ты получила серьёзные увечья. Они будут долго заживать…       Девочка прокашлялась. Она как раз почувствовала, что действительно что-то есть: после кашля началась отдышка, а в руки пошла ломота. Однако, откуда появилось всё это, она не понимала. Вернее, не помнила. Наверное, именно поэтому её начало гложить что-то непонятное, какое-то такое чувство, которое подкатывало к её горлу огромный ком. Вскоре темноволосая женщина словно прояснила ей её состояние, ударив при этом словно молнией:       -Лиза, твои родители умерли. Мне очень жаль…       Теперь было понятно, почему ком казался столь большим. Девочка поняла, что, скорее всего, она потеряла память, потому что это оказался для неё слишком большой шок. Правда, никто не знал, откуда столь юная особа может знать про такие особенности человеческого мозга, но она явно заново переживала этот же шок.       Вскоре девочка с вновь бледным лицом уснула. Когда женщина поняла, что рыжуля опять впала в беспамятный сон, она встала и тихо вышла.

***

      Прошло несколько дней. Девочка с именем Лиза, наконец, встала с больничной койки. Ей было интересно выйти на улицу, но там, увы, всё так же шёл дождь, словно он и не заканчивался. Это печалило юную милашку.       К ней вновь пришла та самая женщина, в чём-то напоминающая кошку. Она, словно мама-кошка, взяла за ручку этого милого котёнка и куда-то повела. «Котёнок», по правде говоря, совсем не понимала, куда её могут вести. Однако, через несколько минут она стала осматриваться по сторонам, пока они шли. Вместо выбеленной комнаты перед глазами теперь мелькали тёмные коридоры с большими окнами по одну сторону и кучей дверей с различными табличками по другую. Было понятно, что это явно не чей-то частный дом, но в остальном было не понятно, что же это тогда такое. Точно не больница — в больницах не делают бордовые коридоры. Да и вряд ли детский садик могли бы выполнить в таком дизайне. Хотя Лиза, конечно же, не знала, что такое детский сад…       Наконец, они зашли куда-то через одну из открытых дверей. Помещение, в которое они зашли, явно выделялось по дизайну от общего коридора и особенно от белой комнаты для больных. Здесь не было голых стен — их «роль» выполняли шкафы, обставленные тонной книг. Из мебели здесь были дорогая кожаная софа, явно вытащенная откуда-то из 19 века, большой тёмный деревянный стол, на котором находилось всё, что нужно какому-нибудь директору, и кожаное кресло, созданное, видимо, для прихотливой богатой задницы. В это самое кресло женщина как раз и села, сказав Лизе при этом сесть на софу. Озорница весело принялась устраиваться на этом дорогом диванчике, словно она до этого не лежала в больничной койке. Как только её мордашка заулыбалась и начала смотреть на даму, та заговорила:       -Что ж, я очень рада, что ты в хорошем настроении. Но всё-таки я попрошу тебя посерьёзнее отнестись к тому, что я скажу дальше.       Лиза по-детски удивилась. Дама продолжила:       -Увы, ты лишилась родителей. Конечно, я понимаю, что это тяжело переварить, но тебе придётся принять их смерть. А пока что я постараюсь помочь тебе, так сказать, начать жить заново. Вернее, начну обучать тебя тому, чему уже пора начинать учить семилетних детей. Тебе, конечно, будет трудно, ведь на твои плечи свалилась такая ноша… Но, я надеюсь, что твои будущие одноклассницы отнесутся к тебе с должным пониманием, так как, по правде говоря, наша школа — это…       Тут же её перебил всё ещё хрипловатый девичий голосок:       -Школа?       Брюнетка мягко ответила:       -Да, школа. Школа закрытого плана, где ученицы на протяжении всего периода обучения живут здесь и учатся быть сильными магами. И я — её директриса, мисс Тутти.       Узнав, кто эта женщина, Лиза поначалу подумала, что это лишь какая-то шутка — ну не могла директриса быть столь милой и обаятельной женщиной, больше похожей на маму. Однако, факт был фактом, потому что мисс Тутти предложила Лизе начать учиться в этой школе. Как ни странно, но женщина видела в этой девочке кого-то, кто этой школе подходит. Либо, она просто верила в эту озорницу. Что бы это ни было, но Лиза быстро дала положительный ответ, поэтому директриса буквально в тот же день начала подготавливать девочку к тому, что ту теперь ожидало, одновременно с этим велев кому-то, в свою очередь, приготовить всё, что было нужно будущей ученице.       И через пару недель Лиза, более-менее отошедшая от всех своих шоков, впервые надела школьную форму, взяла сумку с нужными вещами и отправилась на урок, который проходил в стенах этой… Так, стоп, как там эта школа называлась? Ах, да, что-то греческое. Может, «Цезарь»? :)