Завещание Сириуса Блэка или Гарри Поттер - двоеженец.

Когда ты живешь одновременно в мире маглов и в мире волшебников, не желая разделять эти две такие разные стороны своей жизни, выбор мирового судьи становится особенно важным. Хорошо, когда этот мировой судья не просто понимает тебя, но и является точно таким же, как и ты. Выбор Гарри падает на Аманду Дженкинс, именно ее порекомендовал для заключения брака и брачного контракта Кингсли Бруствер. А между тем время летит все быстрее и быстрее, приближая, быть может, самый важный день в жизни Гермионы Джин Грейнджер. Полностью доверившись Гарри Поттеру, девушка понятия не имеет, как будет происходить их свадьба. Сказать по правде, она вообще мало что знает про свадьбы, а личное посещение такого мероприятия было лишь раз в ее жизни. Но свадьбу Билла и Флер Уизли вряд ли можно было назвать традиционной. С каждым днем Гермиона нервничает все больше и больше, чем начинает раздражать своих родителей, ведь именно у них она проводит сейчас все свое время. С Гарри они не видятся, у того слишком много дел. Если что-то вдруг срочное всплывает в ее голове, она пишет ему письмо, на которое он отвечает обычно в течение трех часов. Ведьма знает, что приглашения самым близким друзьям отправлены, мировой судья выбран, гостиница оплачена. Вместе с родителями Гермиона отправляется на машине в самую загадочную неизвестность. Оказавшись 31 декабря в небольшой гостинице на Южной стороне Королевского леса Дин, Гермиона замечает, что та практически переполнена. По пути к своему номеру она тут и там замечает знакомые лица. Ей приветливо улыбаются из своего номера Парвати Патил и Луна Лавгуд. - Девочки, - Гермиона не может сдержать улыбки, и обнимает обеих подруг одновременно прямо в коридоре. – Как хорошо, что вы смогли приехать. - Никто же не отменял девичник, - туманно произносит Полумна. - Мальчишник будет в ресторане на первом этаже, - замечает Парвати, - следовательно, мы можем занять небольшое кафе на втором. Гермиона согласно им кивает и видит, что родители уже прошли в свой номер. - Мам, - не громко окрикивает она свою мать, - у нас будет девичник, - щеки девушки краснеют. – Присоединишься к нам? - Конечно, вот только распакую вещи, - улыбается ей мама и поворачивается лицом к отцу. – Дорогой, не забудь погладить свою рубашку и брюки, - дает она наставления отцу Гермионы, - прежде чем повесить их в шкаф. Друзей у Гермионы не много. Еще один номер на ее стороне принадлежит Виктору Краму. Однако, его дверь закрыта, вероятно, он уже ушел на мальчишник вместе с Гарри. Приняв быстро душ после дороги, Гермиона выбирает из одежды любимые джинсы и красную полосатую футболку. Пройдя до конца коридора, она замечает то самое кафе, о котором ей говорила Парвати. Девочки уже там, и Гермиона подсаживается к ним за столик. Они заказывают себе легкие закуски и шампанское. Приятная музыка совсем им не мешает. Вскоре к девочкам присоединяется и миссис Грейнджер. - Моя девочка стала такой взрослой, - ее глаза наполняются слезами, пока она с любовью смотрит на свою дочь. Официант сразу же приносит ей бокал с игристым напитком, который женщина выпивает почти залпом. - Принесите еще один, пожалуйста, просит она, - присаживаясь за столик, рядом с Гермионой. – Ну, кто расскажет мне о моем зяте? Девушки переглядываются между собой. Гарри слишком хорош, поэтому ни одного неудовлетворительного слова не срывается с губ девочек. Гермиона, между тем, отмечает про себя то, что думают о Гарри ее подруги и повторяет про себя: «Верный. Красивый. Мужественный. Ответственный. Надежный». Ведьма улыбается, да, Гарри Поттер именно такой, но они даже не представляют себе, насколько он именно такой и есть. Женская компания хмелеет, под непринужденные разговоры и обалденно вкусное шампанское. Луна Лавгуд первая замечает, что время приближается к полуночи. - Гермиона, тебе пора отдыхать. У тебя завтра такой важный день, - видно, что девушка вся в предвкушении. - Да, Полумна, кажется ты права, - Гермиона поднимается из-за стола. Остальные следуют за ней, расходятся по номерам. Все слышат громкую музыку, которая доносится с первого этажа. Кажется, мальчишник проходит намного веселее, но Гермиона нисколько не сомневается в Гарри Поттере. Верит ему полностью, раз уж решила связать себя с ним узами брака. Гермиона остается одна в своем номере. Огромное количество мыслей начинают свою собственную жизнь в ее голове. Девушка раздраженно трясет своей непослушной гривой и достает из чемодана Омут памяти. - Завтра я должна быть, как минимум, свежей и отдохнувшей, - и, одна за другой, она вытягивает из головы все свои мысли, небрежно сбрасывая их в Омут памяти, одолженный из кабинета МакГонагалл. Когда все ненужные мысли удалены, она, наконец-то, обводит внимательным взглядом свой номер. Видимо, здесь часто отмечают свадьбы, потому что это идеальный номер для невесты. Стены обклеены светлыми обоями с принтом из редких мелких белых голубей. Белые плотные шторы не пропускают свет. Просторная удобная кровать накрыта белоснежным покрывалом, под которым, Гермиона уверена на сто процентов, белые шелковые простыни. Напротив кровати располагается удобный туалетный столик с большим зеркалом и удобным высоким пуфом, спрятанным под ним. Гермиона улыбается. Дверь в дальнем конце комнаты ведет в уборную, оборудованную круглой ванной с функцией джакузи. Здесь не только можно принять душ, но и хорошенько расслабиться под гидромассаж. Открутив крышку от бутылочки с пеной для ванны, Гермиона удовлетворенно нюхает ее. Лаванда, ромашка и нотки ванили. Девушка с наслаждением опускается в горячую воду, подставляя под мощные струи массажа поясницу, верхние струи направлены на ее плечи. Гарри Поттер в компании Дадли, Невилла и Виктора Крама сидит в ресторане первого этажа. За их столиком есть свободный стул, на котором должен был бы сидеть его самый лучший друг – Рональд Уизли. Но тот просто не мог оставить младшую сестру, зная, как тяжело она будет переносить первые дни нового года, зная, что на его пальце уже скоро появится золотое обручальное кольцо, которое он сам когда-то мечтал надеть на палец Гермионы. А для Джинни все было еще в сто раз хуже и тяжелее. Мысль о том, что другая будет делить с ним постель, сводила девушку, хранившую верность лишь ему, с ума. Истерики накатывали на рыжеволосую Джинни одна за другой, и брат был всегда рядом. Все Уизли были рядом, и как только могли, старались ее отвлечь от мыслей о завтрашнем дне. Гарри делал все, чтобы только не думать о Джинни. Виктор Крам раздобыл где-то дартс, и мальчишки с удовольствием бросали дротики. В их распоряжении был и бильярд. Громко звучала зажигательная музыка. Тату обжигала палец Поттера сегодня особенно сильно. Почти все время он молчал. Ему не хотелось обсуждать сегодня сложившуюся ситуацию, и друзья, за что им большое спасибо, прекрасно его понимали и не лезли в его душу. Все делали вид, что сегодня просто самый обычный вечер. Разве что завтра наступит Новый Год. - Простите, вынужден вас покинуть, - после полуночи Гарри решил все же отправиться к себе. Друзья только понимающе кивнули, продолжая кидать дротики, катать шары и пить рекой льющейся алкоголь. На третьем этаже все давно уже мирно спали. Там находились номера свадебного фотографа, мирового судьи, министра магии, директора школы – Минервы МакГонагалл и номер для его семьи – дяди Вернона и тети Петунии. Дурсли долго сомневались, стоит ли им присутствовать на этом событии, но Луна Лавгуд, девушка их сына, умела убеждать совершенно невообразимым образом. Оказавшись в своей комнате, Гарри походил немного из угла в угол. Снял футболку и бросил ее на пол. Ему было страшно. Страшно перед грядущей неизвестностью семейной жизни. Что же именно уготовила ему судьба? Взяв в руки любимую фотографию своих родителей, на которой они танцевали под головокружительный осенний листопад, он грустно всхлипнул. Первый раз молодой мужчина жалел о том, что выбросил воскрешающий камень в запретном лесу. - Мама, мамочка, будь со мной, - он коснулся пальцем материнской щеки, и Лили перевела свой влюбленный взгляд с Джеймса на сына. По щеке Гарри скользила одинокая слеза. - Сириус Блэк, будь ты проклят, - перед тем как уснуть, прямо в джинсах, прошептал Гарри Поттер. Брачная церемония была назначена на 11 часов. В небольшой гостинице на окраине леса с самого утра царил настоящий хаос. Всем и каждому постоянно было что-то надо. За ночь сотрудники гостиницы успели проложить гирлянду до установленного около реки шатра, в котором и должна была состояться сама церемония. Гермиона, облаченная в свадебный наряд, сидела перед туалетным столиком и с ужасом разглядывала себя в зеркале. Луне Лавгуд хватило лишь одного короткого взгляда на невесту, чтобы понять, что ей просто необходима помощь. Блондинка аппарировала с громким хлопком, чтобы через 5 минут появиться снова в компании Флер Уизли. Не говоря ни слова, Флер подошла к Гермионе и коснулась губами ее щеки. А дальше началось волшебство. Она вращала своей волшебной палочкой, извлекая из нее золотистые нити, которые опутывали Гермиону с ног до головы. Вырисовывая виртуозные узоры в воздухе, Флер наносила на лицо невесты макияж и создавала ее прическу. Когда она закончила, то отошла на несколько шагов назад. - Гермиона, я хочу, чтобы ты встала и показала себя во всей красе, - ее тон был несколько прохладным, она видела за завтраком красные глаза Джинни, и это повергло француженку в шок. Конечно, она очень любила своего мужа, но чтобы вот так вот страдать из-за мужчины…. Ни один из них этого не достоин. Гермиона повернула колени в бок и выпрямилась в полный рост. - Расправь плечи, - настаивала вейла. Гермиона вдруг улыбнулась и бросилась к ней на шею. - Спасибо, Флер! - Не помни костюм, - Флер тут же мягко отстранилась от нее, взяв девушку за руку. – Гермиона… будь счастлива, - просто сказала она. – И не позволяй никому разрушить свое счастье. А сейчас извини, мне пора. И Флер Уизли грациозно растаяла в воздухе, щелкнув своими изящными пальчиками. В комнату невесты вошли ее родители вместе с Парвати и Виктором Крамом. - Гермиона, ты очень красивая, - сказал Виктор, глядя своими угольно черными глазами ей прямо в сердце. - Герм, если ты готова, то можем отправляться, - и отец протянул руку своей дочери. – Гарри уже ждет тебя. Гермиона сглотнула и крепко схватилась за протянутую ладонь. Компания невесты спустилась к выходу из гостиницы, и по усыпанной лепестками белых роз гравиевой дорожке отправилась в лес. Чем ближе к шатру они подходили, тем больше сладкий аромат роз заполнял воздух вокруг себя. Мельчайшие снежинки искрились высоко в воздухе, но ни одна из них так и не коснулась зачарованного участка дороги. Мистер Грейнджер вместе с дочерью пропустили всех оставшихся гостей вперед. Он старался через свои большие теплые ладони передать ей всю свою любовь и поддержку, в которой его дочь так нуждалась сейчас. - Пора, - серебристый заяц с голосом Полумны, мелькнул перед ними и исчез. Они медленно двинулись вперед. Все взгляды сейчас были прикованы только к ней. К этой смелой и прекрасной героине войны, которая вот-вот станет женой своего лучшего друга. Гермиона, поддерживаемая рукой отца, твердо шагала на своих высоких белых каблуках. Белоснежные брюки клеш обтягивали ее стройные бедра. Белый жакет с песцовым воротником защищал от холода. Тонкая золотая цепочка подчеркивала красоту ее шеи, хотя за мехом ее и было не очень хороша видно. Крупные, аккуратно уложенные локоны обрамляли лицо невесты. Гермиона была прекрасна. Гарри Поттер не мог оторвать взгляда от нее, хотя брючный костюм его и шокировал в первое мгновенье. Практичность и удобство, во всем. Гарри прекрасно понимал свою будущую супругу, и внутренне абсолютно соглашался с ней. Однако, он никогда не видел ее настолько красивой. Конечно, косметика творит чудеса, но Гермиона и так была весьма хорошенькой, без нее. В изумрудно-зеленых глазах появились золотистые искорки восхищения. Мистер Грейнджер заботливо передал руку своей дочери жениху. Зрачки Гарри расширились, он улыбнулся. Хотя и ему, и Гермионе сейчас стало вдруг несколько неловко, они оба повернулись к Аманде Дженкинс. Церемония началась. - А сейчас, жених может поцеловать невесту, - услышали они голос мирового судьи. Минерва МакГонагалл даже не пыталась смахнуть с глаз слезы. Кингсли Бруствер крепко пожал ее подрагивающие пальцы, стараясь принять все волнения пожилой волшебницы на себя. Вернон Дурсль лишь одобряюще улыбнулся Гарри, выбор такой красавицы его вполне удовлетворял, даже если она и являлась ведьмой. Петуния крепко стиснула зубы, отчего ее губы растянулись тонкой бледной полоской, она изо всех сил старалась не поддаться сейчас эмоциям. Вполне достаточно было того, что они почтили женитьбу племянника своим присутствием. Дадли и Луна нежно держались за руки, как и Парвати с Северусом, который аппарировал из Годриковой впадины сюда прямо перед началом церемонии. Мистер Грейнджер обнимал свою жену, которая лила горячие слезы прямо на его плечо. Гермиона все это видела краем глаза. Девушке казалось, что время практически остановилось и движется очень и очень медленно. Она видела, как рука Гарри потянулась к ее лицу, и он бережно убрал прядь волос ей за ухо. Его лицо приближалось все ближе и ближе, как в замедленной съемке. Гермиона перестала видеть все на свете, остались только его пронзительные глаза и губы, которые вот уже мягко касаются ее собственных губ. Практически оглушительную тишину тут же разрывают громкие аплодисменты и поздравительные крики их гостей, тех самых близких людей, которые разделили с ними этот совершенно потрясающий и незабываемый момент заключения их с Гарри брака. Гермиона ответила на его поцелуй. Неловкость прошла. Она стала полноправной женой Гарри Поттера, и постаралась вместе с этим поцелуем передать ему все свои чувства. Руки Гарри сомкнулись на ее талии, он притягивал девушку ближе к себе. Свадебный фотограф старался выбрать несколько наиболее удачных ракурсов, все время перемещаясь вокруг них, но они этого даже не замечали. Наконец, молодожены перевели дыхание, и повернулись к гостям. Родители Гермионы тут же принялись их обнимать, а вслед за ними образовалась уже небольшая очередь из желающих поздравить молодых. Гарри с кем-то переглянулся, и вот уже вокруг шатра появились золоченые кареты, запряженные настоящими единорогами. Все гости были рассажены в них, и началась увеселительная прогулка по лесу. Гарри и Гермиона ехали вдвоем, их колени были укрыты огромной шкурой белого медведя, подаренной Хагридом. Именно Хагрид, кстати, и помог ему организовать катание на этих чудесных единорогах, от которых растаяла даже тетя Петуния. После 2х часовой прогулки вдоль реки, когда все гости изрядно подмерзли и успели вдоволь нафотографироваться, вся процессия снова вернулась к шатру, где гостей уже ожидали празднично накрытые столы. Тете Питунии и дяде Вернону казалось совершенно невероятным то, что внутри шатра, хотя он и находился под открытым небом, было так тепло и уютно. Остальные же не обратили на этот момент совершенно никакого внимания. Свадьба продолжалась пышным застольем и бесконечными танцами. После вальса с Кингсли Бруствером к Гермионе подошел Виктор Крам. - Хотел бы я, чтобы моя будущая жена была хотя бы в половину такой красивой, как ты, - прошептал он новобрачной, а Гермиона только захихикала ему в ответ. На улице стремительно темнело, но мелкие золотые огоньки прекрасно освещали зону шатра и дорожку, ведущую к гостинице. Наконец, Гарри и Гермиона разрезали торт и удалились в южном направлении. Дойдя до своего номера – номера для новобрачных, Гарри поднял Гермиону на руки и перенес ее через порог. Гермиона затаила дыхание. Зажжённые вокруг кровати свечи и огромное количество белых роз в больших напольных вазах создавали совершенно невероятное впечатление. - Миссис Поттер, вы позволите? – и Гарри снял со своей жены ее меховой джемпер. Гермиона стояла и смотрела на него и совершенно не верила своим глазам. Она никогда еще не видела Гарри таким пронзительно-заботливым, нежным и, девушка никак не могла подобрать еще какое-то более подходящее ситуации слово. Переступив с ноги на ногу, наблюдая, как Гарри развязывает галстук и избавляется от смокинга и рубашки, девушка вдруг оступилась, и чуть не упала. Уверенным движением Гарри подхватил ее и усадил на кровать. - Давай, я помогу, - и пока Гермиона не успела опомниться, он расстегнул ее великолепные белые полусапожки, и осторожно освободил из их плена ее изящные ступни. Гермиона зачаровано смотрела в плавящиеся изумруды его глаз и совершенно точно не знала, что же они будут делать дальше.