любовь пахнет кровью

у меня в руках букеты роз и васильков охапки ландышей, тюльпанов, маргариток у тебя в руках моё письмо весь чёртов мир в одной простой открытке; на часах уже шестнадцать тридцать я курю, облокотившись о калитку подошвы давят беспощадно снег в руках – букетик из сердец (ну ладно, пошутила – это лишь камелии); поёжившись(под рёбрами скребётся грёбанный декабрь) я выкинула сигарету, застыв в сомнении но, пару раз вздохнув, я улыбнулась хотя внутри меня кричит, кусается и лает что-то но это чёртова привычка – показать, что не прогнулась не сломалась, не волнует, не устала но жизнь этой игрушке давно уже все кости раскрошила, раздробила, разломала; я захожу, я помню этот путь так хорошо, мою любви ошибку: направо, прямо вдоль забора, поворот налево о господи, как жить мне надоело ну ничего, я очень скоро вновь увижу ту улыбку; я подхожу к твоему дому и становлюсь перед тобою на колени (из надобности, но я бы все равно свалилась из-за недосыпа из-за крошащей череп чёртовой мигрени) – привет, любимая, я тут тебе цветочков принесла (и своё сердце где-то между ними затерялось, выйди поищи не уколись, ведь из него иглой торчит моя вина) я взглядом провожу по выгравированным на моих веках цифрам: дом номер сорок три в окне твоём стоит мужчина который клялся тебе в вечности любви — ты сдохла для меня в шестнадцать пятьдесят четыре выиграв моё сердце, будто игрушку в тире оставив моё тело оплакивать потерю, топя в пиве всю ту печаль, что я хранила бережно в квартире и никогда не собиралась отдавать.