Monsun

Стук в дверь. Довольно громкий. Кто-то очень хочет, чтобы его впустили. Кое-как поднявшись со стула, я пошел к коридору, цепляясь руками за стены, чтобы не упасть. Лишь подойдя к злосчастной двери, которую некто уже почти снес с петель, я вспомнил, что не закрывал ее на ключ. - Открыто, - почти крикнул я, на всякий случай отойдя на несколько шагов назад и прислонившись спиной к стене, чтобы не рухнуть. Дверь тут же отворилась, а на пороге появился мой драгоценный Алекс, выражение лица которого мне очень не понравилось. Либо он собирался промыть мне мозги, либо трахнуть так, чтобы я дня три сидеть не смог. И лежал бы только на животе. Почему-то сейчас я был уверен, что на такой поступок он способен. Зайдя в коридор и захлопнув за собой дверь, рассвирепевший Алекс подошел ко мне и вместо поцелуя, на который я, кстати, надеялся, больно схватил меня за руку и, не обращая внимания на мои крики и попытки освободиться, потащил за собой в спальню. - Сядь, - он подтолкнул меня к кровати, на которую я послушно сел. Игнорируя мой обиженный взгляд и «Покалечишь же», Гаскарт внимательно изучал мою комнату. Остановив взгляд на мне, он тяжело вздохнул, заставив меня почувствовать себя нашкодившим котенком. Несколько раз он открывал рот, чтобы что-то сказать, но тут же передумывал и продолжал молчать, сверля меня взглядом. - Алекс, - я тихо произнес имя парня, сам не зная, зачем. И, похоже, сделал это очень зря. - Заткнись, Бирсак. Ты о чем думал, когда уходил? Явно не обо мне. Неблагодарный ты. Эгоист. Ты можешь хоть раз в жизни думать не только о себе? Один чертов раз. Я обзвонил все больницы, блять, да я в морг уже звонить собирался. Зная тебя, можно было оттуда даже начать. Придурок… - Я просто… - Заткнись просто. Не выводи меня. Твои оправдания сейчас ничего не стоят. Абсолютно. Как и глупые извинения, которые ты наверняка уже придумал. Я прав? Думаю, да. - Ошибаешься. И в том, что я эгоист, и в том, что я собирался оправдываться. Уж прости, но я молчать больше не буду. Ты не замечал меня все то время, что разговаривал с Джеком. Как еще я должен был себя вести? Спокойно смотреть на то, как тебе и без меня нормально, даже отлично, живется? Прости, нет. Такого точно никогда не будет. Нет, я совсем не против вашего с ним общения. Я лишь прошу не делать из меня пустое место. Не более. - Закончил? - Да. - Идиот. Алекс сел рядом со мной и, положив голову мне на плечо, тихо вздохнул. Он долго молчал. Очень долго. Как, собственно, и я. Тишину нарушал изредка шум проезжающих машин. - Энди, - тихо позвал он. - Да? - Прости. Я, наверное, действительно поступил очень некрасиво по отношению к тебе. Сам не знаю, почему так вышло, честное слово. А когда ты не брал трубку, пока я звонил, я думал, что с тобой что-то случилось. Думал, что потерял тебя. Думал, что ты и знать меня не захочешь после такого ужасного поступка. Ты сможешь простить меня? - Уже давно простил. На тебя невозможно обижаться. И правда. Алекс настолько дорог мне, что даже если он когда-нибудь попытался бы меня прибить, что вполне возможно, я не обижусь на него. Это ли называется любовью? Может быть. До отношений с ним я подобных чувств никогда не испытывал. Это приятно. С ним я чувствую себя нужным, полезным, защищенным от всего, что только может случиться. Мой герой. Такой милый, когда улыбается, такой нежный, когда обнимает, такой… любимый. - Честно простил? - Да. - Честно-честно? - Честно-честно. Еще раз спросишь – укушу. Больно. Алекс, видимо, хотел проверить правдивость моей, так называемой, угрозы, поэтому действительно спросил, не обижаюсь ли я. Собственно, я его укусил. За плечо. Такого крика я от него еще никогда не слышал. Это даже был не столько крик, сколько писк. Настолько громкий, что у меня еще около пяти минут в ушах звенело. - У меня след остался. Придурок. - А чего придурок-то сразу? Я говорил, что укушу, вот и укусил. Ты сам виноват. Гаскарт еще немного поскулил для вида, но более менее успокоился, когда я стянул с него футболку, чтобы посмотреть на след. На его покрасневшем плече красовались отпечатки моих зубов. - Мой маленький бедненький Алекс. Сильно болит плечико? – я состроил сострадательное лицо, смотря на него. Алекс не стал обижаться на такие сюсюканья. Он решил подыграть мне в этом импровизированном спектакле. Состроив по-детски обиженное лицо, он кивнул. - Да-а-а, - протянул парень, чуть не плача. Смотря на эту великолепную актерскую игру, я расчувствовался. Мне и правда стало жаль этого милого мальчика. Наклонив голову, я поцеловал его плечо, едва коснувшись губами кожи. - Прости. Уже не болит? – я посмотрел в глаза парню. - Болит. Поцеловав еще раз его плечо, я вновь поинтересовался о его самочувствии, на что получил очередное «Болит». Несколько минут я «лечил» его больное плечо. Когда боль наконец отступила, я получил благодарный взгляд, милую улыбку и легкий поцелуй в щеку. - Это что… все? - А чего ты ожидал? Словесного ответа на его вопрос не последовало. Да и нужны ли были слова? Я просто положил руки на талию парня и, притянув его к себе, коснулся губами его губ. Недолгий, но чувственный поцелуй был лучше любых слов. И я, и Алекс вложил в него все, что не могли сказать друг другу. Я вложил всю ту нежность, которой уже давно с моей стороны не было. Нежным у нас был Алекс. Романтичный, мягкий, спокойный. Я уже давно удивлялся его терпению. Учитывая то, что в последнее время я стал нервным и истеричным… Гаскарт был просто героем. Алекс же, наоборот, в поцелуй вложил свою обиду за все то время, что я срывался, кричал, хлопал дверью. Пару раз прикусив мою нижнюю губу, он остался доволен и, кажется, успокоился. - Энди, поехали домой. - Я вроде дома. Разве нет? - Пошли, я сказал. Поднимайся. Алекс встал с кровати и протянул мне руку, чтобы помочь встать. С его помощью я поднялся на ноги, после чего мы пошли в сторону выхода из квартиры, от которой Гаскарта бросало в дрожь. Это не его чистый уютный домик, в котором царит порядок, это моя скромная обитель, где господствует легкий хаос. Алекс был очень рад тому, что мы уже совсем скоро приехали домой. В его родной опрятный дом. - Прошу вас, сударь, проходите, - он вежливо открыл передо мной дверь. - Как мило с вашей стороны, мсье. *** - Алекс… - Что? - Жили они долго и счастливо? - Долго. И счастливо.