потерять воспоминания

честно признать, в детстве у изуку не было друзей, из-за чего он привык быть в стороне от человеческой шумихи, держась максимально отстранённо ото всех. он привык находиться от людей на определённом расстоянии, не доверяя никому и ставя в приоритет своё личное пространство. он не чувствовал особой потребности в общении со сверстниками, а те не видели смысла общаться с зеленовосым – он абсолютно ничем не выделялся, да еще и беспричудный. однако к счастью его не травили, так что подросток мог постоять за себя и сказать в случае чего пару-тройку оскорблений. если кратко, он был довольно невзрачным, даже слишком обычным: средние оценки, очень узкий круг общения, тихий, спокойный и расчётливый. из него вышел бы великолепный анализатор, наверно, если посмотреть его записи по героям. он смог поступить в юуэй, перед этим упорно тренируясь и готовя своё тело к принятию причуды всемогущего. сдал экзамен, познакомился с классом, – вроде бы, кто-то из новых одноклассников даже пошутил, что изуку и шото похожи на братьев по поведению. в общем, всё складывалось в общих чертах... спокойно и размеренно. мидория приоткрывает глаза, слыша какой-то разговор недалеко от себя. – ...может не помнить кого-то из класса или своей семьи и пока что неясно, что с этим делать. он приподнимается на локтях, начиная осматриваться. он на койке в кабинете исцеляющей девочки. он же был в патруле, какого черта он делает здесь? из-за того столкновения со злодеем возникли какие-то сложности? он осторожно поворачивает головой в сторону источника шума, замечая также в кабинете вялого из-за бессонницы классного руководителя. – мы понятия не имеем, как он может повести себя под влиянием этой причуды, и- – он проснулся, кстати, – подмечает айзава. исцеляющая девочка оборачивается, встретившись глазами со спокойным взглядом мидории. да, это определённо выглядело как-то неестественно. – как ты себя чувствуешь, мидория? – айзава подходит чуть ближе к койке, на которой лежит подросток, и слегка наклоняется над ним. зеленоволосый некоторое время молчит и подаёт голос, начав хрипло и спокойно говорить, слегка напугав этим айзаву, уже собравшегося отвернуться из-за возможного игнорирования. – в целом нормально, спасибо. что случилось? голос звучит неестественно холодно для него. о каком человеке вообще можно было стереть воспоминания, чтобы он стал таким? – наверно, ты уже слышал часть нашего разговора, так что... – так что? – ты попал под влияние стирающей воспоминания причуды. мидория поднимает глаза на лицо учителя. а. вот оно как. – как долго длится эффект? – мидория жмурится и напряжённо потирает нос, прогоняя дремоту. – около двух недель. – хорошо, я понял вас. ко мне есть какие-то вопросы? айзава оборачивается к исцеляющей девочке, та пожимает плечами, и учитель поворачивается обратно к ученику. – как думаешь, ты помнишь всех своих одноклассников? мидория задумался. – да. – я бы не советовала верить ему на слово, айзава, – подмечает немолодая женщина, – ему может лишь казаться, что он всех помнит. – выходит, что мы узнаем, кого он забыл, только когда он вернётся к занятиям... – получается, что да. шота раздражённо потёр глаза. – проблемный ребёнок. ну, попытаться стоило. он поднялся и вышел из кабинета, направляясь к классу 1-А. видимо, он собирался оповестить остальных об инциденте, что был связан с изуку. – к слову, ты можешь отдохнуть еще немного, чтобы вернуться в норму физически, мидория. мидория закрывает глаза, расслабляясь.