КАНИКУЛЫ ЛЕДИ БАГ И КОТА НУАРА ИЛИ В ОТПУСК ПОНЕВОЛЕ

Глава 29

ГЕРОИ

Габриэль и Эмили разговаривали в своей спальне. — Знаешь, он сейчас выглядит таким счастливым, — Агрест-старший сидел, опустив голову и глубоко задумавшись, — Да и она тоже… Как им все рассказать? Эмили тоже прибывала в задумчивости и, наконец, вынесла вердикт: — Не порти им вечер. И так есть, кому это сделать, а они только что вернулись домой! Да и какое это сейчас имеет значение? Габриэль удивленно поднял на нее голову, а она мягко улыбнулась и продолжила: — Они и так знают, что их противник совсем другой человек, женщина к тому же. Первого Бражника уже нет, он канул в Лету! Есть время их подготовить и поведать им все это позже! — Да, так будет лучше, — согласился дизайнер и озабоченно посмотрел на жену, — Но меня еще вот что беспокоит: наш сын намерен жениться! Я не против этой кандидатуры, упаси Господи, она его любит больше самой себя, но все-таки… Он еще не слишком юный для такого серьезного решения? Эмили прыснула и весело спросила: — Габриэль, тебе сколько лет было, когда мы поженились?! — Девятнадцать, — подавлено ответил ее муж и кивнул своим мыслям, — Да, недалеко ушел. Надеюсь, ему хватит ума детей сразу не заводить? — Он, как и ты, слишком много думает сердцем. А вот Маринетт мне кажется вполне здравомыслящей девушкой. Ей точно хватит! — отмахнулась женщина, — Они сейчас единственные защитники Парижа, им еще работать и работать! И учиться параллельно. Лучше верни пока Маринетт шкатулку, она же Хранитель. Она наверняка беспокоится о талисманах! — Точно! — хлопнул себя по лбу Габриэль и быстрым шагом направился к сейфу.

***

Маринетт проснулась уже в сумерках. За окном раскинул темно-синие крылья вечер, загорались огни. В спальне царил легкий полумрак. На подушке рядом, почему-то в обнимку, тихо посапывали Плагг и Тикки. Они тоже устали, наелись и теперь отдыхали. Умилившись этой картинке и пожалев от души, что их нельзя сфотографировать, девушка перевернулась на другой бок и наткнулась взглядом на пару миндалевидных зеленых глаз. Адриан, как никогда похожий на Нуара, стоял на коленях возле ее кровати, положив на краешек постели согнутые в локтях руки и опустив на них подбородок, при этом лукаво улыбаясь. — Привет! — Привет, — сонно пробормотала Маринетт, садясь, — Давно ты здесь? — Уже минут десять, — беспечно сообщил Адриан, одним гибким движением садясь на постель, — А Плагг, паршивец, похоже, сбежал от меня, едва я заснул! Взяли моду — бегать друг от друга! То мы от них, то они от нас! Маринетт вздохнула и покачала головой: — Никак не могу привыкнуть, что мы опять в Париже. И наша жизнь снова станет неспокойной, мы в любой миг должны бежать всем на выручку. Да еще и в такой момент вернулись… И вспыхнула, как маков цвет. Адриан напротив, засиял, улыбнулся и смело опустил руку на ее затылок: — Но ведь акумы еще не объявились… Или тебя не устраивает то, что мы в другом месте? Напомню: Париж тоже носит звание города любви! Маринетт нервно сглотнула, загипнотизировано глядя на него, как кролик на удава. Нуар вздохнул, покачал головой и вдруг крепко обнял ее, засмеявшись: — Неужели ты меня все еще боишься?! — Нет, — Маринетт улыбнулась и уверенно ответила, посмотрев ему в глаза, — Конечно, нет! Просто всегда чуточку волнуюсь, когда ты такие вещи говоришь. И так смотришь. И самое смешное заключается в том, что я благодарна Бражнику! Серьезно: ведь если бы мы не попали на тот остров, все бы так и осталось, как было раньше! Мы бы никогда друг друга не узнали, не смогли бы понять свои чувства, не влюбились бы еще больше… Теперь я окончательно поняла смысл поговорки: не было бы счастья, да несчастье помогло! Адриан вздохнул и сжал ее объятиях еще крепче: — Я сейчас так счастлив, моя Леди! Так счастлив! Ты себе представить не можешь! Ты со мной, на тебе мое кольцо, мы обязательно поженимся! Я последний раз так радовался, когда мама вернулась!!! Она тихо рассмеялась и искренне отозвалась: — Я тоже. Юноша внимательно посмотрел на Маринетт и удовлетворенно кивнул: — Знаешь, я очень этому рад. К тому же счастье тебе идет — ты хорошеешь день ото дня! Ты сейчас такая красивая… Пока он это говорил, изящные музыкальные пальцы начали расстегивать пуговицы на ее пижаме. — Не надо, Адриан! — вздрогнула Маринетт, пытаясь его оттолкнуть, — А вдруг нас кто-нибудь увидит?! — Не увидит, я запер двери, — прошептал он ей в губы. Пьянея от его запаха и поцелуя, девушка теряла волю и все же предприняла еще одну отчаянную попытку: — Здесь же наши квами! — Ничего, они спят. А вообще-то, я их сейчас в другую комнату отправлю, потерпят! Его дыхание было горячим, в глазах разгоралось изумрудное колдовское пламя. То чувство страсти, которое он испытывал раньше и бывшее более абстрактным, теперь обрело вполне отчетливую форму. А пылкое воображение услужливо подкидывало яркие образы, на которые живо реагировал молодой организм. С Маринетт произошли похожие метаморфозы. Их взаимное влечение не угасло, а только усилилось! И в тот миг, когда она уже расслабилась и позволила Адриану скользнуть рукой под расстегнутую до половины пижаму, раздался деликатный стук в дверь и чуть удивленный холодный голос: — Мадмуазель Дюпен-Чен, простите, что побеспокоил, но мой сын случайно не у Вас? — Да, я здесь, папа, — откликнулся Адриан, замерев, как изваяние. Маринетт поспешно привела одежду в порядок, жутко краснея, и открыла дверь. — Добрый вечер, мсье Агрест! О… О-о-о! И стала неприлично алой! Потому что Габриэль держал в руках шкатулку с талисманами, бережно сохраненную им, а та лежала прежде на дне ее сундука, набитого подарками для Адриана! И даже подписанными! Он же все понял!!! — Простите, Маринетт, мне пришлось ее забрать на время, потому что Бражник подозревал, что Вы — Леди Баг, — пояснил он. Девушка взяла шкатулку и неловко улыбнулась: — Спасибо. Да, Вы ведь рассказывали нам о том, как Алья, Нино и мадам Агрест покрывали нас. Адриан с голодным взглядом человека, у которого из-под носа утащили эклер, который он только что собирал съесть, наблюдал за ними. Он не позволил бы себе выказать недовольство при отце и теперь терпеливо ждал только одного: когда Габриэль выйдет и закроет за собой дверь. Агрест-старший, однако, понимающе взглянул на сына, мягко улыбнулся пылающей румянцем Леди Баг и вышел. Девушка облегченно выдохнула и сползла по стене со шкатулкой в руках. — Что с тобой? — изумился Адриан, — На твоем лице хоть яичницу жарь! — Он нашел эту шкатулку в моем сундуке! — простонала Маринетт, — И теперь знает, что я в тебя втрескалась! Там куча доказательств! — А то он и так не знает! То-то он проникся к тебе такой симпатией, — Адриан заинтересовался и подошел ближе, — Доказательств, говоришь? Каких же именно? — Там твои фотографии, твои духи, подарки тебе на все праздники и дни рождения лет на десять вперед… — перечисляла покаянно она, словно признаваясь в страшном преступлении. Нуар ошарашенно все это слушал и облегченно вздохнул: — Оказывается, не один я такой чокнутый! — В смысле? — озадачилась Маринетт. — У меня весь телефон и компьютер тобой забиты. И в спальне постеры с тобой на каждом углу. И наши куклы, и журнал с твоим интервью, и еще много всего. А главное: несколько тетрадок с моими стихами о тебе, письмами, которые я писал, но так и не отдал, и… — тут он тоже покраснел, — Твой волосок, который остался на моем костюме. Они уставились друг на друга расширенными глазами, потом засмеялись, обнялись, но на середине поцелуя их отвлекли крики со стороны окна и какой-то грохот. Адриан застонал в голос и гневно зарычал, совсем как Габриэль: — Чтоб этот Бражник провалился вместе с его акумами!!! Два звонких голоса одновременно выкрикнули: — Тикки, давай! — Плагг, когти! Еще не до конца проснувшиеся квами втянулись в талисманы. Оба героя вдруг осознали, что впервые видят трансформацию своего напарника. Нуар и Леди Баг обратились, и вдруг девушка заметила ошеломленно: — Мой костюм изменился! Смотри! Она подняла ногу. На ней появились туфли на маленькой платформе и шпильке «стилет», которая сама по себе являлась страшным оружием. У пояса обнаружился набор метательных дротиков — новое вооружение! — Мой тоже! — изумился Кот, разглядывая себя. Теперь на его руках наметились уплотнения, вроде кастетов, а к шесту добавились нунчаки в количестве двух штук. Оба выпрыгнули в окно и обнаружили еще одно удивительное свойство: теперь в костюмах они могли двигаться гораздо быстрее, буквально на сверхскорости! И Леди Баг заметила, что на шпильках тоже может двигаться легко, хотя Маринетт бы в них уже давно переломала ноги, — ощущения были прежними, будто бежишь босиком по облакам. Но удивляться некогда — необходимо найти злодея раньше, чем он успеет натворить еще больше бед. Сегодня Бражник явно был в ярости: их противником оказался человек в кимоно и маске, наделенный невероятной физической силой, который громил все на своем пути: разбивал ногами асфальт, проламывал ударами рук стены и крыши домов. Если на пути попадался автомобиль, его постигала та же участь. — Похоже, у нас объявился разочарованный мастер боевых искусств, — задумчиво пробормотала Леди Баг, наблюдая с крыши за происходящим, — Где же у него сидит акума? — Я думаю, что в поясе, — ответил Нуар, — Видишь, он не черный, а темно-лиловый? Таких не присуждают, их вообще в природе нет! — Согласна! — героиня первой слетала вниз алой молнией и внезапно возникла перед злодеем. Кот приземлился позади него. Каратист оглянулся и мстительно улыбнулся: — Вас-то мне и надо! Я — Разрушитель! Добровольно отдадите талисманы, или предпочитаете быть сначала избитыми до полусмерти?! — он картинно поиграл мускулами. Будучи в облике Нуара самоуверенным и влюбленным в свою силу, Адриан не вытерпел такого нахальства и мгновенно вспыхнул. — Это кто мне тут угрожает?! — надменно поинтересовался он. — А у тебя, похоже, много здоровья! — не остался в долгу пленник акумы, — Но это поправимо… И начал надвигаться на Нуара. Тот сразу же решил опробовать свои новые способности и выхватил нунчаки. Соединенные между собой прочной веревкой палочки быстро завращались в его руках с угрожающим свистом. Просто Брюс Ли! Кстати, еще не факт, что он тоже не был героем! Кот и Разрушитель моментально вступили в схватку, и Леди Баг с удивлением отметила, что противник тоже движется со сверхскоростью, не уступая Нуару, а она видит все детали поединка. Хотя обычному человеку в их смазанных движениях просто не удалось бы разобраться, так быстро все происходило. Тем временем ее напарник ушел в защиту. И, хотя его еще не достали ни разу, ему приходилось туго. А тут еще Разрушитель решительным движением выхватил из-за спины два меча и завертелся в танце смерти. Но для чего же тогда нужны друзья?! Миледи размытым бликом пронеслась между противниками, выбила один меч из рук разрушителя, а другой встретила блоком ноги в новых туфлях. Шпилька пришлась как нельзя кстати — выдержала удар, уколола запястье противника, из-за чего он уронил второй клинок, а потом уперлась ему прямо в горло. Разрушитель замер, Нуар уничтожил его пояс, девушка привычно очистила бабочку от зла и отправила ее в свободный полет, а затем все вернула на свои места. Очнувшийся каратист ошеломленно смотрел на героев. Это оказался ученик местной школы боевых искусств. Недавно он пытался получить черный пояс, но не прошел испытание. — Ничего, через год попробуешь еще раз! И у тебя все получится! — приободрил его Нуар и вместе с подругой, под писк сережек и кольца взмыл вверх. Леди Баг огляделась и махнула рукой в сторону мансарды, которая располагалась над пекарней ее родителей: — Бежим ко мне! Сейчас там все равно никого нет! Влетев в окно в последнюю секунду и освободившись от трансформации, Маринетт протянула Тикки печенье, а Адриан Плаггу — сыр. Дождавшись, пока они доедят, девушка скрестила руки на груди и угрожающе произнесла: — Так. А теперь кому-то надо объясниться! Квами замерли, затем покосились друг на друга. — Поддерживаю, — кивнул Адриан, — Почему наши силы изменились, а мы об этом ничего не знаем и действуем вслепую? Кто-то же должен был нам рассказать об оружии и сверхскорости? Не так ли? Тикки вдохнула побольше воздуха, но первым заговорил Плагг: — Вы чем-то недовольны? Вообще-то, вы растете, и ваши способности становятся лучше, что в этом такого ужасного? — Просто, — застенчиво добавила Тикки, — У каждого супергероя появляются разное оружие и разные детали костюмов — мы не знали точно, что проявится у вас. Кстати, Маринетт, твои дротики не убивают, но могут на время задержать противника. — Понятно, — кивнула девушка, — Спасибо за разъяснения. Мы понятия не имели! — Извините нас, — примирительно улыбнулся Адриан, — Но мы испытали легкий шок, это могло помешать работе! Квами снова переглянулись, на этот раз как-то виновато. Но не раскрывать же героям ВСЕ секреты! Особенно касающиеся их личных отношений! — Мы пойдем вниз? — спросила негромко Тикки, _ Там в холодильнике, наверное, все-таки осталось еще что-то, чем можно подкрепиться? — Нет проблем, идите, я думаю, не будет большой беды, если мы здесь останемся! — улыбнулась Маринетт. Квами скрылись за дверью, и она начала искать в карманах пижамы мобильник, чтобы предупредить родителей — своих и Адриана. Но в этот момент на ее плечо легла рука юноши и голос любимого напарника мягко произнес: — Потом. — Но мы должны им сказать — они с ума сходят от беспокойства! — возразила неуверенно Маринетт. Адриан с улыбкой обнял ее и привлек к себе: — Я же говорю — потом! Послушай меня. Они же видели, что твоя сила починила дома и улицы. И повода для волнений у них, следовательно, нет! А вот у меня — есть! И этот повод — ты! Он наклонился, они пылко поцеловались и через мгновение уже оказались на кровати Маринетт. В этот раз девушка уже чувствовала себя свободнее и увереннее. Поняв, «как это делается», она стала более гибкой, подвижной и пластичной. Адриан все равно держал ситуацию под контролем: ему нравилось овладевать, ей — отдаваться. И, хотя все еще было чуточку больно, приятные ощущения оказались гораздо ярче и насыщеннее, чем в прошлый раз. Измученные ожиданием, они уже очень скоро перестали беспокоиться о том, что их могут услышать внизу. Постепенно забывая, как их зовут и из какого они города, они одновременно добрались до вершины. Видимо, они уже настолько хорошо друг друга знали, что чувствовали малейший изменения в эмоциях любимого человека. Луна, служившая единственным источником света, через окно проливала на них свои холодные голубые лучи, заставляя пот на их телах сверкать, как перламутр, зажигая искорки в бездонных глазах. И все же, когда Адриан, прижимая к себе усталую Маринетт, смотрел на ее сияющее лицо, он внезапно виновато прошептал: — Прости, я тебе сделал больно? Я не мог остановиться, ты кричала… Девушка покачала головой, зажмурилась от смущения и тихо прошептала: — Нет, не больно. Просто мне было так хорошо, как никогда в жизни! И я никак иначе не могла это выразить! Я люблю тебя, Адриан! И всегда любила! — И я тебя, моя Леди… Моя Маринетт! Когда луна сместилась в сторону и на востоке появилась зеленоватая полоска, предвещающая раннюю летнюю зарю, они уже крепко спали в объятиях друг друга.