Искуситель или искусительница?
7 октября 2020 г., 23:37
Ещё одна неделя в школе Ангелов и Демонов пролетает для Уокер незаметно. Хоть неделя и была спокойной, но полной массой различных событий, самым главным из которых является ее окончательное прекращение общения с Люцифером. Он просто избегает ее. Лишь изредка Вики ловит на себе его томные взгляды, мгновенно пропадающие и растворяющиеся в толпе других учеников школы. Ей абсолютно непонятна причина резкой остановки всего того, что между ними происходило, но прыгать перед ним на задних лапках она не собирается. Слишком много чести для того, кто не ценит ее как личность.
— Уокер, я вообще-то вопрос задал. Не соизволишь почтить нас своим вниманием? — ангел Фенцио вырывает непризнанную из состояния аута, строго качая головой.
Вики всегда казалось, что именно Фенцио ненавидит ее больше всех остальных. Ну иначе нельзя по-другому объяснить столь грубое в каких-то смыслах к ней отношение. Вечные упрёки, какие-то странные взгляды и такая суровая ненависть. Иногда Уокер даже думала, что это из-за Дино, но ведь они с ним не так близко контактируют. Вообще, Фенцио для нее — сплошная загадка.
— Извините, я не расслышала, — она изящно поправляет свои длинные волосы, укладывая их на бок.
— В последнее время ты ничего не слышишь… Ты сюда учиться приходишь, а не витать в облаках. Будь добра делать то, что нужно, а не то, что решаешь сама. — учитель делает замечание своей ученице, вызывая в классе волну разговоров.
Отдельные фразы доносятся до непризнанной, и она слышит, что предмет их обсуждения — она, а именно ее иссякшие отношения с Люцифером. Ей становится слишком неловко. Она и так переживает из-за глупого решения демона, а теперь ещё все и обсуждают это прямо при ней.
— Непризнанная любит делать то, что никому не нужно. Знаете, она как заноза в заднице.
Вики оглянулась на голос, что произнес все эти слова, молясь, чтобы ей послышалось. Это не мог быть Люцифер. Но это был именно он. Уокер заметно побледнела. Занозой в заднице ее ещё никто не называл, и это гораздо обиднее, чем просто непризнанная.
— Зато я хотя бы не трусиха, избегающая человека лишь из-за своих собственных предрассудков, — она ещё пожалеет, что вступила в словесную перепалку с сыном Сатаны, но не сейчас. Сейчас в ней кипит целая буря эмоций, боящихся вырываться наружу целую неделю.
Ученики разом обернулись на непризнанную, удивляясь ее резкому выпаду. Уокер считали кем угодно, но уж точно не способной ответить Люциферу так нагло. Пусть и намеком.
Демон громко рассмеялся, закинув ноги на парту и облокотившись на спинку стула. Смех казался таким неискренним, скорее, истеричным или нервным, но уж точно не настоящим. Вообще, во всех действиях по отношению к Уокер наследник Ада в последнее время был слишком неискренен. Он будто бы сдерживал свои порывы эмоций, то и дело причиняя девушке боль.
— Да, ты не трусиха. Ты пустое место. Знаешь, такое маленькое чёрное пятнышко, которое можно запросто стереть и никто об этом не пожалеет. — Люцифер произносил каждое слово с особой ненавистью, что делало все выражение настолько грубым и противным, словно это говорилось не ранимой девушке, а черствому старику.
Вики опешила от услышанного. Внутри все резко оборвалось, когда она увидела холодный взгляд демона, что целовал ее нежно и ласково ещё так недавно. Теперь же он считает ее пустым местом просто так. Если ему хотелось причинить ей максимальную боль, то у него отлично получилось. Уокер медленно встаёт со своего стула, быстрым шагом направляясь к выходу из класса. Напоследок она ещё раз смотрит на объект своего обожания, пытаясь развидеть этот холодный взгляд, но не выходит. Он преследует ее все то время, пока она выходит из класса под оглушительные призывы Фенцио сесть на место.
«Пустое место? Никто не пожалеет?» — обрвывки фразы Люцифера мучительно вспыхивают в голове снова и снова, пока непризнанная идёт туда, куда ее ведут ноги.
Подавленность, раздавленность, опустошение — ранее незнакомые для Вики чувства, которые настигают ее в одно мгновение, переходя в одну большую боль, разрывающую ее маленькое сердечко на миллиарды осколков. Она не делала ему ничего плохого, напротив — послушно вела себя, держась подальше, как он и просил. Но почему тогда Уокер стала для него пустым местом? Это его реальные мысли или просто попытка защититься? Хотела бы она знать ответ хоть на один из этих вопросов…
Маленькая опушка посреди леса с огромными деревьями вокруг. Пахнет елью и землёй. Уокер садится на землю, подбирая под себя ноги. Чертовски невыносимый вид в пустоту и странное ощущение внутри. Пустота или что-то похожее. Такое, словно тебя полностью выпотрошили вживую. И чем же она так не угодила ему, раз он посмел бросить в ее сторону такие грубые слова?
— О, Шепфа, зачем придумали любовь, если она причиняет лишь боль? — Вики отчаянно бросает вопрос вникуда, зная, что ответа не проследует. Не появится кто-то и счастливым образом не прокрутит время назад, чтобы вновь не повторять тех же ошибок. Она бы не целовала его страстных губ, не ласкала бы его манящее тело, не грелась бы в его теплых объятиях. Но уже слишком поздно. Точки возврата нет и не появится.
— Почему я бегаю за тем, кто пытается загнать меня в угол?
Очередной вопрос, что не получит ответа. Вся ее жизнь сплошной вопросительный знак, не имеющий никакого точного значения. Непризнанная встаёт с земли, разворачиваясь на 180 градусов. Что-то внутри резко поменялось. Она не намерена сидеть и грустить из-за самовлюблённого демона, ставящего собственное эго выше чувств других. Резким и быстрым движением, она взлетает, направляясь в сторону школы. «Нужно решить все раз и навсегда» — возникшая в ее голове мысль придает ей силы и становится чем-то движущим ее хрупкое тельце вперёд.
***
Странным образом комната сына Сатаны оказывается незакрытой. Без стука Уокер врывается во внутрь, обнаружив пустоту. Смелость резко испаряется, как и чувство того, что ей это нужно. Но она не привыкла сдаваться, а значит и не уйдет сейчас. Непризнанная садится на край кровати, медленно перебирая пальцами свои черные волосы. Ожидание мучительно разъедает ей мозг изнутри. И что же она ему скажет? Когда Вики летела сюда, то мыслей и слов было гораздо больше, чем сейчас. Сейчас же нет ничего вразумительно. Нет вообще ничего, что она может ему сказать. За неделю внутри все настолько перепуталось, что она уже и не знает, что между ними. Но все равно верно надевает каждую ночь ту самую рубашку, отданную ей непонятно для чего. Может быть, он хотел, чтобы частичка его тела всегда была рядом с ней? Или это просто мужская солидарность? Уокер думала об этом уже сто тысяч раз, но не смогла прийти хоть к одному выводу, что ложился бы под образ Люцифера. Дверь открывается с обычным звуком, но не для Вики. Ей кажется, словно это последнее, что она слышит в своей жизни. Жуткий, разъедающий внутренности скрип. Люцифер спокойно заходит в комнату, но резко останавливается. Уокер заставляет его принять позу удивления и одновременного облегчения. — И какого хрена? — демон спокойно ложится на кровать, складывая руки под голову. Поза, что всегда раздражала Уокер. Это напоминало ей что-то отвратительное. У нее всегда складывалось такое ощущение, что принимающий эту позу просто напросто не хочет ее слушать. В случае с наследником Ада именно так и есть. Он не хочет не слышать, не видеть, а уж тем более не чувствовать рядом эту миловидную особу. Рядом с ней Люцифер чувствует себя, словно зверь, загнанный в угол. В нем одновременно борются два чувства, разделяющих его напополам. Он жаждет касаться этого красивого женского тела, целовать его всюду и по-всякому, трогать нежную кожу, наслаждаясь ее запахом, кусать пухлые губы. Но ему страшно за нее. Страшно, что может с ней сделать его собственный отец. И поэтому демон не позволяет себе даже просто думать о ней. Она странным образом задурманила его создание, превратив их отношения в игру в кошки-мышки. Правда, кошка здесь не он, а она. Она загоняет его в угол своими пронзительными глазами, своей искренней наивностью и такой до безумия милой невинностью. — Почему ты меня избегаешь? Разве своим жестом в виде рубашки ты не намекнул на свои теплые отношения ко мне? — Вики пересаживается так, чтобы смотреть ему в глаза. Люцифер мотает головой, будто бы пытается избавиться от надоедливой картинки внутри. Она прочитала его, словно открытую книгу. Да, он отдал ей эту чёртову рубашку лишь для того, чтобы она всегда могла чувствовать на себе тот самый запах, что ее так манил. Демон заметил это ещё в тот вечер, когда непризнанная так сильно прижималась к его телу, дрожа и практически плача на его груди. Он уже сто раз пожалел, что всё-таки сделал столь опрометчивый жест по отношению к ней, но время не повернуть вспять. — И откуда в тебе появилось столько дерзости? Являешься в мою комнату посреди белого дня, да ещё и не застав меня, нагло остаешься тут без моего разрешения. Сын Сатаны поправляет ворот своей рубашки, расстегивая несколько верхних пуговичек. Глаза Уокер мгновенно улавливают движения демона, начиная предательски следить за их отточенностью и изящностью. Слишком искушающий и слишком горячий. Он знает, как завлечь в свои сети и запутывать в них все больше и больше. — Не переводи тему, — Вики играет желваками, отрывая взгляд от чуть оголенной груди собеседника, — и прекрати отвлекать меня таким способом. Не выйдет. Слишком заезженно. И кому она врёт? Он прекрасно знает, что вызывает у нее непреодолимое желание слиться с ним в страстном поцелуе. И пусть непризнанная не говорит этого вслух, за нее говорит ее тело. То, как она невольно облизывает губы, заглядываясь на демона или то, как незаметно и непонятно для самой себя пытается держаться к нему всё ближе и ближе. — Пусть ты пока и не осознаешь этого, но твое тело само показывает твои ощущения. Уверен, ты сейчас течешь, как бешеная сучка. — из уст демона это звучит настолько грубо и сладко одновременно, что Уокер разом краснеет. Кровь приливает к ее щекам, выливаясь в алый румянец. И откуда он знает, что с ней происходит? Неужели она настолько сильно позволяет себе быть с ним уязвимой? — Ты не ответил на мой изначальный вопрос. И я не уйду отсюда, пока не получу на него ответ. — Уокер нагло перемещается по кровати, располагаясь рядом с демоном. Люцифер бросает на нее косой взгляд, игриво улыбаясь. Ему нравится то, как она использует его же методы против него самого. Он даже немного гордится ей, она растет у него на глазах, все больше обретая те самые качества, которых ей так недоставало. Замухрышка с книжкой из библиотеки постепенно становится привлекательной девушкой, имеющей коготки и стержень. И такой она нравится демону ещё больше. — Ты же знаешь, что я прекрасно могу и дальше делать вид, словно тебя тут нет. Но это не позволяет тебе забираться на мою кровать в обуви, — Люцифер берет Вики за руку, притягивая ее к себе. Непризнанная от неожиданности падает лицом прямо на живот сыну Сатаны, сильно ударяясь носом об тазовую кость. — Ауч, — она поднимает лицо, потирая переносицу. В глазах Уокер читается недоумение. Она снова в его руках, беспомощная и без возможности противиться нарастающему желанию быть с ним единым целым. — Такая миленькая и ранимая, прямо жертва в руках любого искусителя, — дьявольская улыбка заиграла на лице у демона, заставив Вики завороженно приклеить свой взгляд к нему. — В твоих руках? Вопрос звучит неоднозначно и с опаской. Как бы Уокер не хотелось оказаться в лапах столь грозного зверя, она все равно боится обжечься. И это нормально. Но страх исчезает каждый раз, как только демон касается ее кожи своими горячими руками. — Для тебя было бы лучше, если бы это были не мои руки. Демон жестом подзывает непризнанную к себе, и она медленно меняет положение, ложась рядом. Ее голова оказывается на плече у Люцифера, а рука на его груди. Такое нежное прикосновение к мужскому телу заставляет ее мгновенно расслабиться. Сын Сатаны по-хозяйски прижимает непризнанную к себе, обхватывая ее талию одной рукой. Их тела соприкасаются друг с другом, вызывая у обоих непреодолимое желание слиться в поцелуе, но Люций не спешит. Нет, ему это вовсе не нужно. Он готов на послабление в своеобразной вражде, что он сам и устроил, но лишь на послабление. Никаких поцелуев, никаких действий, что влюбят их друг в друга окончательно и безповоротно. — Для меня будет лучше, если это будут твои руки. Если это будешь ты. Противоречивый, заносчивый, но безумно притягательный. — Уокер закрывает глаза, полностью отдавшись необъяснимому чувству эйфории, что возникло внутри нее. Несколько минут в тишине и полном блаженстве делают свое дело. Люцифер неспеша передвигает руку с талии на попу непризнанной, несильно сжимая ее упругую ягодицу. Вики вздрагивает, открывая глаза. Оторопевший взгляд Уокер умиляет демона, продолжающего беспорядочно блуждать рукой по девственному телу. — Что ты делаешь? — она неловко откланяет шею, позволяя Люцию провести по ней нежно и щекоча, покрывая все ее тело мурашками. — Искушаю, — бархатистый голос звучит сладко и возбуждающе. Непризнанная начинает тяжело дышать, когда рука демона касается ее груди, настойчиво проникая под лёгкую ткань блузы. Сердце ее бешено стучит, а внизу тянет так сильно, что она готова на все, лишь бы избавиться от этого мучительного ощущения. — Нравится? — сын Сатаны и сам не замечает, как нарушает данное себе же обещание. Расстегивая несколько пуговичек на блузе, Люцифер распахивает ее, оголяя грудь спутницы. Кружевной лиф заводит демона ещё больше, и он не спеша спускает лямку бюстгальтера. Следит за реакцией Вики, что обмякла на его руке. Проделывает тоже самое и со второй лямкой, аккуратно спуская лиф чуть ниже. Упругая грудь предстает перед наследником Ада во всей красе, и он жадно припадает к одному из сосков, начиная его посасывать. Ласка искусителя невыносима и приятна, внутри нее все кипит. И стон наслаждения вырывается из Уокер выводя демона из состояния возбуждения. Он резко останавливается, коря себя за совершенное. — Что случилось? — прерывистый голос Вики звучит так расстроенно, что заставляет Люцифера ругать себя ещё больше. Он обещал себе, что не тронет ее и пальцем. А сейчас он чуть не воспользовался ее прекрасным телом, понимая, чем это может обернуться для нее. Нет, им определенно нужно разделиться, ведь он просто не может сдерживать внезапные порывы страсти, что срывают ему крышу. — Тебе стоит уйти. Это было лишним, — абсолютно спокойно произносит демон, поправляя лиф на груди непризнанной. Заботливо и нежно, что совсем несвойственно его темной сущности. — Но… что снова не так? Я как-то неправильно себя повела? Или что? Почему ты снова меня отталкиваешь? Люцифер, дай мне ответ! — обескураженная Уокер поправляет свой внешний вид и встаёт с кровати. Люцифер двигается к двери, всем своим видом намекая на то, что ей стоит уйти, пока не поздно. Но Вики вплотную подходит к нему, сильно ударяя рукой в грудь. Что это — защитная реакция или попытка вывести на эмоции? Она и сама не поняла. — Убирайся вон! — демон хватает непризнанную за запястье со всей силой, что только имеется в его руках, и распахивает дверь, вышвыривая ее из своей спальни, словно мусор. Уокер скатывается по стене, ударяясь головой об бетон. Ещё раз. И ещё. Своеобразная попытка выбить Люцифера из головы оборачивается лишь адской болью. Невыносимая боль чуть облегчает страдания, но надолго ли? Наследник Ада размахивается и со всей силы ударяет кулаком об стену, проделывая в ней небольшую вмятину. — Я тебя ненавижу! Ты вечно портишь мою жизнь! Я знаю, ты слышишь это. Нравится наблюдать за моими страданиями, отец?! Слова отчаяния вырываются из демона, разносясь по комнате эхом. Он не в силах противиться отцу, но и не в силах сдерживать свои желания рядом с той, кто действует на него, будто наркотик. Люцифер лишь может причинять ей боль раз за разом, вытесняя из ее жизни свой образ. Лучше так, чем когда-нибудь проснуться и увидеть рядом с собой мертвое тело Уокер. Ведь Сатана способен на все.
Примечания:
Борьба Люцифера с самим собой мне так нравится. Как думаете, скоро он полностью сдастся под натиском чувств?
Как вам глава? Интересно узнать ваше мнение 💙
Ещё раз всем за все спасибо. Ваш актив радует. Жду ещё больше🥰
