Тетраксис

      Пока мы шли между рядами стеллажей с растениями к выходу из гидропоники, Эрион задавал вопросы кобылке, пытаясь её разговорить. Незнакомка просто игнорировала его, она извивалась в моём телекинетическом захвате, отчаянно пытаясь освободиться. Её копошение отчасти забавляло.              — Знаешь, у меня появились некоторые сомнения насчёт её мозгов, — высказался грифон, когда пони обессилено обмякла в поле моей магии. — Какая-то она слишком… глупая.              Я покосилась на кобылку. А ведь если подумать, то он может быть прав.              Внезапно снаружи из-за стен раздался скрежет. Потолочные лампы начали мигать как на цветомузыке. Эрион тут же расставил ноги и принял вид показавшийся мне хищным. Он пристально оглядывался, словно почуял опасность. Моя безымянная ноша вновь принялась дёргаться, словно у неё открылось второе дыхание. Только несколько секунд спустя мне пришла в голову мысль, что она могла испугаться. Она дрыгала ногами и клацала зубами, словно пыталась разорвать магическое поле.              Издалека, с той стороны откуда мы пришли, раздались ритмичные удары, грохот чего-то металлического. Моя аугментика точно подсказала мне направление и расстояние.              — Вентиляция у входа, — в памяти возникла схема космического судна.              — Уверена? — Эрион уставился в ту сторону, куда я указала и сунул мне под нос свой пропуск. — Иди. Открывай. Дверь.              Его тон вызвал у меня неприятное чувство тревоги и надвигающейся беды. Схватив зубами плотный пластиковый прямоугольник, я загромыхала к панели доступа. Глухой звук удара. Я старалась не думать, что могло выбраться из вентиляции. Образы из фильмов ужасов мелькали в моих мыслях.               Тяжёлые сбивчивые шаги. Кто бы это не был, ходить на четырёх ногах он явно не умел. Угол пластиковой карты упёрся мне в язык, когда я сунула её в щель. Я оглянулась, чтобы увидеть, как грифон брался за дубинку. Я собиралась его окликнуть, когда заметила движение в полутьме. Освещение отключилось, а света ламп на стеллажах с рассадой было недостаточно, чтобы рассмотреть визитёра. Я видела только силуэт, который спотыкался, но продолжал упорно идти в нашу сторону. Эрион тоже его заметил, дубинка уже была у него в лапе.              — Сэр или мэм! — выкрикнул он. — Я сотрудник службы безопасности звездолёта! Пожалуйста, остановитесь и назовите себя!              Когда же фигура вышла из тени я увидела, что это был пони в больничной робе покрытой множеством бурых пятен. Глядя на них я отчаянно пыталась убедить себя, что это всё что угодно, но только не кровь. Тощее тело пони всё было перетянуто нейлоновыми ремнями, некоторые оказались разорваны и тянулись за ним по полу. Морду его скрывал шлем из металлопластика, вроде тех, что носят инженеры работающие с маглев-системами. Только у этого запаяны глазные прорези, а поверхность маски покрывали вытравленные кислотой глифы. Он переставлял ноги так, словно ходил в первый раз, всё его тело сотрясали приступы. Но встревожил этот пони меня не своими ужимками, а тем, что вокруг него воздух дрожал как марево в пустыне. И в этом мареве я различила смутные образы, проявляющиеся и исчезающие за одно мгновение.              Он остановился в десяти ярдах от нас, его голова в полностью закрытом шлеме была повёрнута в нашем направлении. Я могла поклясться, что слышала его тяжёлое, прерывистое дыхание.              — Прошу вас соблюдать дистанцию! — продолжал говорить грифон, к моему удивлению вместо дубинки он вытащил из отделения на разгрузочном поясе эквиллу сестёр-аликорнов.              — Ас… н… йс… му… — внезапно раздавшийся голос Вэя резанул нейросистему потоком порченых данных, я инстинктивно прижала уши к голове, будто это могло заглушить голос искусственного интеллекта внутри моей головы.              — Открывай дверь, дурная ты кляча!              Окрик охранника и уголок карты, впившийся мне в язык вернули меня в реальность. Голос Вэя в голове стал слабее, но по прежнему бормотал нелепицу.              — О… у… ди… А… и… — каждый повреждённый пакет данных посылаемый им преобразовывался в аудио информацию и бил всплесками по моему сознанию через шины нейроэлектронной связи матриц.              Из-за засевшей прямо в центре мозга пульсирующей боли поле телекинеза развеялось и кобылка рухнула прямо на пол. Она не убежала, а прижалась к моему боку и зажмурилась. Не обращая внимание ни на неё, ни на головную боль, я повернулась к двери, успев заметить, как пони в робе ринулся галопом на грифона.              Считыватель пискнул, когда я приложила к нему карту. Дверь с еле слышным свистом раздвинулась.              — И пройду я дорогой смертной тени! — взревел Эрион стискивая кулак в котором была зажата эквилла. — И не убоюсь я зла!              Прежде чем открылась дверь, я успела увидеть, как он впечатал кулак в шлем странного пони. От удара его отбросило на пол и он принялся вопить, дёргаясь в конвульсиях.              Кобылка, держащая меня за ногу, закричала и я резко обернулась. По ту сторону двери стояла тёмно-серая земнопони с розовой гривой. Точная копия той, что прижималась ко мне. Кобылка вновь вскрикнула, с ужасом взглянув на своего двойника, и со всех копыт дала деру в один из тёмных углов отсека. Мне до неё не было никакого дела, моё внимание было приковано к её копии. Земнопони так же была в больничной робе, стянутой ремнями. Мне хватило нескольких секунд чтобы осознать, что эту пони тоже окружала аура, искажавшая воздух. Инстинктивно я собиралась отскочить в сторону, предчувствуя опасность.              –…ги… рал… ги! — сорвался на вопль Вей, из-за чего я замешкалась всего на мгновение.               Мощный удар в грудь отбросил меня прямо на стеллаж гидропоники, на меня посыпались контейнеры с рассадой.               Лупивший своего визжащего противника у нагромождения ящиков, грифон не сразу заметил появления ещё одного странного пони. Я полулежала в неудобной позе на спине у стеллажа, ощущала как вода забиралась за шиворот комбинезона и во все глаза глядела на земнопони, которая двигалась на меня. На ней не было жуткого шлема, её розовые, под цвет гривы, глаза таращились на меня. Она не ковыляла как первый, она парила, касаясь пола только краями копыт, зрелище было гораздо более жутким, чем любой аморфный монстр с ложноножками.              Наконец Эрион увидел нового врага, отбросил избитого им пони, с оберегом в лапе кинулся на левитирующую кобылку. С размаху он налетел на невидимою стену, а потом заорал, схватившись за морду. Серая земнопони даже не посмотрела в его сторону.              Я же всё с нарастающим ужасом глядела, как грифон катался по полу, а между его пальцев сочится чёрный дым. В отчаянии я подхватила телекинезом несколько ящиков и метнула в серую кобылку. Попав в ауру, они смялись как картонки. Грифон затих и больше не шевелился, а пони медленно приближалась ко мне.              Отчаяние и понимание, что я буду следующей, придали мне сил. Когда пони оказалась в проходе, я обрушила магией на неё стеллажи. Всё тот же страх заставил меня резво вскочить на ноги и броситься к Эриону.              На месте морды у него было чёрное обугленное пятно, которое теперь точно будет сниться мне в кошмарных снах. Сняв с его пояса сумку я бросилась к двери, тем более пони под обломками начала шевелиться.              У двери меня чуть не сбила с ног тёмно-серая кобылка, быстро пронёсшаяся по коридору и скрывшаяся в темноте. Сломав панель и заблокировав дверь, я обессилено опустилась на пол и разрыдалась.              Осознание того, что произошло наконец накатило. Эрион пытался защитить меня ценой своей жизни, следуя уставу. Я впервые в жизни стала свидетелем убийства, видела труп. От этого мне стало дурно, закружилась голова и в животе закрутило.              — Вей, — переборов истерику, вслух произнесла я. — Ты тут? Ответь, Вей.              Ответом мне была тишина. Я лишь разрыдалась ещё пуще, глотая слёзы и хлюпая носом.              Раздался тяжёлый удар о дверь. Через несколько секунд за ним последовал ещё один, а потом ещё и ещё, оставляя большие вмятины. Это заставило меня вскочить и дать дёру, не оглядываясь назад. Мне хотелось найти самый дальний и тёмный угол, забиться и не вылезать, надеясь, что та кобылка меня не найдёт.       

***

             Убедившись, что меня никто не преследовал, я остановилась и жадно глотала ртом воздух. Меня всю трясло, хотелось упасть мордой в пол и не вставать. По крайней мере больше не тянуло рыдать в три ручья и биться в истерике.              Все мои попытки дозваться до искусственного интеллекта лишь отзывались слабой пульсирующей болью в нейросистеме. Скорее всего, те треклявые пони как-то повлияли на модуль с Веем. Проклятье.              Я активировала интерфейс. Вместе с ним начали хаотично появляться красные окна с ошибками. Они перекрывали друг друга очень быстро, пока не заполонили собой всё пространство. Это ещё сопровождалось противными пиликающими звуками. Мне с трудом удавалось мельком читать содержимое окон, тексты состояли из странного набора букв и цифр. А потом всё и вовсе выключилось, оставив меня ни с чем.              Я плотно сжала челюсти, почувствовав покалывающую боль в области затылка.              Оглянувшись по сторонам, ища указатели, в поле зрения попала знакомая мне серая морда с розовой гривой. Эта случайная встреча меня не на шутку напугала. Кобылка выглядывала из-за угла и не моргала. Мы смотрели друг на друга несколько секунд, прежде чем она показалась из своего укрытия и небольшими осторожными шажками подошла ко мне, не прерывая зрительного контакта.              Если честно, после случившегося я сомневалась, что передо мной стояла та самая беглянка из гидропоники, скорее очередная копия неизвестной кобылки. Только эта особа не левитировала и не пыталась мне свернуть шею.              Форма медработника была такой же грязной, как у беглянки. Несколько секунд она таращилась на меня, а потом ткнула грязным копытом мне в нос, улыбнувшись. Я застонала. Эта была та самая кобылка из гидропоники. Сомнений уже не осталось.              Я и так была на грани и держала себя в копытах с большим трудом. Чаша моего терпения и без её выходок оказалась переполнена, а теперь и вовсе содержимое вылилось.              Не сумев сдержаться, я несильно ударила своей металлической ногой ей по носу. Этого хватило, чтобы напугать кобылку, что та заверещала во всю глотку от боли и вновь попыталась удрать.              Я лишь недовольно фыркнула, схватив телекинезом беглянку за задние ноги и подняв над полом. Земнопони начала дёргаться, пытаясь освободиться. Видимо, прошлого раза ей было недостаточно для очевидного вывода. Она действительно тупая.              — Пойдём вместе, — проворчала я, посмотрев на указатели и стараясь найти среди них нужный.              Красная стрелка с надписью «Медблок» проходила через тёмно-серую «Раздевалки».       

***

             Кобылка спокойно висела головой вниз в моём магическом поле, она довольно быстро выдохнулась. Возможно даже поняла, что магию нельзя прогрызть зубами или ударить копытами. Но почему-то часть моего подсознания с трудом верила в наличии зачатков интеллекта у этой особы. Ну, она вряд ли умнее любого другого жеребёнка.              Невольно я вспомнила своего сына.              Так или иначе, мне же было легче тащить её за собой. Тем более я не хотела блуждать в одиночестве по коридорам. Особенно когда в любой момент могли показаться те пони и размазать меня о стенку. Или ещё какая херня. И пока они будут разбираться с ней, я успею сбежать. Наверняка я успею сбежать. Угрызения совести вряд ли начнут меня грызть после такого поступка.              Проходя мимо двери в мужскую раздевалки, по моим ушам резанул противный шум, заставивший меня скорчить морду и остановиться.              — А... О… — раздался голос Вея.              Мне на секунду почудилось, что его прерывали чьи-то душераздирающие вопли. Но этого просто не могло быть! Никто не мог вторгнуться в мою нейросеть!              Всплески повреждённых данных били по моему сознанию с новой силой. Мне инстинктивно пришлось зажмуриться и прижать уши к голове. Искусственный интеллект продолжал говорить, явно пытаясь достучаться до меня и что-то сказать.              Чем дольше мой разум терзал этот жуткий голос, тем тяжелее мне становилось идти, словно мои аугментации стали отказывать. В отчаянной попытке я попыталась вызвать систему откладки, но та откликнулась лишь диалоговым окном, забитым хаотично меняющимся скрабкодом.              Передние ноги внезапно отказали и я рухнула на пол. Следом за мной грохнулась и кобылка.              С нарастающим ужасом я ощущала, как отказывали мои импланты. А скрабкод, маячащий перед глазами, уже не казался бессмысленным нагромождением шестнадцатеричных строк данных. Медленно и неотвратимо моё сознание потухало, а эта хаотическая бессмыслица, как мне казалось, превращалась в упорядоченные кусочки информации.              Перед тем, как отключиться, я чувствовала толчки в бок. Я не могла ничего толком разглядеть, лишь серое пятно на фоне расплывающегося скрабкода. Зрение теряло резкость. Мысли путались. Второй раз в жизни я испугалась по-настоящему. Но на этот раз меня вряд ли кто-то спасёт.       

***

             Первое, что привело меня в чувство, — шум, который вскоре распался на отдельные звуки. Постепенно они превратились в голоса. Я смога различить несколько. Мне было неважно о чём они разговаривали. Меня больше волновало, чтобы они не принадлежали тем жутким пони. По их интонациям было понятно, что кто-то на кого-то кричал, явно не сдерживаясь в выражениях.              Я попыталась открыть глаза, благо, это удалось сделать без проблем. Всё было расплывчатым, мутным, словно кто-то специально убрал резкость забавы рады. Сфокусировать зрение мне удалось лишь спустя несколько секунд, проморгавшись. К своему удивлению, я увидела медицинское оборудование, несколько небольших столиков на колёсиках со склянками и другой мелочью.              — Дауд, Селестия тебя разрази, хватит уже пить! — раздался неподалёку голос кобылки. — У нас тут пациентка лежит так-то!              Я напрягла уши, пытаясь уловить каждое слово и понять, кто находился рядом со мной.              — Твинклтоес, — устало ответил, судя по диалекту, абиссинец. — Я сомневаюсь, что она вообще очнётся. Или встанет. Если не успела подхватить ту космическую дрянь. В любом случае я ставлю тот ликёр, что её придётся выкинуть в шлюз.              Ругань между, как я могла понять, членами медперсонала продолжилась. Чего-то ценного услышать мне не удалось.              Решив больше не тратить время на это, я начала крутить головой, стараясь как можно внимательней осмотреться. И внезапно появившаяся передо мной до боли знакомая тёмно-серая морда заставила меня не только заверещать, но и быстро вскочить. К моему удивлению, агументация работала исправно.              Кобылка всё это время не сводила с меня взгляда, лишь широко улыбнулась и кинулась обнимать.              — А, наша железная единорожка встала, — сказал спустя несколько секунд Дауд, показавшись в поле моего зрения.              Абиссинец недовольно посмотрел на тёмно-серую кобылку. Та, почувствовав на себе пристальный взгляд, отпустила меня и медленно отползла в сторону, не скрывая страха, пока и вовсе не скрылась за стоящей неподалеку Твинклтоес.              Дауд поправил халат, закатав рукава по самые локти, начав меня внимательно осматривать.              — Как самочувствие? Слабость? Головные боли? Зрительные и слуховые галлюцинации досаждают? — он начал быстро задавать мне вопросы, жестикулируя лапами.              Я проглотила язык, не скрывая растерянности. Даже не знала, на какой из многочисленных вопросов мне стоит ответить в первую очередь. А учитывая моё состояние ранее, становилось страшно вообще говорить о самочувствии. Боялась в итоге услышать неутешительный приговор.              — И Вы пользовались этой технологией… — Дауд начал щёлкать пальцами, задумчиво посмотрев в сторону, пытаясь вспомнить подходящее слово, –…когда можешь подключить к себе модуль с ИИ.              — Ну… — невольно заговорила я, не сводя взгляда с доктора. — Да… У меня подключен модуль с искусственным интеллектом.              Морда абиссинца за секунду помрачнела, как и у Твинклтоес, которая сразу же отвернулась и повела за собой кобылку, быстро покинув палату.              — Вот как… — мрачно сказал Дауд, проведя большим пальцем по подбородку. — Тогда Вам не понравится кое-что… касательно модуля.              Я напряглась, стараясь невольно телекинезом «нащупать» модуль с Вейовисом, не сводя взгляда с доктора. К моему нарастающему ужасу его не было.              — Он расплавился. Как я предполагаю, — прервал тишину Дауд, наблюдая за моими манипуляциями с имплантом. — И вытащить его, к сожалению, не представляется возможным.              Я почувствовала холодок по всему телу, даже не представляя, как такое могло случиться и что мне теперь с этим делать.